Служебный роман Светланы Немоляевой

Поделись с подружками :
Знаковые роли в театре, почти сотня образов, созданных в кино, муж-красавец, счастливая семейная жизнь — Светлане Немоляевой завидовали многие. Ведь все перипетии ее жизни, проблемы и сложности оставались для зрителей за кадром.
Знаешь, Света, хуже можно, но трудно”, — посетовал Эльдар Рязанов после проб на фильм “Ирония судьбы”. Это был очередной отказ. После кинодебюта актрису не снимали пятнадцать лет. Она регулярно ходила на просмотры, но — увы! — пробами дело и ограничивалось. Все изменилось, когда Рязанов прислал Немоляевой сценарий “Служебного романа”. Именно с этого фильма у актрисы начался роман с кинематографом. Через два года крестный отец в кино, как стала называть Эльдара Светлана, пригласил ее в свою картину “Гараж”. Затем в ленту “О бедном гусаре замолвите слово”. С тех пор ее начали узнавать на улицах, а режиссеры наперебой стали звать в свои фильмы. Но главное — она наравне с мужем Александром Лазаревым оказалась востребована.
Как известно, актерская пара — непростой союз. Не одна семья распалась из-за того, что кто-то из супругов больше снимается. Но чета Лазарев — Немоляева справилась с этой ситуацией. “Я всегда искренне радовалась за Сашу”, — признается Светлана. Однако количество приглашений на съемки было не единственной угрозой их браку, ведь красавец Александр пользовался у женщин невероятной популярностью. А необходимость сохранять верность супруге называл тяжелой каждодневной работой над собой. “Саш, ты все на Светке женат? Какой же ты нелюбопытный”, — подтрунивали над ним театральные барышни. А Лазарев и сына всегда учил не предавать семью и свои идеалы. Вероятно, потому Лазарев и Немоляева прожили в браке больше полувека. И любая разлука для них становилась мучением. “Это не наша заслуга, это счастье, которое нам с Сашей подарено свыше”, — отвечает актриса на вопрос о семейной идиллии. Когда Александра не стало, жизнь для нее потеряла смысл. Спасала только работа, в которую она ушла с головой, и семья: сын, артист Александр Лазарев-младший, невестка Алина и внуки Сережа и Полина.
На Одесский кинофестиваль Светлана приехала, чтобы презентовать фильм “День учителя”. Организаторы не были уверены, что она согласится давать интервью, ведь последний год Светлана Владимировна отказывалась от общения с прессой, не проводила и творческие встречи. Но в этот раз она сделала исключение.
На интервью актриса пришла в элегантном костюме и шляпке — аксессуаре, который она просто обожает. К тому же на час раньше назначенного времени. К ней тут же подбежала собака и улеглась у ног: так и пролежала целых сорок минут, не мешая нашему общению. “Животных не обманешь — они чувствуют доброту”, — подумала я. Не случайно Светлану назвали таким солнечным именем.

Светлана Владимировна, современные знаменитости считают своим долгом опоздать, потомить зрителей в ожидании. А вы на интервью пришли гораздо раньше.
Привычка... В театре очень строгая дисциплина и действует непреложное правило: чтобы ни произошло, спектакль должен начаться вовремя. Нас с мужем коллеги называли “кусок дисциплины”. (Смеется.) Если мы задерживались хотя бы минут на пять, в театре начинали беспокоиться, не случилось ли чего. Так что закалку получила еще в юности.

В прессе постоянно подчеркивают, что у вас все сложилось — и в профессии, и в жизни. Счастье нужно заслужить?
Я благодарна судьбе за тех людей, которые были в моей жизни, в первую очередь за родителей. У них никогда не было материальных целей. Это люди шестидесятых годов, с широкой душой и большим сердцем. Кино для них — работа, знакомство с интересными творческими личностями и, вообще, вся жизнь. Никто не заглядывал в замочную скважину, не лез в чужие дела. Отсутствие денег никак не влияло на нас, но важно было общение: настоящий подарок свыше те личности, с которыми нам с Сашей довелось познакомиться. Но нельзя сказать, что у меня была легкая судьба в театре. Просто об этом никто не знал: все перипетии оставались в стенах театра. Сейчас актеры выносят на всеобщее обсуждение свою личную жизнь, рассказывают истории, которые нарушают все нравственные законы. А я считаю, что должна же быть какая-то порядочность по отношению к другим людям.

Новая эпоха — новые ценности... Кино и театр становятся иными.
Это неизбежный процесс. Но сейчас мы находимся в таком состоянии, когда люди не понимают, чего хотят, что им на самом деле нужно. Художники не ориентируются в новых условиях. Им сложно уловить интерес зрителя. Нынешние молодые актеры, режиссеры стараются уйти от самого сложного — попытки раскрыть жизнь человеческого духа. То, чем занимался Станиславский, чем всегда был силен русский театр, с которым не сравнится больше никакой. И когда молодые режиссеры говорят, что им не нужен старый театр, это нехорошо, в этом кроется опасность. Конечно, того, что было при Станиславском, уже нет, но на его основе должно появиться что-то новое. Возможно, это всего лишь мнение человека, живущего воспоминаниями и прежней жизнью. Но, как говорил Саша, это данности жизни.

А вам интересно участвовать в создании нового в искусстве?
Меня всегда привлекала форма. Когда в театр сразу после ГИТИСа пришел Петр Фоменко, в его спектакле “Смерть Тарелкина” я играла крепостную девку Лав

Краткая Фильмография

“Ласточкино гнездо”,
“Собачья работа”,
“День учителя” (2012)
“Небеса обетованные” (1991)
“О бедном гусаре замолвите слово” (1980)
“Гараж” (1979)
“Служебный роман” (1977)
рушку. Во время имитации похорон я бегала по сцене туда-сюда и гундосила: “Ну чаво тебе, чаво?” Мой знакомый прокомментировал: “Была женщина, а стала метла в юбке”. В конце Фоменко сказал, чтобы я била колотушкой, имитируя оркестр. Коллеги были потрясены: “Зачем ты делаешь это безобразие?” А мне нравилось. Сегодняшний расцвет формализма — режиссерские поиски. И я вполне нормально их воспринимаю. Раздражает только бессмыслица. Пятьдесят два года, проведенных на сцене, позволяют мне сразу оценить эту работу: даже небольшой фрагмент говорит об уровне профессионализма актеров и режиссера.

Вам на режиссеров везло?
Мне довелось сыграть во многих замечательных спектаклях с хорошей драматургией. И всю жизнь я работала с потрясающими режиссерами. Были, конечно, люди, с которыми, мягко говоря, неинтересно сотрудничать. А я всегда считала: сначала нужно попытаться понять мастера. Но если чувствуешь, что у вас разные пути, — лучше не тратить силы и время, а сразу расстаться.

Уверена, что в каждом интервью у вас спрашивают о знаменитых рязановских картинах “Служебный роман” и “Гараж”. Негативное отношение к ним не появилось?
Какое может быть негативное отношение? Это ведь любимые работы. Просто я иссякла, не знаю, что нового могу сказать об этих фильмах.

Некоторые театральные актеры считают, что работа на сцене — более элитарное занятие, чем съемки в кино.

Так говорят не очень умные артисты. И в театре иногда ставят плохие спектакли, а в кино снимают выдающиеся фильмы. Порой приятно радуют молодые ребята. Наша внучка учится на актерско-режиссерском отделении. Мы с дедом, начиная с первого курса, ходили на все ее экзамены, даже этюды смотрели. Нам было дорого все, что делает Полина, потому знаю, чему их учат, кто из студентов чего добился. У них есть несколько молодых режиссеров, которые хорошо себя заявили. Если пойдут по верному пути — многого достигнут.

А внучке замечания делаете?
Очень осторожно. У нее есть внутренний стержень, сильный, лазаревский. Мой муж был таким, сын, и она такая же. С дедом, с Сашей, мне было проще — я его пилила с утра до ночи, рассказывая, как надо. Насоветую ему, а он приходит в театр и все делает по-своему. (Смеется.) У сына есть актерское чутье: он очень мощно идет по роли и настолько тонко ее чувствует, что порой после спектакля нам даже нечего ему сказать. Как-то вместе с Арменом Джигарханяном смотрели “Фигаро” с участием моего сына. В антракте Армен сказал Лазареву-старшему: “Не могу понять, что происходит. Ты и здесь сидишь, и на сцене играешь”. Они похожи не чертами лица, а генетически. Еще Джигарханян добавил: “В твоем Шурке есть то, чему не научишься. Это должно быть дано”. Я пыталась что-то советовать Полине. Она послушно кивает: “Да, бабушка, хорошо”. И тоже играет так, как считает нужным. Ей невозможно диктовать. Она, как и вся молодежь, максималистка. До всего хочет дойти сама.

Но Полине вдвойне сложно, ведь ее постоянно сравнивают со знаменитыми родственниками.
Ей это очень не нравится: она потому и не хотела идти работать в театр — боялась “опозорить фамилию”. “Что-то сделаю не так, и будут говорить, что у Лазарева с Немоляевой девчонка бездарная. По блату ее взяли”, — переживает внучка. Кстати, той же болезнью переболел и Шурка. Через это проходят, наверное, все дети известных деятелей искусств. Раньше она играла только в студенческих спектаклях ГИТИСа. После того как поступила на работу в театр, получила ряд ролей второго плана. Полина удачно сыграла в спектакле “Месяц в деревне”. Она там очаровательна! Сейчас готовит следующий спектакль — “Дядюшкин сон” по Федору Достоевскому. Думаю, опасения опозорить нас постепенно исчезают.

Без протекции сейчас сложно пробиться: неужели не пытаетесь помочь ей?
У нас с Сашей все само по себе складывалось, плыли по течению. Так же и с детьми-внуками происходит. Полина завязывает какие-то знакомства, создает определенный круг общения. У нее своя жизнь, свои друзья, молодые люди...

О женихах рассказывает вам по секрету?
Она не все мне может рассказать, стесняется. А я и не лезу к ней в душу, не расспрашиваю. Когда со своей мамой поделится, я узнаю, что какие-то мальчишки есть. Полине уже двадцать два года, как же без этого? Но серьезных отношений пока нет. Полина вообще редкий экземпляр! Например, летом, когда отдыхала в Испании, на пляже читала... Достоевского. Я ей говорю, что она всех женихов распугает своим Федором Михайловичем, не рискнут подойти. (Смеется.) Но, конечно, рада, что Полина очень умна, образованна.

Внук так же усерден?
Здесь все иначе: его каждый день заставляют читать. Увидев большую полку с книжками, он ужаснулся: “Зачем писателям надо было столько трудиться? Они это сделали специально, чтобы меня мучить?” (Смеется.) Его интересует не литература, а айпад. Отец кричит: “Вырастешь неучем. Читай!” А я смотрю на него и думаю: сейчас-то ты, Шурка, начитанный, а в двенадцать лет тебя разве можно было усадить за книжки? (Смеется.) Внук еще маленький — всему научится. И надеюсь, станет достойным продолжателем нашего рода.

Благодарим за организацию интервью пресс-службу III Одесского международного кинофестиваля.
Поделись с подружками :