Валерий Тодоровский. Откровение киномана.

Поделись с подружками :
“Самый одаренный режиссер нового российского кинематографа”, как именуют Валерия Тодоровского, признается, что не посещает тусовок, не умеет отдыхать и стойко оберегает личную жизнь от чужого любопытства.
Баловень судьбы, сын известного режиссера Петра Тодоровского, Валерий вошел в мир кино как-то слишком легко — по крайней мере, так все выглядело со стороны. За свои первые три фильма —

Краткая Фильмография

“Детям до 16...” (2010)
“Стиляги” (2008)
“Мой сводный брат Франкенштейн” (2004)
“Любовник” (2002)
“Страна глухих” (1997)
“Катафалк”, “Любовь” и “Подмосковные вечера” — он вполне заслуженно получил высокие награды на фестивалях в Каннах, Мангейме, Чикаго и Москве. А его поистине шедевральная картина “Страна глухих” подарила зрителю таких актрис, как Чулпан Хаматова и Дина Корзун. В прессе Валерия окрестили гениальным, уточняя: ничего, кроме кино, маэстро не интересует. Вот мы и решили разобраться, а заодно определить истинное положение дел. Наша встреча, проходившая в непринужденной обстановке в одном из кафе Южной Пальмиры, внесла ясность и, как говорится, расставила точки над “i”. А чашка крепкого эспрессо и подбадривающее: “Ну что, начнем?” — для меня лично окончательно развеяла миф о нем, как о человеке замкнутом и нетерпимом к журналистам.

Валерий, два года подряд вы приезжаете в нашу страну на кинофестиваль. Что послужило поводом для вашего приезда на украинский кинофорум?

Для приезда в Одессу у меня есть несколько причин. Во-первых, я люблю город, где родился. Во-вторых, фильм “Детям до 16...”, который сделал как продюсер, стал призером на первом Одесском международном фестивале. А когда твоя работа побеждает, а потом тебя приглашают в жюри, как-то не принято отказываться.
Вы кино создаете, а как обычный зритель смотрите? Профдеформация не мешает?
Смотрю и очень люблю. Если картина нравится — ты ею наслаждаешься. Абсолютно все люди, занимающиеся кино, с восторгом могут посмотреть тот или иной фильм, а уже после определить, что было не так, — ведь “автомат” работает. Но если в целом фильм сделан эмоционально, качественно и захватывает, ты с удовольствием становишься зрителем.
Сегодня и в России, и в Украине многие говорят о плачевном состоянии киноотрасли...
У нас, безусловно, есть некий процесс, двигающий это направление. Все им недовольны, хотят лучшего, большего, успешного, талантливого. Тем не менее создается достаточно много фестивального, артхаусного кино: наши фильмы берут призы в Венеции, в Каннах. Если говорить о коммерческом кино, то здесь идет мучительная схватка с Голливудом, пока что проигранная, на мой взгляд, по всем статьям. Но в мире не так много стран, способных на равных с Голливудом соревноваться. Поэтому, думаю, хоронить отечественный кинематограф рано. Другой вопрос — счастливы ли мы все в этом пространстве и доволен ли зритель? Но наблюдать за самим процессом, участвовать в нем интересно.
На долю каждого известного режиссера, как правило, в равной степени льется хвала и критика. Не стали исключением и ваши “Стиляги”. Что скажете по этому поводу?
Я вообще не понимаю, что такое общественное мнение. Все фильмы, которые снимал, вызывали всегда те или иные эмоции — это абсолютно естественный процесс. Половина людей меня ненавидела за то, что делаю, другие — за это же любили. С какого-то момента я перестал заниматься изучением мнений: не читаю все подряд написанные рецензии, не интересуюсь тем, что думают обо мне многочисленные журналисты и блогеры. Но знаю режиссеров, которые набирают свою фамилию в Google и начинают изучать публикации. У меня другие показатели: мне, безусловно, важно, как смотрели картину зрители и что скажут несколько кинокритиков, мнением которых дорожу. Но их не больше трех человек. Что касается “Стиляг”, то на различных кинофестивалях фильм был принят очень хорошо, в том числе и на больших, таких как в Торонто. Получал награды и призы. Актеры фильма, снявшиеся вообще впервые в кино, например Антон Шагин, Максим Матвеев, стали звездами.
Уж очень как-то все гладко выходит. Сами себя тоже никогда не ругаете?
Мои отношения с собой и суждения окружающих — разные вещи. Каждый раз ты делаешь максимум того, что можешь. Потом проходит какое-то время, фильм создан, ты его смотришь... Через год, конечно, с ужасом понимаешь, что это могло быть по-другому. Пройдет еще пять лет, и говоришь себе: “Нет, все нормально!” Это как отношения с собственным ребенком, которого любишь, но можешь отругать, а после думать: “И хорошо, что он делает не так”. Просто он твой — вот и все.
Над чем сейчас трудитесь?
Над многим, но пока в голове, а не в компьютере. Потому оставляю вопрос открытым — боюсь сглазить. Это все вещи, которые делаются на перспективу.
Но работа идет?
Конечно!

Благодарим за помощь в подготовке интервью Одесский международный кинофестиваль.

Поделись с подружками :