10 кг назад или Особенности женского похудения.

Поделись с подружками :
Лю­би­мая, не на­до, не де­лай это­го! Умо­ляю, ос­та­но­вись, нет у те­бя серд­ца... Но ты уже за­не­сла но­гу на эша­фот ве­сов, уже по­ста­ви­ла вто­рую и уст­ре­ми­ла свой зор­кий глаз на бы­ст­ро по­бе­жав­шие ци­фер­ки.
Все. Можно забыть, что сегодня суббота, забыть о сексе и прочих радостях жизни. День отравлен, уничтожен, испорчен безвозвратно. Можно вообще не вставать с постели. 
— Плюс двести пятьдесят, — говоришь ты загробным голосом, проходя мимо с трагическим лицом. 

Имеются в виду граммы, но звучит как четверть тонны. Атомная война, мировой кризис, сибирская язва и парниковый эффект — мелкие неприятности по сравнению с лишним весом. Кстати, для новичков: у женщин лишним считается любой вес, если он такой же, как вчера, или больше на один грамм. Что происходит после набора целого килограмма — представить страшно, а пережить невозможно. Это замкнутый круг — плохое настроение, заедание стресса плюшками, взвешивание, отвратительное настроение, переходящее в депрессию, больше плюшек, снова взвешивание, истерика, плюшки, плюшки, плюшки, диета, короткая радость, празднование результата (“Не бойся, я контролирую ситуацию”), взвешивание, плохое настроение, заедание стресса плюшками и далее по схеме. Вот только радость с каждым днем все короче, а депрессия длиннее.  
Вчера был очередной приступ героической борьбы с килограммами. Ты сползла с кровати, не приходя в сознание, взошла на эшафот, увидев цифру (как по мне, вполне нормальную, но запрещенную к произношению, “Убью, если кому-то скажешь!”), мгновенно проснулась и заявила:
— Начинаю худеть! 

Весь день ты жевала капустный лист, причем один и тот же. Натыкаясь на продукты, твой голодный взгляд туманился. Со словами “Убери это немедленно!” ты бежала из кухни, и мне пришлось ужинать на балконе, чтобы запах курицы гриль не тревожил твой истерзанный капустой организм. Потом мы включили телевизор, и он бодро изрек: “Приготовить форель в сметане очень просто!” Ты подавилась слюной и ринулась за своим недожеванным листом. Я переключил канал. Какие-то люди кавказской национальности с аппетитом ели баранью ногу. Вокруг безжалостно пестрели фрукты и овощи — красные помидоры, зеленые огурцы, желтые дыни и нежно-розовые арбузы.

— Жми на кнопку! — издала ты нечеловеческий вопль, сама схватила пульт и нервно затрясла им в воздухе. В порядке живой очереди на экране появились: девочка с мороженым, именинник с большим шоколадным тортом, счастливый мужчина в окружении шашлыков...
Ближе к полуночи ты сдалась. Измученная голоданием, бросилась к холодильнику и, подобно Васисуалию Лоханкину, стала хлебать борщ прямо из кастрюли. Ты съела его в считанные секунды. Наверное, решила, что если сделать это быстро, то организм не заметит. А утром, естественно, весы сообщили, что он не дурак, все посчитано, а двести пятьдесят — это еще по-божески, могло быть и полкило. 

Я искренне уверен, что диеты — вселенский заговор против женщин. Ты перепробовала их практически все. Кремлевскую и голливудскую, магниевую и калиевую, гречневую и кефирную, низкоуглеводную и жировую, диету арктических эскимосов и американских астронавтов... И вот теперь я спрашиваю — где логика? В чем сакральный смысл сложнейших манипуляций, если все они заканчиваются ночным походом в холодильник? 

А знаешь, что особенно обидно? Не то, что, взвесившись утром, ты, прекраснейшее из созданий, превращаешься в злобную асексуальную субстанцию. А то, что секс с тобой в таком состоянии напоминает продолжение борьбы с лишними килограммами. Технично, активно и без эмоций. Так делают отжимания в тренажерном зале. Долгие годы я напрягался от ревности. Мне казалось, что конкуренты могут увезти тебя в неведомые дали, где вечное лето, солнце, море и в бриллиантовых россыпях бьют гейзеры из шампанского. Идиот. Лишний вес — вот настоящий конкурент, которому ты посвящаешь себя без остатка.

А ведь были другие времена. Десять килограммов назад мы, голодные, но счастливые студенты, днями не выбирались из постели. Мы питались любовью и майонезом. Ты сияла в просвете окна, я считал твои ребра и возбуждался. Носить на руках мы могли друг друга по очереди — с фотографий тех лет на нас сегодняшних смотрят два скелета с горящими от счастья глазами. Но, как любят говаривать тамады на провинциальных свадьбах, все хорошее когда-то заканчивается. Закончилась и наша бедность. Первая последипломная зарплата потрясла воображение — четыреста долларов на двоих. Мы могли себе позволить даже рижские шпроты!!!

Но я сейчас не об этом. Мой месседж прост, как обращение вождя аборигенов к своему народу. Пункт первый: вернись в семью. Пункт второй: давай прямо сейчас, а? Страстно и радостно, как десять килограммов назад. К слову, твоя сексуальность с тех голодных костистых пор увеличилась в сотни раз. Но как тогда, так и сейчас ты для меня самая восхитительная фемина планеты, потому что я люблю тебя всякой. Ты прекрасна в любом весе, услышь меня, наконец! Только ты не веришь ни единому слову. Все мои аргументы разбиваются о вашу женскую логику, бессмысленную и беспощадную. Вот почему? По-че-му? 

— Потому, что я должна нравиться прежде всего себе, — объясняешь ты, капризно надув щеки.
Гениально. Ну понравилась ты себе, что дальше? 
— А дальше все, о чем ты мечтаешь, — горы счастья и океан секса...
Свежо предание. Знаю я твою загадочную натуру. Ты нравишься себе один раз в год и то случайно. Остальные триста шестьдесят четыре дня совершенствуешься. Так тебе кажется. 
Нет, надо брать инициативу в собственные руки. Пока ты на кухне задумчиво цедишь обезжиренный йогурт, я пробираюсь к весам. Вот они — обитель зла, порождение ехидны... Легким движением руки вскрываю крышку и с корнем вырываю первый попавшийся провод. Не думал, что такое простое движение способно принести столько удовольствия. Вот бы найти аналогичный проводок в твоей голове и навсегда отключить эту страшную функцию: “Худеть!” 

Ты еще не знаешь, что мой враг повержен. Планируешь весь день пить обезжиренный йогурт, чтобы утром пойти по привычному кругу. Фигушки! Завтра воскресенье — и я дарю тебе выходной. Я так соскучился, любимая... 

Поделись с подружками :