Аленушкины сказки

Поделись с подружками :
Закатилось в чащу солнышко,
Хмурый лес вокруг стеной,
Пригорюнилась Аленушка:
Как теперь ей жить одной?
Нету с ней ни милой матушки,
Ни родимого отца,
Слезы капают на камушки
У лесного озерца.

Андрей Усачев
Худож­ник Игорь Гра­барь писал: “В. М. Вас­не­цов в 1881 го­ду со­з­да­ет свой ше­девр — “Але­нуш­ку”, не то жанр, не то сказ­ку, — оба­я­тель­ную ли­ри­че­скую по­э­му о чу­дес­ной рус­ской де­вуш­ке, од­ну из луч­ших кар­тин рус­ской шко­лы”. Од­на­ко 130 лет на­зад от­зы­вы со­в­ре­мен­ни­ков об этой ра­бо­те из­вест­но­го жи­во­пис­ца бы­ли не так бла­го­склон­ны.

А на­ча­лась эта ис­то­рия 1 мар­та то­го же го­да, ко­гда Ви­к­тор Вас­не­цов впер­вые пред­ста­вил свою “Але­нуш­ку” в чис­ле дру­гих кар­тин на оче­ред­ном вер­ни­са­же То­ва­ри­ще­ст­ва пе­ре­движ­ных ху­до­же­ст­вен­ных вы­ста­вок, ко­то­рый про­хо­дил в Пе­тер­бур­ге на Нев­ском про­спе­к­те, 86, в до­ме Юсу­по­ва, быв­шем Бе­нар­да­ки. Ча­с­тым и, по­жа­луй, са­мым ожи­да­е­мым по­се­ти­те­лем там был из­вест­ный ме­це­нат и кол­лек­ци­о­нер Па­вел Треть­я­ков. Вы­с­тав­ки пе­ре­движ­ни­ков, дей­ст­ву­ю­щие еже­год­но, на­чи­ная с 29 но­я­б­ря 1871-го, ста­ли ис­точ­ни­ком по­пол­не­ния его ле­ген­дар­ной кол­лек­ции. Вот толь­ко чья ра­бо­та при­вле­чет вни­ма­ние при­хот­ли­во­го пред­при­ни­ма­те­ля, уга­дать бы­ло не­воз­мож­но, а ведь при­об­ре­те­ние им по­лот­на счи­та­лось луч­шей по­хва­лой ав­то­ру. “Треть­я­ков со­би­ра­ет кар­ти­ны рус­ских ху­дож­ни­ков чуть ли уже не 30 лет. Я знаю его дав­но и дав­но убе­дил­ся, что на Треть­я­ко­ва ни­кто не име­ет вли­я­ния как в вы­бо­ре кар­тин, так и в его лич­ных мне­ни­ях... Треть­я­ков ни­ко­гда не по­се­ща­ет ма­с­тер­ские ху­дож­ни­ков в со­про­во­ж­де­нии лиц, ко­то­рых мож­но бы­ло бы при­нять за суф­ле­ров: он все­гда один. Ма­не­ра его дер­жать­ся в ма­с­тер­ской и на вы­став­ках — ве­ли­чай­шая скром­ность и мол­ча­ли­вость. Ни­к­то ни­ко­гда не мо­жет ска­зать впе­ред, ка­кая кар­ти­на име­ет ве­ро­я­тие быть им ку­п­лен­ной”, — от­ме­чал жи­во­пи­сец Иван Крам­ской. В тот раз вни­ма­ния це­ни­те­ля и боль­шин­ст­ва кри­ти­ков удо­сто­и­лось “Ут­ро стре­лец­кой каз­ни” Ва­си­лия Су­ри­ко­ва, а бед­ная “Але­нуш­ка” ос­та­лась не­за­ме­чен­ной. Го­во­рят, что то­г­да она бы­ла пред­ста­в­ле­на под дру­гим на­зва­ни­ем: в под­пи­си к кар­ти­не зна­чи­лось: “Але­нуш­ка” (“Ду­роч­ка”). Прав­да, оно вряд ли мог­ло по­вли­ять на мне­ние об­ще­ст­вен­но­сти, ведь в то вре­мя “ду­роч­ка­ми” име­но­ва­ли си­рот или юро­ди­вых. Тем не ме­нее ее, а за­од­но и дру­гие по­лот­на ска­зоч­но­го ци­к­ла, на­пи­сан­ные Вас­не­цо­вым, один из са­мых ав­то­ри­тет­ных кри­ти­ков XIX ве­ка Вла­ди­мир Ста­сов на­звал “не­удач­ными вы­дум­ками и сла­бо на­пи­сан­ны­ми кар­ти­на­ми”. А пе­чаль­ную де­вуш­ку, скло­нив­шу­ю­ся над гла­дью озе­ра, ок­ре­стил “пла­к­си­вой, урод­ли­вой и сен­ти­мен­таль­ной фи­гу­рой, во­все не­свой­ст­вен­ной та­лан­ту Вас­не­цо­ва”. “Ува­жа­е­мый Па­вел Ми­хай­ло­вич! — пи­сал огор­чен­ный ма­с­тер Треть­я­ко­ву. — Моя “Але­нуш­ка” до сих пор не про­да­на. Мне очень бы хо­те­лось знать, как она вам ка­жет­ся в те­пе­реш­нем ее ви­де на вы­став­ке. До сих пор я, ко­неч­но, не имею по­во­да ду­мать, что она вам по­нра­ви­лась на­столь­ко, что­бы вы ре­ши­лись при­об­ре­сти ее для га­ле­реи. Но знать ва­ше мне­ние на этот счет для ме­ня же­ла­тель­но очень”. Что от­ве­тил на это по­сла­ние его рес­пон­дент, не­из­вест­но. Яс­но од­но: в со­б­ра­нии Треть­я­ков­ской га­ле­реи она ока­за­лась лишь в 1900 го­ду, че­рез два го­да по­с­ле смер­ти Треть­я­ко­ва.

Са­мо­му Вас­не­цо­ву, су­дя по все­му, эта ска­зоч­ная де­воч­ка бы­ла осо­бен­но до­ро­га. “Але­нуш­ка” как буд­то дав­но жи­ла в мо­ей го­ло­ве, но ре­аль­но я уви­дел ее в Ах­тыр­ке, ко­гда встре­тил од­ну про­сто­во­ло­сую де­вуш­ку, по­ра­зив­шую мое во­о­б­ра­же­ние. Столь­ко то­с­ки, оди­но­че­ст­ва и чи­с­то рус­ской пе­ча­ли бы­ло в ее гла­зах... Ка­ким-то осо­бым рус­ским ду­хом ве­я­ло от нее, — вспо­ми­нал он. И до­ба­в­лял: — Но не скрою, что я очень вгля­ды­вал­ся в чер­ты ли­ца, осо­бен­но в си­я­ние глаз Ве­ру­ши Ма­мон­то­вой, ко­гда пи­сал “Але­нуш­ку”. Вот чу­дес­ные рус­ские гла­за, ко­то­рые гля­де­ли на ме­ня и весь бо­жий мир и в Аб­рам­це­ве, и в Ах­тыр­ке, и в вят­ских се­ле­ни­ях, и на мо­с­ков­ских ули­цах и ба­за­рах и на­все­г­да жи­вут в мо­ей ду­ше и гре­ют ее!” “Ве­ру­ша” — та са­мая “Де­воч­ка с пер­си­ка­ми” со зна­ме­ни­той кар­ти­ны Ва­лен­ти­на Се­ро­ва, ко­то­рая по­я­вит­ся шесть лет спу­с­тя в том же име­нии Аб­рам­це­во. К сло­ву, при­ро­да этих мест вдох­но­ви­ла не толь­ко Се­ро­ва и Вас­не­цо­ва: в гос­тях у ме­це­на­та Сав­вы Ма­мон­то­ва на про­тя­же­нии мно­гих лет с удо­воль­ст­ви­ем бы­ва­ли ху­дож­ни­ки и ар­ти­сты Ва­си­лий По­ле­нов, Илья Ре­пин, Ми­ха­ил Не­с­те­ров, Иса­ак Ле­ви­тан, Ми­ха­ил Вру­бель, Фе­дор Ша­ля­пин. Ви­к­тор Вас­не­цов не раз ри­со­вал на бе­ре­гу при­чуд­ли­во-из­ви­ли­стой, с тем­ны­ми за­во­дя­ми ре­ки Во­ри в Аб­рам­це­во и не­по­да­ле­ку от не­го — у пру­да в жи­во­пис­ном се­ле Ах­тыр­ка. Здесь же по­я­ви­лись и другие на­бро­ски и эс­ки­зы си­рот­ки-Але­нуш­ки, запечатленной впо­с­лед­ст­вии на по­лот­не 1881 го­да.

...Со­глас­но на­род­ным пре­да­ни­ям, при­ро­да ожи­ва­ет на ис­хо­де дня и об­ре­та­ет спо­соб­ность чув­ст­во­вать вме­сте с че­ло­ве­ком. Вот и лес во­к­руг, тем­ный омут, блед­но-се­рое не­бо за­мер­ли в тре­вож­ном ожи­да­нии: что же бу­дет? Не­да­ром кри­ти­ки впо­след­ст­вии на­зва­ли эту ра­бо­ту “од­ним из са­мых тон­ких пей­за­жей настро­ения в рус­ском ис­кус­ст­ве вто­рой по­ло­ви­ны ХIХ ве­ка”. Пред­по­ла­га­ют, что со­з­да­вая эту кар­ти­ну, Вас­не­цов об­ра­тил­ся к не­ве­се­лой на­род­ной сказ­ке об Але­нуш­ке и ее брат­це Ива­нуш­ке. К сча­стью, в пе­ре­ска­зе фольк­ло­ри­ста Але­к­сан­д­ра Афа­нась­е­ва пе­чаль­но­го фи­на­ла уда­лось из­бе­жать: и де­вуш­ка, бро­шен­ная на дно пру­да злой ведь­мой, и ее брат, об­ра­щен­ный в коз­ле­ноч­ка, вер­ну­лись к преж­ней жиз­ни.  “Хо­ро­шо все, что хо­ро­шо за­кан­чи­ва­ет­ся”, — со­г­ла­ша­ют­ся чи­та­те­ли, а вместе с ни­ми и по­клон­ни­ки вас­не­цов­ской де­вуш­ки, ко­то­рым да­но за­гля­нуть в бу­ду­щее, скры­тое до по­ры от са­мой ге­ро­и­ни.

Жаль, не ве­да­ет Але­нуш­ка, 
Что слу­чит­ся даль­ше с ней: 
Пов­ст­ре­ча­ет сча­стье де­ви­ца, 
И лю­бовь свою най­дет. 
Ах, как ве­се­ло на­де­ять­ся, 
Зная сказ­ку на­пе­ред! — 

го­во­рит по­эт Ан­д­рей Уса­чев. И ему при­ят­но ве­рить. 
 
Поделись с подружками :