День Рождения — тот, который настоящий

Поделись с подружками :
Основатель и руководитель Stream Content Agency, управляющий партнер black box media, контент-директор b2bhub

— Вставай… ну, просыпайся же! Сколько можно! – знакомый шепот настойчиво выводил даже не из первой ночной сладкой дремы, когда каждый шорох еще слышен, но уже не трогает, а из начинающегося крепкого и долгожданного сна, о котором я, признаюсь, мечтала с самого утра.

С того самого момента, когда ровно в шесть телефон радостно запел «от улыбки хмурый день светлей…». Ненавижу эту мелодию! Ну как ненавижу? Теперь уже. Сначала мне казалось оригинальным начать день с улыбки, услышав с утра пораньше любимую мелодию детства … Ага, щазззз…. Хватило ровно двух заходов, чтобы «улыбка» трансформировалась в гримасу – ну какая, блин, улыбка в шесть-то утра?

Тем более, когда точно знаешь, что присесть тебе первый раз за день удастся, в лучшем случае,  ближе к обеду, и то, за ноутбук – поработать. А на рассвете может спасти только ведро крепкого кофе, причем тихо и быстро сваренный (а еще быстрее – выпитый), пока эти монстры сладко спят…

Монстров двое, и когда они так сладко сопят в свои подушки, все сокровища мира можно отдать за их сонное бормотание. И ключевое слово здесь – «сонное», потому как, когда их глазки открываются… ох. Эту минуту стоит оттягивать всеми силами. И нет, я не #плохаямать, я мама уже больше десяти лет, и каждая минута тишины в доме – на вес золота.

Но вот именно сегодня сразу два фактора из строго выстроенной цепочки «утро хорошее, я никого сегодня не убью, просто дайте мне время смириться с необходимостью вылезать из-под одеяла» полетели к черту. Кофе закончился. Глубину трагедии сложно понять, еще сложнее – принять, особенно когда одновременно с будильником слышишь шлепки босых пяток по полу. И – да, конечно, в направлении твоей спальни…

«Маааамочка, я тебя любю. Ты самая кйясивая…», — это младший. Жизни не жалко за такие слова. Но не в шесть утра, не в шесть, о, боги! «Маааам, выключи это гребаное пиликанье», - это про будильник. Нет, ну я тут согласна со старшим, пиликанье действительно, гм, мерзкое, но как же воспитательный момент, плохой пример и все такое?!.. Мозг отчаянно сопротивляется, мечтательно погружаясь дальше в сон – еще только пять минут. Ага, не тут-то было – пятки уже дошлепали и рухнули сверху двадцатью пятью килограммами живого хихикающего веса. И собака подтянулась – утром традиционная игра «это моя мама», причем прямо на этой самой маме, очень бодрит, если не успеваешь вовремя выпрыгнуть из-под этой кучи-малы. И через всю эту дребедень красной ниткой апофеоз утренней трагедии — «КОФЕ НЕТ!!!».

siren-cvety-vesna-2343.jpg

Ну, потом, конечно, нормальный такой, обычный день – почистить зубы, завтрак, не забыть накрасить второй глаз, школа, садик, две статьи, презентация, переговоры, собрать детей обратно и… «- а ваш сын сегодня прыгнул в лужу с разбега! – ну и что? Отмоем. – да, но за ним еще полгруппы прыгнуло», «-да, и наш учитель по истории очень хочет с вами познакомиться..» (о, боги, что уже можно было напортачить в истории, там же уже все напортачили до нас), покормить, карате, бассейн, футбол, домашние задания, сказка… ох, блин, почти забыла... ужин, посуда (+миллион в карму изобретателю посудомойки!). И, наконец, после краткой, но эпичной битвы, «в душ бегом, нет, прямо сейчас», благословенная тишина, изредка прерываемая «ты его больше любишь, ты его поцеловала семь раз, а меня только пять…».

Ура! Милая, совершенно не интеллектуальная книжка, пуховое одеяло, пару навязчивых мыслей на границе сна «не забыть бы завтра»… завтра, а теперь – только я, подушка и сны…

— Вставай… ну, просыпайся же! Сколько можно! Проспишь все, а тебе пришло время знать!

Мама! Господи, почему она здесь? Ночью? Что случилось? Самое же страшное – ночные телефонные звонки, они ж только неприятности приносят, если, конечно, кто-то, гм, не совсем трезвый вдруг вспомнил твой номер себе на беду…  Почему мама ночью здесь???

И как она сюда попала? Я же точно помню, что закрывала дверь, когда муж уходил на дежурство вечером. И проверила потом еще трижды, ну так, на всякий случай – криминогенная-то обстановочка в городе не очень… и ключ в замке остался – снаружи не откроешь. Так как она здесь? Через стены проходят только… привидения. И выглядит она как-то странно – плащ, капюшон… А я же говорила вот с ней по телефону пару часов назад… о, Господи! Мама!!!

— Да не выдумывай ты лишнего! Хорошо все. Вставай, посмотри в окно, сама поймешь! Мы решили, что пора уже тебе об этом знать!

Интересно, о чем это я не знаю в свои, гм, так скажем, тридцать с хвостиком. Боооольшим таким хвостом. И все эти годы были такие, достаточно бурные и насыщенные по всем фронтам. Не так, чтобы жаловаться за чаем с коньяком подружкам (я жаловаться не люблю в принципе, куда эффективнее кого-то стукнуть чем-то потяжелее), но так, что вспомнить на пенсии точно будет о чем. Так чего это я могу не знать среди ночи, когда этот гадский будильник снова заведен на шесть, а в моей квартире непонятным мне пока образом оказалась мама в странном плаще (кажется, он светло-сиреневый, хотя в темноте я могу и ошибиться, но она этот цвет не слишком жалует, к чему бы это?) с капюшоном, который она, кстати, так и не сняла?!

komnata-siren-svet.jpg

За окном – все тот же двор, и та же улица (куда бы они делись?!), но только все залито белым прозрачным светом. Свет этот струится не только сверху, от полного и какого-то особенно яркого и большого диска луны, но как будто со всех сторон, от всех предметов – домов, деревьев, каждого листочка, травинки, камушка… Знакомая детская площадка – сплошное облако света, круче фонаря. Кстати, фонари-то как раз почему-то совсем не горят… Что за чертовщина?

И вдруг, буквально за какие-то пару секунд, улица и двор наполняется людьми, кажется, все они (почти) женщины… Только какие-то очень-очень красивые – нет, не стройные и далеко не все молодые, очень ухоженные, со вкусом и дорого одетые, на каблуках и с драгоценностями, которые загадочно и заманчиво переливаются в неровном свечении. Сдержанный макияж и прически, вечерние платья… Они медленно и чинно прогуливаются прямо под моими окнами, в основном, парами, о чем-то тихо разговаривают, приветствуют такие же встречные пары. И от всего веет спокойствием, размеренностью и… праздником?

Смотрю во все глаза – есть-таки нечто общее у всех этих женщин, так неожиданно свалившихся на меня среди ночи. Плащи! Я не ошиблась, они светло-сиреневые с темно-серой, почти черной, изнанкой, из какой-то блестящей гладкой ткани, вроде атласа, длинные, с капюшонами, но без рукавов, поэтому не скрывают ни платьев, ни грациозных движений, ни бриллиантов…

Я никого там не узнаю, но мне кажется, я знаю всех. Никто не смотрит в мою сторону, но я чувствую, что они все чего-то напряженно ждут. Метла! Одна, вторая, третья... – так вот что мне сразу показалось странным в этих фигурах!

Нет, ну теперь все понятно – это сон. Я сплю, я просто сплю!

— Ай!

Мама уверенным движением заправляет в высокую прическу длинную бриллиантовую шпильку. Видимо, именно этим орудием она вернула меня в невероятную реальность.

— Мама, кто это?

— Это настоящие мы, — улыбаясь, она протягивает мне самую что ни на есть настоящую метлу. Ну и светло-сиреневый плащ, конечно. – Сегодня большой праздник – твой первый полет. Давай! И ничего не бойся, теперь вообще ничего и никогда не придется бояться.

— Но я не умею, — привычно отговариваюсь, но уже понимаю, что что-то во мне изменилось. Кардинально, и, хочется верить, навсегда. Детское чувство огромной, переполняющей радости, самого настоящего счастья, веры в саму жизнь, ее постоянные чудеса – то, что я давным-давно забыла, перестала видеть, обращать внимание за рутиной, работой, делами. Кажется, я возвращаюсь к самой себе, к той девочке с доверчиво распахнутыми глазами и огромным сердцем, нежной хрупкой девушке, любящей и любимой женщине, услышавшей первый крик своего малыша…

— Это просто. Она сама тебя понесет, — метла и плащ придвигаются ближе, отступать, в общем-то, уже некуда. Да и не хочется.

— Но я же, наверное, не одета, как нужно, - последний довод той «разумной», которой я, кажется, когда-то давно была, целых минут пять назад или даже меньше.

— Посмотри на себя.

Маленькое черное платье, нитка жемчуга, модные лодочки на высоком, но не слишком вызывающем каблуке – да, пожалуй, именно так я бы и оделась на прием. И вдруг меня наполняет поток сумасшедшей радости, легкости и могущества подняться над всем миром и посмотреть на него сверху (наверное, то же самое чувствует воздушный шарик, когда его наполняют гелием). А еще огромного любопытства – что же будет дальше?

Хватаю метлу, на ходу завязывая плащ, несусь к балкону. По дороге краем глаза выхватываю картину мирно сопящих монстриков (надо же, столько шума, а они сладко спят!). Как же я их люблю! Теперь, наверное, еще больше. Хотя куда уж больше! Не больше – полнее, взрослее, безотчетнее… Но сейчас не до них. У меня мало времени, я знаю, а испытать и спросить нужно успеть многое, пока эта чудесная ночь не закончилась.

Запрыгиваю на метлу. О, боги, откуда я умею сидеть на ней так элегантно, это ж должно быть очень неудобно?! И она действительно несет меня сама. Невероятное ощущение свободы. И силы. Это даже сравнить не с чем, слов таких просто не существует. Ветер в лицо, огромное бесконечное небо и только яркие звезды впереди. А там, далеко внизу, кажется, я сорвала шквал аплодисментов, бурного веселья и искреннего восторга – все они по-настоящему радуются, что их в тайном (тайном ли?) сообществе стало больше.

elias-wessel-devushka-moda-4862.jpg

Возвращаюсь. Но теперь это не грустное слово, нет рутинной обреченности, нет грусти и тяги к неизведанному новому, все это еще повторится, не раз. Только свобода и сила. Медленно уже пролетаю над нашей улицей: наряженные дамы снова спокойно и размеренно гуляют, кто-то так же парами летает совсем низко над дорогой, следя, чтобы не задеть прохожих, не помешать чужому разговору. Теперь и меня приветствуют улыбками, кивками головы и искрами бриллиантового света.

Рискую даже немного пройтись пешком. Как же хорошо! Я дома! И я совсем другая – обновленная, чистая. Я только что родилась по-настоящему.

Приземление обратно на балкон получилось неидеальным, но вполне сносным. Надо будет потренироваться. Только метла сразу куда-то делась. Не забыть бы спросить, где прячутся волшебные метлы днем? И что это вообще было?

— Вальпургиева ночь, — мама как будто подслушала последнюю мысль.

— Что-то я об этом слышала, но, кажется, это было очень давно. Ну, когда это был какой-то праздник, традиция и все такое. Сейчас мало кто об этой ночи знает, я вот только название слышала раньше.

— Ну, теперь ты знаешь, что это не так. Мы чтим традиции.

На подоконнике вижу горку подарочных коробок, коробочек и коробов. Белая бумага, светло-сиреневые ленты, открытки и записки в той же гамме. Вечерние платья, жемчуга и бриллианты, палантины, серьги и диадемы, туфли и ботфорты, платки – чего душа пожелает. Огромный букет одуряюще пахнущей ранней сирени в изящной высокой вазе, кажется, это какой-то тончайший старинный китайский фарфор. Кажется, чудеса продолжаются.

— Смотри только, эти подарки твои, но знать о них, кроме тебя, ну и нас, никто не должен. Это очень строгое правило, его нарушение чревато. Да и не поверит тебе никто, ты, вон, сама-то, я вижу, не слишком веришь.

— Что это, мама?

— Подарки. От всех нас, ко дню Рождения.

— Ничего не путаешь? Он же уже месяца три, как был, — удивленно прищуриваюсь я.

— Сначала подумай сама, если не поймешь, я, конечно, отвечу, но давно пора уже пользоваться не только головой, - мама изогнула бровь (я тоже так умею, для непосвященного выглядит устрашающе, но у меня за столько лет давно уже иммунитет).

Не только головой? О чем это она? Ну конечно же! Вальпургиева ночь, день Посвящения – новый день Рождения! Но что-то в этом еще есть… что-то я упустила. Май, июнь, июль… январь! Ну конечно же, в эту ночь я, скорее всего, и появилась. Еще никто не знал, но я уже была. Круто!

— Додумалась, — мама облегченно улыбнулась, хотя я не произнесла еще ни слова. – Поздравляю. Я, честно говоря, сомневалась, что ты уже готова знать, но рада, что не ошиблась. Мне пора.

- Подожди. Что это все значит? Кто все эти женщины? Кто вы? Или… мы? Что мы делаем? Как живем? Как часто случаются такие ночи? Раз в году? Или на каждом Посвящении? У каждой же свой день Рождения. Что мне со всем этим теперь делать, в конце концов?

- Ответы на все вопросы есть, и ты их знаешь. Все они – в тебе самой. Просто научись их слышать, - мамина метла приплясывала уже на балконе. Свечение заметно померкло, и фигур на улице существенно поубавилось – праздник заканчивался. Но новое (хорошо забытое, замурованное под грузом будней) чувство свободы и счастья не проходило. Скорее, наоборот, разрасталось и крепло.

Я чувствую. Я знаю. Я ведаю… Ведьма!
Поделись с подружками :