Точка отсчета

Поделись с подружками :
Начинать новую жизнь нетрудно — я точно знаю, потому что сама это делала много раз. Помните, как у Архимеда: “Дайте мне точку опоры, и я переверну землю”? Так вот, нужно всего лишь выбрать подходящую точку опоры.

Как я научилась плавать

В действительности плавать я умела и раньше — в том смысле, что правильно двигать руками и ногами получалось вполне сносно. Проблема была в другом: как только понимала, что опереться на земную твердь по первому своему побуждению не удастся, с грацией утюга отправлялась на дно водоема. Мужественно стиснув зубы, я из года в год боролась со страхом утонуть. Даже наняла тренера. В спортивном клубе, где проходили занятия, стала почти легендой. Занимались мы в детском “лягушатнике” рядом с большим бассейном. Пока я отрабатывала движения на мелководье — все шло хорошо, но стоило мне оказаться на относительной глубине, тут же начинала хаотично барахтаться и кричать на весь бассейн: “Помогите! Тону!” Дошло до того, что на мои тренировки ставки делали — поплыву или нет.

Я уже совсем отчаялась, но случилось следующее. Как-то летом меня отправили в отпуск вне графика. Никто из подруг не готов был бросить все и лететь со мной в горящий тур, с любимым мы находились во временном расставании и ехать в Турцию пришлось одной.
Отель оказался славным, контингент — приличным, а береговая линия уходила далеко за горизонт. Курортники как-то быстро перезнакомились и сдружились. Из всех мужчин я сразу выделила высокого, очень загорелого блондина. Как-то так вышло, что за столиком мы оказывались рядом, танцевали вместе и даже предпочитали одинаковые напитки. А?назавтра договорились встретиться у моря.

Остаток вечера я умасливала свое тело и примеряла купальники.
Утром не успело взойти солнышко, как я уже была на пляже: следовало выбрать место менее людное и отрепетировать эффектное возлежание на шезлонге. Каково же было мое изумление, когда я обнаружила своего блондина разминающимся у кромки прибоя. Он приглашающе махнул рукой, мол: “Поплыли?” — и сиганул макушкой прямо в волны. А я — за ним.
Земля в прямом смысле уходила из-под ног: руки и ноги автоматически выполняли выученные движения, а глаза выискивали белокурую макушку. Наконец блондин показался над водой, отфыркался и выдал: “К буйкам?” Догадайтесь с первого раза, что беспечно выпалила я? “Без проблем!” Он поплыл рядом, рассказывая анекдоты, шутя и развлекая. Я, конечно, демонстрировала беззаботность, удовольствие и едва сдерживала крик: “Помогите! Тону!”
“Пока вы качаетесь на волнах, я поплаваю с выкладкой. Не возражаете?” Я возражаю?! Да плывите вы хоть в Африку, подумала я, мило улыбнулась и крепко вцепилась за буек. Плавал он так долго, что я, покачиваясь на волнах, успела передохнуть, расслабиться и осознать все, что произошло.

За годы борьбы со своим страхом я так привыкла к самой борьбе, что она стала частью моей жизни. Ушел бы страх — закончилась бы и?борьба, а значит, на меня перестали бы обращать внимание в бассейне, участливо интересоваться друзья и знакомые, исчезла бы привычка жалеть себя и сокрушаться по поводу своей такой хрупкой и милой неумелости. Оказывается, что изменить что-то в жизни мы порой не очень-то и желаем, даже не признаваясь себе в этом. Мой блондин просто не допустил мысли, что я, такая красивая и сильная, не умею плавать. И оказался прав.

Теперь меня ничто не способно вывести из равновесия. Я не просто плаваю — это стало любимым занятием. И когда в очередной поездке мужчины, с завистью глядя, как я плыву, спрашивают у моего любимого: “Пловчиха?”, он, улыбаясь, гордо кивает.
Что было точкой опоры в тот раз? Наверное, масло для тела, которым я щедро поливала себя накануне грандиозного заплыва.

Как я полюбила готовить завтраки

До этого дня все было, как у всех: спим до последнего, будильник раза три безуспешно пытается нас поднять. Вскакиваем, кто проиграл битву за душ — готовит кофе. Утро — сплошной кошмар! Ни завтрака, ни секса...

По выходным до самого обеда — беспробудный сон, пока кто-то из друзей не разбудит телефонным звонком. Дальше — все, как всегда, с одним лишь отличием: мы опаздываем не на работу, а на встречу с друзьями, поездку к родителям, поход в кино по заранее купленным билетам и т. д. и т. п. И так — изо дня в день. Пока однажды этот хорошо отлаженный механизм не дал сбой.
После особо бурного уик-энда, в понедельник утром я проснулась первой — солнце почему-то очень резко светило в глаза. Долго и недоуменно соображала, что значит именно такая расстановка стрелок на будильнике. Наконец дошло: мы проспали. Оба. Безнадежно и неисправимо. И теперь остается одно — сказаться на работе больными.

Впервые за долгое время никуда не надо было спешить! Можно не воевать за душ и стоять в облаках пара сколько душе угодно. Мое тело разомлело и могло мириться только с чем-нибудь невесомым — шелковый пеньюар из секс-шопа, подаренный кем-то в шутку, вовремя оказался под рукой. Кружевной, разлетающийся от каждого движения именно в тех местах, где и должен разлетаться.

Душа требовательно напомнила: “Я уже готова пить кофе! Кстати, обычно в это время мы уже успеваем что-нибудь перекусить!” Но холодильник был практически пуст. Одинокое яйцо, остатки ветчины, сыр. В углу притаился пакет сушек, каким-то неведомым образом тоже оказавшийся в холодильнике. И тут меня осенило: очень давно на детские утренники моя мама готовила веселые канапе. Сушки замачивала в омлетной массе, начиняла смесью из мелкорубленой ветчины и сыра, раскладывала на противень, посыпала тертыми сухарями, а сверху — маленький кусочек сливочного масла... Я быстро взялась за дело, и уже через несколько минут завтрак многообещающе источал аппетитный аромат из огнедышащей духовки. “А накрою-ка я стол!” — и потянулась за парадными чашками в верхний шкафчик. Вдруг он начал быстро приближаться и плавно остановился на уровне моих глаз — я охнула от неожиданности! И совершенно не заметила, что это любимый тихо подошел и, подхватив меня, доставил прямо к чашкам...
У нас был долгий и нежный секс, опять душ, но вдвоем, и кофе из парадных чашек с ароматными сушками — прямо в постели. С тех пор я встаю раньше, надеваю шелковый пеньюар и спешу на кухню.

И так сожалею, что столько времени считала нормальным ритм, в котором мы жили, и дела более важными, чем мы сами. Оказывается, куда важнее не коня на скаку останавливать, а самой перестать скакать, как лошадь. Нужно просто тихонько отойти в сторонку со своей ежедневной беговой дорожки, снять сбрую, надеть шелковые одежды, а вместе с ними — и новую жизненную роль...

Парадные чашки мы достаем из верхнего шкафа вместе с любимым, — это теперь наш ритуал, который почти всегда заканчивается утренним сексом. Точкой опоры в этом случае стал нелепый пеньюар, очень кстати завалявшийся в шкафу.

Кофе в постель или в чашку?

Моя подруга Геля давно и безнадежно замужем. У нее двое чудесных деток и третий детинка — муж Толя. Весь этот семейный батальон удобно устроился на ее хрупких плечах. Однажды мы с подругами собрались на девичий хурал и поняли: ее нужно спасать, несмотря на упорное сопротивление. Разработали план, как вынудить крутиться по дому не Гельку, а ее обнаглевшее семейство. Но для начала нужно было добиться невозможного — хотя бы на один день уложить подругу в постель. Мы перебрали массу способов, но все они были или негуманными или незаконными. Помог случай.

Наш школьный товарищ, много лет назад эмигрировавший в Америку, неожиданно приехал в Киев на пару дней и собрал всех одноклассников в ресторане возле крытого катка. Геля на вечер отпросилась у своего детинушки и присоединилась к нашей компании. Вот она, возможность! Весь вечер мы по очереди “выкатывали” подругу на лед и под конец укатали так, что привезли домой еле живую. Была пятница, час ночи, и я не сопротивлялась, когда мне предложили остаться на ночлег в ее семье.

вместо того, чтобы выбирать понедельник, который перевернет вашу жизнь, найдите точку опоры

Утром Гелька, как обычно, чуть свет попыталась вскочить с кровати и нестись на кухню печь-варить-жарить, но взвыла от боли — перетруженные на льду мышцы свернулись в жесткие канаты и вызывали адскую боль при каждом движении. План-заговор вступил в фазу реализации.
Сценарий требовал моего выхода. Первым делом отправила возмущенного Толю готовить горячую аромаванну для прихворнувшей жены. Двухметровый увалень для порядка покряхтел, но со мной спорить не стал — я не Гелька. Оккупировав кухню, я зазвала детей и приобщила их к облагораживающему труду: младший подавал чайную посуду, раскладывал в вазочки варенье и сооружал тосты. Старшая пыталась старательно чистить картошку, отправляя в мусорное ведро две трети каждого клубня. Я же сидела на высоком табурете и, размахивая кухонным полотенцем, командовала этим народным ополчением.

Когда ванна была готова, из-за кухонной двери высунулась кислая физиономия Анатолия. Пора переносить Гелю! “Ура! Мама поедет в ванну на папе!” — заорали радостно дети. Геля попробовала сопротивляться, но неуклюжесть ее мужа, веселье ребятни и мои командные жесты так раззадорили, что она сдалась. Когда ее опустили в воду прямо в пижаме, детскому восторгу не было предела, а папа был невероятно горд собой.

Пока он помогал маме вытираться, а потом уже без возражений нес ее в постель, мы с детьми прямо на ковре расстелили скатерть и расселись, словно на пикнике, поедая горячие тосты. Семейная идиллия! Только вот у папы очень горели глаза — я поняла, что ребятишек надо вести на прогулку.

С тех пор нередко дети сами приносят Геле в постель кофе и тосты — даже когда она абсолютно здорова, а ее муж не раз хвастался перед друзьями своим талантом готовить для жены аромаванны!
В жизни все просто: чтобы нас полюбили другие, необходимо полюбить себя самим. Мы постоянно забываем эту элементарную истину, и в этом невнимании к себе проявляем какой-то чудовищный эгоизм! На что же оперлись мы в этой истории? Друг на друга и на любовь, которой вовремя не дали умереть...

Вместо того, чтобы выбирать понедельник, который перевернет вашу жизнь вверх тормашками, найдите очередную точку опоры — и полдела уже сделано. Я, например, сразу занимаю правильную позицию, чуть-чуть напрягаюсь, раз — и новая жизнь у меня в кармане!

Поделись с подружками :