Малевич. Художник в квадрате

Поделись с подружками :
Художник-авангардист, педагог, теоретик искусства и философ. Сегодня коллекционеры говорят, что обладать картинами нашего соотечественника престижнее, чем иметь двадцать “мерседесов”. Сам же маэстро всю жизнь мечтал только об одном — рисовать.
20040507_gaf_rr16_020.jpg

факты

По распространенному мнению, Казимир Малевич родился в 1878-м, однако архивные записи метрики, найденной в 2004 году, говорят о том, что дата его рождения — 1879-й.

За право называть Казимира Малевича своим художником борются Украина, Беларусь, Россия и Польша.

Художник мистифицировал свою жизнь: написал несколько автобиографий — и все разные.

В 1927–1929 годах Малевич преподавал в Киевской академии искусств, которую мечтал реорганизовать в академию современного образования.

Две самые узнаваемые картины в мире — “Джоконда” Леонардо да Винчи и “Черный квадрат” Казимира Малевича, столетие которой мир отмечал в 2015 году.

Существует предположение, что на появление “Квадрата” повлияла смерть сына художника, Толи, от тифа в 1915 году. Впоследствии Малевич выполнил несколько копий “Черного квадрата”.

464445887.jpg

Горький сахар

— Учись! Подрастешь, будешь, как я, работать на сахарном заводе, — наставлял отец Казика, как называли в семье старшего из детей. Хотя Северин Малевич, служивший управляющим на сахарном заводе, и замечал, что сын не выказывает желания следовать по его стопам, все же не допускал мысли о том, что может быть иначе. Мальчик хочет рисовать? Стоит ли придавать этому значение? Мужчина должен зарабатывать, чтобы кормить семью. А ремесло сахаровара позволяло содержать жену и детей, принося хотя и скромный, но регулярный доход. Правда, в поисках лучшего места семейству приходилось то и дело переезжать из города в город. Вот и год, когда первенец появился на свет, Малевичи встречали в Киеве. Ох и холодным выдался февраль 1879-го! Почти за год  до этого Северин Антонович обвенчался с двадцатилетней Людвигой, в девичестве Галиновской. Тихо и торжественно было под сводами киевского Александровского костела, где они дали друг другу клятву любви и верности. Там же крестили новорожденного, которого назвали Казимиром. Позже на свет появились сыновья Антон, Болеслав, Бронислав, Мечислав, дочери Мария, Ванда, Северина, Виктория. Всего у четы родилось четырнадцать детей, но выжили только девять. Поляки по происхождению, Малевичи дома говорили по-польски, с окружающими — по-украински. Глава семейства заботился, чтобы дети были сыты и одеты, а о том, что творится в детской душе, переживала мать: Людвига Александровна сердцем чувствовала, что не будет Казик  отвечать за процесс варки сахара — не его это! “В первую очередь меня всегда поражали окраска и цвет”, — признавался он в одной из своих автобиографий. Мама слушала его рассказы о том, как удивительны лунные лучи в комнате с отраженными окнами на полу, кровати, стенах. У нее бойкий и задиристый Казимир с удовольствием учился... вышивке и плетению кружев. И благодаря именно Людвиге получил в подарок свой первый художественный набор: пятьдесят четыре краски и листы для рисования. А было это так...

Black_Suprematic.jpg

Вкус искусства

— Казик, собирайся, мы едем в город, — сказал однажды отец. Пока Северин Антонович был занят делами, мальчик разглядывал витрины магазинов и вдруг увидел “вкусно намазанное” изображение девушки, которая чистила картофель. Картина поразила его — так реалистично она была выполнена. Вернувшись домой, он решил изобразить увиденное с помощью кисти для... смазывания горла, которая хранилась в маминой аптечке. Краски изготовил сам из подручных средств: с их помощью старательно копировал картинки из журнала “Нива”.
Но настоящий мастер-класс будущий “утвердитель нового искусства” (так впоследствии он назовет свою группу) получил в городке Белополье Харьковской губернии, где в то время жила семья Малевичей. Узнав о том, что из Петербурга приедут настоящие художники, чтобы писать иконы в местном соборе, он с товарищем, незамеченные, наблюдали за работой мастеров, боясь пропустить малейшее движение. “Художники все сидят в тюрьме!” — безапелляционно заявил отец, узнав, что Казимир решил уехать в Москву обучаться живописи. А мама, отправившись вместе с ним в Киев, купила в лавке полсотни тюбиков самых настоящих красок! Первую работу пятнадцатилетнего Малевича — “Лунная ночь” — кто-то втайне от автора выставил в одном из магазинов Конотопа, где к тому времени обосновались Малевичи. Прошло несколько дней — и рисунок купили. А хозяин сделал юному художнику заказ на новый... Теперь Казимир всерьез мечтал учиться в Киеве в рисовальной школе, но и этому желанию не суждено было исполниться: в 1896-м отец перевез семью в Курск. И Казимиру пришлось оставить учебу в аграрном училище и поступить на работу чертежником в Управление железной дороги. Но заветную мечту — рисовать профессионально — он не оставил. И даже нашел единомышленников: вместе с несколькими коллегами организовали кружок, выписали из Москвы пособия и гипсовые головы, которые старательно копировали, ходили на натуру. Трудно представить, но в то время будущий поборник “беспредметного искусства” был последователем Шишкина и Репина, стремившимся в точности передать увиденное.
Молодые люди начали устраивать настоящие выставки, в которых принимали участие даже именитые художники. Но душа Казимира требовала перемен. Неизвестно, куда бы завели его творческие искания, если бы в личной жизни Малевича не случилась любовь: звали ее... Казимира.

IMG_7385.jpg

Птичка в клетке

С Казимирой Зглейц, девушкой из набожной католической семьи врача, он познакомился, когда ей было всего пятнадцать. Потому влюбленным пришлось ожидать целый год, чтобы обвенчаться. Обряд состоялся в 1899-м. “Это была веселая и жизнерадостная женщина, немного хаотичная, но весьма трудолюбивая, отзывчивая, щедрая... Но ей хотелось жить, она была очень темпераментна. Разве это порок? Дедушка твой всего себя отдавал искусству, и она томилась, как птичка в клетке, ей хотелось больше радости и чувства, отданного ей и только ей” — так охарактеризовала новую родственницу годы спустя сестра Малевича в письме к его внучке. Но трения в их семье проявились не сразу. В 1901-м чета праздновала рождение сына Толи. А через год не стало отца художника, и мир перевернулся: Людвига осталась с малолетними детьми одна. Произошли изменения и в жизни Казимира. Все ждали, что он возьмет на себя заботу о матери, но юноша твердо решил больше не влачить чиновничью лямку — и отправился в Москву постигать искусство живописи. Молодая жена с годовалым ребенком на руках осталась в Курске.
В Москве он поселился в коммуне, где обитали студенты. Жили бедно, но весело. Малевич вспоминал: “Я не унывал и работал, изучал искусство, ходил в студию”. Правда, в художественное училище, которое штурмовал четыре года подряд, так и не поступил. Летом наведывался в Курск — заработать денег и повидать семью. В 1905 году родилась дочь Галина. А с 1906-го ездить к родным Казимир перестал: искусство требовало жертв, и он готов был их принести. Исправить ситуацию взялась мама Людвига: собрав дочерей, невестку и внуков, она отправилась в Белокаменную. Сняла квартиру и даже нашла работу, однако Казимир не спешил к Казимире. Он полностью растворился в живописи и теперь примерял на себя разные стили: импрессионизм, экспрессионизм, кубизм, футуризм, общался с единомышленниками, доказывал, спорил — жил!
О детях не забывал: в редкие часы, проведенные с семьей, всегда умел найти с ними общий язык, увлекал рассказами или игрой. Но супругу такое положение не устраивало.  В 1909-м Казимира забрала Толю и Галю и уехала работать фельдшером в психиатрическую больницу в Мещерском. Однако денег на жизнь не хватало, помочь им Малевичу тоже было не чем. Оставив малышей на попечение коллеги Михаила Рафаловича, энергичная Казимира отправилась в Украину, где бушевала черная оспа и требовались медики. И тут история принимает новый поворот.

SRM96272.jpg

Лучшая из жен

— Как вы относитесь к современному искусству? — возможно, с этого вопроса началось его знакомство с будущей второй женой: навещая детей в Мещерском, Малевич впервые увидел дочь Михаила Рафаловича Софью. Они просто начали жить вместе, не требуя друг от друга никаких обетов. Получить развод в те времена было сложно, и стоило ли тратить время и силы? “Если Казимира Ивановна все время вымогала внимания к себе, то Софья Михайловна, наоборот, все свое внимание и заботу отдавала Казимиру Севериновичу, она мирилась с его недостатками и всегда хотела их не показывать”, — вспоминала сестра Малевича Виктория. Именно Софью друзья и родные считали единственной ровней ему. Одно печалило: Бог не давал детей. Потому рождение дочери в 1920-м (на одиннадцатом году брака) стало для нее настоящим подарком судьбы.
К тому времени в жизни ее мужа произошло многое. Казимир уже написал знаменитый “Черный квадрат”. Ученики и последователи Малевича восприняли его как “новую икону” и своеобразный изобразительный манифест супрематизма — направления в искусстве, о создании которого Малевич заявил во время одной из выставок. А еще сделал эскизы к костюмам театральной постановки “Победа над солнцем” и создал в Витебске, где они с Софьей прожили несколько лет, группу “Утвердители нового искусства”, или УНОВИС. В честь нее маэстро и назвал свою девочку Уной. “Супрематисты сделали в искусстве то, что сделано в медицине химиком. Они выделили действующую часть средств”, — отмечал его современник писатель Виктор Шкловский. Применяя супрематизм к новым областям, Малевич сотрудничал с Государственным фарфоровым заводом в Ленинграде, создавал новые архитектурные формы, которые назвал “архитектоны”, делал эскизы для текстиля.
Большую часть времени Уна проводила с мамой, которая души в ней не чаяла. Увы, не довелось Софье Михайловне увидеть, какой станет ее девочка: в мае 1925-го жена Малевича умерла от туберкулеза, оставив пятилетнюю Уну на попечении родных. Малевич приезжал в Немчиновку, где они жили, лишь время от времени. В этом поселке летом того же года он встретил новую любовь — звали ее Наталья Манченко.
“Мне нравится то, чего нет на свете”
— Слышали: сам Сергей Эйзенштейн здесь, в Немчиновке, будет кино снимать! Говорят, к двадцатилетию революции 1905 года. И Малевич с ним, — эта новость быстро разнеслась по поселку. Была среди киношников и Наталья Манченко — скромная девушка, которая приехала за компанию с сестрой. Вскоре окружающие стали замечать, что Казимир Северинович все больше времени проводит в ее обществе. Возможно, таким образом он пытался заглушить боль утраты?! Так или иначе, к концу 1925-го они жили вместе, а два года спустя расписались. В отличие от Софьи, которую в семье Малевичей любили, Наталья не пришлась ко двору: все в этой неприметной скромнице было, на взгляд его матери и сестер, не так. Однако Казимир не придавал этому значения. “Я все думаю о судьбе своей, что она привела тебя для меня и меня тебе отдала как под охрану душу мою, как покою, который нужен мне, как бы сердце мое охранить хотела для дальнейшей моей работы, для дальнейшего восхождения. Так продолжится линия жизни моей с тобою к достижениям высот искусства. Теперь я цел и собран с тобой в единую силу, и ты протерпишь все до конца со мною”, — писал он жене.
IMG_6412.jpg
Были у него в 1927-м и другие заботы — художника пригласили с выставками в Польшу и Германию. Время, проведенное там, пролетело, как в сказке, — даже удалось продать одну из картин, выручив 2000 рублей, что для него, вечно нуждавшегося в средствах, было немало. Сказка окончилась внезапно: в конце мая из Ленинграда пришел приказ немедленно вернуться в страну. На вокзале его встретили не близкие, а представители власти, учинив допрос прямо на перроне. Хотя эта неприятная история быстро закончилась, о мечте побывать в Германии еще раз пришлось забыть.
А три года спустя все повторилось: 20 сентября 1930-го он был арестован  по подозрению в шпионаже в пользу Германии и отправлен в заключение, где провел два с половиной месяца. О том, что происходило там, он никому никогда не рассказывал — о “впечатлениях” поведали картины тех лет.
В 1933-м в результате простуды обострилось давнее воспаление предстательной железы: с тех пор, несмотря на регулярное лечение, состояние только ухудшалось. “У вашего мужа рак”, — сообщил доктор Наталье после очередного обследования. Знать о своем диагнозе самому пациенту не полагалось, и он продолжал старательно выполнять все назначения. Однако уже год спустя почти не поднимался с кровати. А 15 мая 1935-го его не стало.
“Супрематические похороны” провели в лучших традициях нового искусства: гроб был сделан по эскизам учеников и представлял собой поваленный набок архитектон, каждая сторона которого имела шесть уступов. Расписан он был в основные цвета супрематизма — зеленый, черный и белый. В изголовье изобразили черный квадрат, а в ногах — красный круг. “Памяти разорвав струю, ты глядишь кругом, гордостью сокрушив лицо. Имя тебе Казимир”, —  прочитал поэт Даниил Хармс строки из написанного накануне стихотворения, которое затем опустил в гроб. Согласно завещанию, тело мастера было кремировано, а урна захоронена под большим дубом в любимой Немчиновке. Во время войны на нем располагался пункт оповещения об авианалетах. Позже, играя у его подножия, местные мальчишки нашли урну с прахом: надеясь отыскать что-нибудь интересное, высыпали содержимое. А в 1942-м в дерево попала молния. В конце 50-х годов ХХ века вся площадка была расчищена, а пень выкорчеван. Теперь над местом, где нашел последнее пристанище Казимир Малевич, шумят колосьями пшеничные поля, которые радуют глаз летом и навевают грусть зимой, напоминая: ничто не вечно под луной. А сам мастер, растворившись в бесконечности пространства, воплотил главный принцип супрематизма, тайный смысл, вложенный им в “Черный квадрат”: мир — это беспредметность и вечный покой.
Ольга ЯНКОВАЯ

Поделись с подружками :