Дочкины папы

Поделись с подружками :
Отец для девочки — образец, с которым будут сравниваться все мужчины в ее жизни. Мы решили поговорить с папами дочерей о том, как правильно воспитывать из девочки женщину, нужен ли фейсконтроль для женихов, и о том, как изменилась жизнь самих пап с рождением дочери.

Василий Бондарчук, певец
Дочь Ариана-Селеста, 1 год 9 месяцев

Василий, вы ждали мальчика или девочку?
Поначалу мы ждали сына, но на второй половине беременности узнали, что будет девочка, и я очень обрадовался. На самом деле я просто хотел ребенка, и не важно — сына или дочь, как Бог даст. Но когда я взял малышку на руки в первые секунды ее жизни, испытал настоящее счастье.

Вы присутствовали при ее рождении?
Да. И считаю, что мужчина должен быть рядом с женой во время родов. Конечно, каждый принимает решение индивидуально, но для меня это было крайне важно: я узнал, сколько боли и мучений испытывает женщина, как непросто родить человека. Когда увидел свою девочку, понял: наступила совсем другая жизнь. Правду говорят, что когда держишь на руках ребенка — ты держишь целую вселенную. Я в нее погрузился сразу!

Как вы принимали решение присутствовать на родах?

Не было никакого решения. Все произошло как само собой разумеющееся: мы приехали в роддом, и я остался с ними до того момента, пока жену и дочь не перевели в палату и обе они уснули. Тогда я вернулся домой, а утром снова приехал к ним.

Кто выбирал имя?
Мы долго думали, перебрали с Катей массу вариантов, но потом пришли к выводу, что хотим для дочери двойное имя. “Ариана”, — предложил я. Мне очень нравится это древнегреческое имя. Оно переводится как “Нежная песня”, а Катя предложила имя Селеста — по-испански “Небесная”. Вы же знаете, Катина фамилия Веласкес, у нее непростые, как теперь говорят, корни. Так что у нас получилась “Небесная нежная песня”. Для нас, певцов, это символично. Я считаю, что имя нашей дочери дано свыше.

Как изменило вашу жизнь рождение дочери?
Рождение ребенка для мужчины — это некий форсаж. Я начал понимать, что я не один, что у меня теперь две девочки — моя жена и дочь, что за них несу ответственность. Я стал торопиться: быстрее чего-то добиваться, реализовывать свои и их мечты. Это своеобразный адреналин. Кроме того, у меня появилось самое дороге в жизни — щебетание дочери “папа-папочка”, объятия и поцелуи. Это радость, которая отключает от всех проблем, неприятностей и сложностей. Даже сейчас, в нелегкое время кризиса, все равно понимаю, что самое главное, чтобы дочь была здорова и счастлива, а все остальное приложится.

У ваших девочек много общего?
Они очень нежные. Наша малышка сверхчувствительная — если видит, что я или мама расстроены, сразу подбежит, утешит. Другой ребенок в ее возрасте продолжал бы играть, а она смотрит прямо в глаза таким понимающим взглядом!

Вы много времени проводите с дочерью?
К сожалению, нет. Поскольку много работаю, стараюсь компенсировать это вниманием. Каждый день с ней гуляю и слегка балую — считаю, что ребенок должен получать столько, сколько ему нужно. Я рос в семье с небольшим достатком, но самое необходимое у меня было. Не хочу, чтобы моя дочь выросла избалованной “мажоркой”, так что пусть у нее будет все, что ей нужно, но пусть знает, что не все достается ей легко.

А появление в ее жизни другого мужчины как воспримете?
Это болезненная тема для многих отцов. (Смеется.) Пока стараюсь не думать о том, что через 15–16 лет начнутся первые слезы, первые драмы, первая любовь. Уверен, что буду внимательно следить за ее кавалерами. Хотя тотально контролировать жизнь ребенка, не давая ему возможности на ошибку, тоже не очень правильно.

Как вы думаете, чем она будет заниматься, когда вырастет?
Не знаю. (Смеется.) У нее, конечно, есть творческие способности. Я сделал уникальную запись: как-то в полтора года она взяла микрофон и начала петь. Причем вступила в такт, попала в тональность и даже в некоторые нотки. Правда, с текстом были проблемки — она хотела, видимо, спеть “Мама Катя”, а получилось “Мама Кака”. Но это ее первое сольное выступление. Мой отец, тоже музыкант, услышав его, растрогался до слез — и смеялся до слез тоже. Естественно, гены берут свое. Но если она не станет музыкантом или певицей, а займется чем-то другим, я ее поддержу. Мои родители понимали меня всегда, и я делал только то, что хотел, правда, не совершал никаких глупостей.

Вашим родителям очень повезло.
Мы с братом старались их не расстраивать. Кроме того, я достаточно серьезно занимался гандболом, а спорт дисциплинирует.

Появление дочери изменило ваше отношение к женщинам?
Отношение к женщине меняется с возрастом. И теперь я знаю, что такое женщина-мать и какая она бывает, когда маленькая.

Валид Арфуш, заместитель генерального директора Национальной телекомпании Украины (НТКУ)

Дочери: Лиза, 10 лет, Эмили, 6 лет

Валид, кого вы ждали в первый раз?
Мальчика. (Смеется.) А второй мы хотели, естественно, девочку — и родилась дочка. Я не испытал никакого разочарования, наоборот, появление Лизы — это была какая-то непривычная радость!

А рождение сына было привычной радостью?
Нет, конечно. Просто это вызвало сильное удивление. Ведь рождение первого ребенка — это всегда счастье и удивление. Кроме того, мне кажется, что дети приносят с собой в мир все, что им нужно для жизни. Когда появился Карим, я только-только открыл первую радиостанцию; с рождением Лизы произошло целое море открытий — и в работе, и в карьере. И Эмили тоже перевернула мой мир — в очередной раз.

И как часто случались такие перевороты в вашей жизни?
Каждые четыре года, два месяца и три дня. Именно такая разница между моими детьми. Недавно, кстати, это обнаружили. Тоже удивительно!

Чем отличается отец сына от отца двух дочерей?
Разница в самих детях: в маленьком возрасте девочки больше нуждаются в папе, а мальчики — в маме. А потом все наоборот. Но сейчас малышки — совсем папины дочки. Впрочем, все мои дети очень любят своих мам. С Каримом мы больше друзья — ему четырнадцать лет, и я приглашаю его на свои мероприятия, вечеринки, куда он приходит со своей девушкой. А к дочерям отношение более трепетное и ответственное.

Изменилось ли ваше отношение к женщинам после рождения дочерей?
Разумеется. Я понимаю теперь, что женщины никогда не вырастают. Отличие между маленькой девочкой и дамой лишь в том, что у взрослых мечты становятся более конкретными. Малышка хочет быть принцессой — на самом примитивном уровне это означает, что у нее будет белое пышное платье и красивые прически. Но когда она вырастает, для нее по-прежнему остается важным все это — и платье, и быть принцессой...

Наверное, вам теперь проще понимать жену?
Нет. (Смеется.) Когда ты отец двух дочерей, то понимаешь, что женщины вообще не похожи на мужчин. Мы как будто разные существа, нас объединяет только количество рук, ног и глаз.

Как вы воспримете появление в жизни ваших подросших дочерей других мужчин?
Все женихи будут проходить жесткий фейсконтроль! По правде, даже не знаю, как отреагирую на их первые серьезные отношения: я готовлюсь к этому, но вряд ли буду готов.

Вы хотели бы контролировать их жизнь?
Нет, ни в коем случае. Чем сильнее контроль за детьми, тем большая вероятность, что они будут поступать вам назло. Я хотел бы быть для них отцом-другом, открытым для любых разговоров, даже для тех, которые они не могут вести с мамами.

Вы думаете, вам это удастся?
Я постараюсь. А если ничего не выйдет, буду продолжать руководствоваться своим золотым правилом: “Ваши дети — это не ваша собственность: это дети жизни”. Надо с этим смириться. Моя задача — дать им прекрасное образование и строго следить за этим. Например, все мои дети знают четыре языка — украинский, русский, французский и английский. Я могу посоветовать им, какую лучше выбрать профессию, чем заняться. Но ничего не стану контролировать: только поддерживать и помогать. А они пусть выбирают сами.

У вас есть любимец?
Нет, конечно. У меня есть любимая улыбка, любимая обнимка, любимые обиженные глаза... Думаю, у меня нет “фаворита”, тем более что у меня двое детей от первого брака, Эмили — от второго. Так что я стараюсь держать баланс.

А какие черты характера дочерей вы цените больше всего?
Независимость и самостоятельность. Это я и ценю в них, и развиваю, и воспитываю. Только благодаря этим качествам можно крепко стоять на ногах во взрослой жизни. Думаю, в наше время женщине не обязательно уметь хорошо готовить — она должна ставить перед собой цели и добиваться их, делать карьеру, строить свою судьбу.

Вы заметили изменения в себе после рождения дочерей?
Я всегда был романтичным, но стал более мягким, понятливым, податливым... и трачу гораздо больше денег. Когда в прошлом году мы, как обычно, поехали со всеми детьми отдыхать на юг Франции, мне жена сразу сказала: самым нелегким будет шопинг. Так и вышло. Но я отношусь к этому спокойно. К сожалению, балую своих дочерей, но говорю им прямо — вы можете тратить все, пока у меня есть такая возможность. Когда у меня закончатся деньги, сами будете решать, где их взять. Впрочем, ребенку нужно немного для счастья: дом, любовь и еда.

Вы эмоциональный отец?
Очень. Я не умею скрывать свои чувства. Иногда мне кажется, что я нуждаюсь в своих детях больше, чем они во мне.

ВАЛЕРИЙ ЖИДКОВ, автор “Студии Квартал-95”

Дочь Лиза, 6 лет

Валерий, кого вы больше хотели — мальчика или девочку?
Честно говоря, я тогда не думал об этом. Но, как все мужчины, надеялся, что будет мальчик. В тот год мы из Тамбова начали ездить в Киев — “Студия Квартал-95” только появилась, и нас было всего несколько человек. Вышло так, что всю беременность жена провела в Тамбове и приезжала ко мне лишь недели на две. Когда Лиза родилась, я был в Ялте на съемках. Прямо посреди репетиции мне позвонила теща и сказала, что у меня — дочь. Я, естественно, сорвал репетицию: купил коньяк и пошел по гримеркам праздновать. А после концерта сразу же помчался на машине в Киев, оттуда поездом доехал до Воронежа, а потом автобусом до Тамбова. Я очень спешил, потому что роддом закрывали на ремонт. И успел к выписке.

Вы помните чувство, охватившее вас, когда увидели дочь?
Конечно. Приехал поздно вечером к роддому, разбудил Машу, а тут ей принесли Лизу — кормить, наверное. И она показала мне в окно какой-то сверточек. Опознать в нем человека было сложно, но на следующий день, когда я их забрал домой, разглядел ее лучше. Подержал на руках, но нельзя сказать, что тут же проникся отцовским чувством. Сразу — нет. Как бы цинично это ни звучало, сначала возникло ощущение, что мы взяли в дом какого-то питомца.
Недели две я слушал ночной писк и пережил совершенно новое состояние: лежишь и не можешь заснуть, потому что ребенок плачет, а когда замолкает, не можешь заснуть, потому что прислушиваешься — почему так тихо? Вот за это время я до конца почувствовал ответственность за каждый вздох и движение дочери. В Киев вернулся уже с осознанием того, что я отец. А еще через полгода забрал девчонок в столицу — так что Лиза у меня киевлянка практически коренная.

А когда вы ощутили себя отцом именно дочери?
Не уверен, что это происходило за какой-то короткий срок. Но теперь я знаю, что отцы дочерей — самый льготный контингент родителей. Папе по отношению к дочери прощается все: то, что он не строг с ней, то, что не ругает и не воспитывает, то, что много балует. И мне это очень нравится.

Вероятно, у вас мало времени на общение с ней?
Да, чаще всего я ухожу, когда она еще не проснулась, и прихожу, когда она уже спит. Из-за моего режима работы мы не успеваем надоедать друг другу, так что папа — это настоящий праздник. Когда появляюсь дома, ей как будто вкалывают огромную дозу адреналина, и она показывает и рассказывает мне за два часа то, что прожила и сделала за весь день. Окружающие с трудом переносят наши шумные вечерние игры.

Как вы представляете ее будущее?
Сейчас трудно сказать. Понимаю, что мы будем как-то влиять на нее, но все равно выбор останется за ней. И я смогу гордиться ею, когда увижу, что она способна принимать взвешенные, не эмоциональные решения, осознавать свой выбор и отдавать себе отчет в действиях. Тогда я пойму, что все в жизни у нее будет логично и что она выросла.

То есть вы ждете от нее мужского поведения, как раз такого, к которому не склонны женщины?
Вообще-то, да. (Смеется.) И, как всякий отец, меньше всего рассчитываю на своего гипотетического зятя. Думаю, что не ее будущий партнер, а она сама должна приложить максимум усилий, чтобы совершить как можно меньше ошибок. И, наверное, болезненно переживу появление зятя, буду критиковать его и выказывать недовольство. Но нередко дочь, даже выйдя замуж, сохраняет прекрасные отношения с папой. Она может любить мужа, но при этом отец остается для нее главным мужчиной. Надеюсь, что Лиза найдет такой же баланс в своей жизни.

Игорь Романенко, менеджер рекламного агентства

Дочь Романа, 5 лет

Игорь, кого вы ждали?
Разумеется, мальчика. С корыстными целями: знал, что смогу с ним играть в свои любимые игрушки, потом будем ходить на футбол... Но когда появилась дочь, понял, что девочки гораздо лучше. Они нежнее, ласковее, заботливее. Сравнивая свою малышку и мальчиков, родившихся у друзей, вижу, что парни всегда сорвиголовы, что они, конечно, пап любят, но чувства не показывают. А девочка обнимет, приголубит...

Когда узнали, что у вас родилась дочь, испытали разочарование?
Нам сказали, что будет девочка еще до появлния ее на свет. Но до последнего момента я рассказывал всем, что УЗИ порой ошибается и что может быть сын. Но когда она родилась, я испытал огромную радость.

Как вам кажется, быть отцом девочки более ответственно, чем отцом мальчика?
Думаю, быть отцом дочери все же тяжелее. Возьмем банальный пример: мальчику достаточно быть одетым практично, а порванные штаны, грязные футболки — это пустяки, мама вечером разберется. Девочке же с самого рождения нужно прививать чувство прекрасного, внушать, что она обязана оставаться леди каждую минуту. Должна быть аккуратной, стильной и всегда соответствовать тому, что она девочка, девушка, женщина...

Рождение дочери повлияло на ваше отношение к женщинам?
Дочь очень дисциплинирует. Понимая, что я для нее пример человека, с которым она в дальнейшем свяжет свою жизнь, мне пришлось существенно повысить свою планку. Романа должна знать, что цветы в доме — это не праздник, а естественная вещь; что завтрак, приготовленный мужчиной, — не подарок, а норма.

Насколько дочь изменила вашу жизнь?
Тяжело было первый год: я веду активный образ жизни, а появление Романы ограничило мою мобильность. Ни в гости лишний раз сходить, ни поехать куда-то. Но когда она подросла, с ней стало гораздо интереснее: я с удовольствием наблюдаю, как она преподносит себя в компаниях, мне нравится развивать ее, поскольку успехи дочери говорят что-то и обо мне. Я стал гордиться ею.

Кто назвал дочь таким необычным именем — Романа?
У нас было четыре варианта, а это имя предложила теща — в день, когда дочь родилась, мы втроем совещались. Хотя многие потом мне говорили, что называть девочку мужским именем — плохая примета, что у нее не сложится личная жизнь или проявится мужской характер. Но я этим предрассудкам не придаю значения.

А какой характер у вашей дочери?
С одной стороны, она стеснительная, по крайней мере, со взрослыми. Зато в детской компании — у нас пятеро двоюродных сестричек — верховодит: распределяет роли, выстраивает игру, говорит, что кому делать.

Романа — папина или мамина?
Разумеется, папина — она и похожа на меня, и общего у нас очень много. Изначально мы с женой избрали такую тактику поведения с ребенком — максимально уважать ее мнение. Это касается даже мелочей. Например, она может выбрать сама одежду или обувь, когда мы куда-то идем. Если потом она оказывается неудобной, дочь понимает, что это ее решение, что сама его приняла.
А я, осознавая, что мама волнуется за нее сильнее, решил позволять дочери больше. Допустим, жена не разрешает взбираться по высокой лестнице, а со мной можно. Я даже подталкиваю ее к тому, чтобы она преодолевала трудности или делала то, чего боится или не умеет.

То есть вы все равно растите мальчика, с которым будете ходить на футбол?
Нет, конечно. (Смеется.) Просто девочке нужно реализовывать какие-то “серьезные” вещи. Вот я и предоставляю ей такую возможность. Но уверен, главное — никогда не забывать о том, что дочь — маленькая женщина. У нас была такая ситуация: я принес жене цветы, и Рома спросила: “А мне?” После этого случая я понял, что женщина — всегда женщина, даже если сидит в коляске. Теперь если дарю супруге колье, то Роме — детские украшения.

Сергей Хоменко, генеральный директор Feidal coatings

Дочь Марина, 24 года

Сергей, вы хотели мальчика или девочку?
Честно говоря, мальчика. В 1985 году, когда родилась Марина, УЗИ не пользовалось такой популярностью, как сейчас, так что ждать сына я мог с вероятностью пятьдесят на пятьдесят. Но когда родилась девочка, я ни капли не расстроился. В то время я был кадровым офицером, и мне дали всего полдня, чтобы забрать ее с мамой из роддома.
Что касается желания иметь сына, то у мужчины оно формируется на подсознательном уровне. Я с пятнадцати лет был военным, мой отец тоже кадровый офицер, так что для воспитания мальчика у меня тогда уже было достаточно жизненного опыта. А вот для дочери, которая появилась, когда мне был двадцать один год, я еще не совсем созрел.

Как повлияло на вашу жизнь рождение дочери?
Рождение ребенка меняет жизнь родителей навсегда — они резко взрослеют. Признаюсь, первый год ее жизни я все время проводил на службе: стал более ответственным, понимал, что теперь многое должен сделать, но на предмет этой ответственности, на саму дочь, я тогда свое внимание еще не переносил. Впрочем, до года-полутора мамы играют более важную роль. Это потом папа становится интересен и нужен!

Что, на ваш взгляд, самое главное в воспитании дочери?
Единственный принцип в воспитании, на котором я всегда настаивал, — это ее самодостаточность.

Вы много времени уделяли ей?
К сожалению, нет. Но очень ценил часы, проведенные с ней. Часто, кстати, делали мальчишеские игрушки: то змея мастерили и запускали, то парусник вырезали из дерева. Гуляли с собакой — у нас был дог...

Как-то формировали отношение дочери к семье, к браку?
Во-первых, мы с женой в браке двадцать семь лет, и наши чувства по сей день живые — их не подделаешь. Так что у нее перед глазами пример того, какими должны быть отношения в семье. Во-вторых, она с детства очень серьезная: с ней в семь-восемь лет можно было разговаривать на темы, которые обычно обсуждают с тринадцати-четырнадцатилетними детьми.
Я всегда старался развивать ее представления о взрослой жизни, сделать ее суждения самостоятельными: она много читала — и художественную литературу, и журналы. Например, “Натали” с самых первых номеров был в нашем доме. Дочь все схватывала на лету, я же видел свою задачу в том, чтобы объяснить, как и что. Пока она не давала мне повода вмешиваться или волноваться, не важно, речь идет о мужчинах, о профессии или о жизненных целях: она всегда совершает разумный выбор и прислушивается к аргументам.

Какой у вашей дочери характер?
В детстве, когда ее ругали, она никогда не плакала. Стояла и смотрела молча, как партизан. Наверное, отчасти ее характер сформировал спорт: она профессиональная теннисистка. В отличие от художественной гимнастики, где заранее отрепетировано каждое движение, теннис требует предельной концентрации и принятия решений по ходу игры. Это дисциплинировало Марину, во многом определило ее характер, ее практически мужскую логику. Женщины, на мой взгляд, более вариативны, менее тверды, чем она. Я сужу об этом даже по стилю вождения машины — она прекрасно водит, очень по-мужски, феноменально быстро научилась это делать.
Когда я ушел в отставку, начал говорить с ней о бизнесе, так что она знает цену деньгам. Мне всегда легко ей что-то объяснить. Но она неуступчива — если вижу, что ей что-то не нужно, я никогда не буду настаивать.

Вы гордитесь своей дочерью?
Очень. И она об этом знает. Я, правда, не расплываюсь в комплиментах, а просто показываю ей то, чего она достигла. Приятно, когда она приходит ко мне советоваться, хотя делает это нечасто. Но она доверяет мне — а это дорогого стоит.

Вы волновались, когда она стала жить отдельно?
Не могу сказать, что сильно переживал. Марина полностью готова к самостоятельной жизни. Кого бы ни выбрала в спутники, я приму ее выбор и ни в коем случае не покажу, что чем-то не доволен или что-то меня не устраивает. Многие родители пытаются вмешиваться в личную жизнь детей, но я подхожу к этому так: если есть проблема, я рассматриваю свое участие в ее решении. А как я могу участвовать в ее отношениях с мужчиной? Никак. Значит, она сама будет и выбирать, и полностью отвечать за последствия своего выбора.


Поделись с подружками :