Друзья

Поделись с подружками :
Этот заголовок — не плод моего воображения, а название одноименного сериала, который десять лет крутили по телевидению по всему миру. Я смотрел его не регулярно, но запомнил, что дружбе между мужчинами и женщинами мешают половые различия...
Ты мне очень дорог как друг, ты же знаешь. Спасибо, что выслушал меня, и вообще — спасибо, — сказала она, поправив сбившуюся челку, и по-змеиному скользнула в свое шикарное вечернее платье.

Я лежал на смятой постели, пропахшей ее духами, и усиленно рассматривал лепнину потолка. Чувство глубокого удовлетворения смешивалось с непонятной досадой: если она пришла обсудить проблемы, возникшие с новым бойфрендом, то к чему было все остальное? А если ей нужен был секс, то зачем этот трехчасовый сеанс домашнего психоанализа?!

Мы действительно дружили. Очень давно. Не с раннего детства только потому, что наши песочницы находились в разных дворах. Ей я обязан своим самым первым и неумелым подростковым поцелуем. “Ты что, дурак?” — воскликнула она тогда, стукнула меня по голове сачком для ловли бабочек, и мы снова продолжали просто дружить. С тех пор я не перестаю удивляться женской способности исключать из своей картины мира очевидные, но неприятные или досадные факты. Хотя, возможно, она на самом деле не замечала моего чрезмерного для “просто дружбы” рвения угодить. А может, замечала, но из практических соображений (ну какая любовь у тринадцатилетних подростков?!) решила “отложить” меня на потом. Но “потом” мы обзавелись дюжиной амурных кандидатов, и она придумала благовидный предлог невинных дружеских бесед, чтобы закрыть свой (и мой, чего греха таить) гештальт.

Дружбы между мужчиной и женщиной на самом деле нет, но все же она есть. Вот объясните какому-нибудь первокурснику, что невинные межполовые отношения существуют — для этого ему нужно представить себя, скажем, пятидесятилетним. Этот возраст для фанатов сериала “Кадеты” столь же недостижим, как какая-нибудь крабовидная туманность для убеленного сединами астрофизика, который пылко любит свой телескоп, а к супруге относится, как к проверенному временем товарищу. Я знаю немало примеров, когда мужчина и женщина оставались друзьями, переночевав под одним одеялом и побывав вместе на нудистском пляже. Но есть и другая история — ребят, которые не могли понять, почему им так хочется дружить, пока не оказались в одной постели. На какой стадии этого маскарада жизни находитесь вы, иногда сложно понять, главное — быть максимально честным с собой.

Однажды я сидел с коллегой — подружкой и просто замечательной девушкой — в кафе. Речь (сперва в шутку) зашла об интиме.


— Вот ответь, Вика: ты как друг могла бы мне почесать спинку? — я начал издалека. — Ведь что такого — почесать спину другу? А если бы в этот момент я подавился глотком воды, ты бы сделала мне искусственное дыхание? Или, скажем, мы покоряем Северный полюс, я промерз до костей, случайно вывалившись за борт корабля, — ты бы легла рядом, чтобы меня согреть? Я бы сделал это без колебаний. Или вот представь: я год провел в геологической экспедиции. Вернулся, изможденный и обветренный, одичавший настолько, что девушки от меня шарахаются. Неужели ты не сделала бы для меня то, о чем я мечтал, пока медведь-шатун гнал меня по алтайским ущельям? Или нас захватили в плен дикари-людоеды и завтра собираются съесть...
— Для меня это инцест, — прервала она поток моих фантазий. — Ты мне как брат. А мы же не греческие боги, чтобы устраивать кровосмешение.

Странно, но другая моя подруга была прямо противоположного мнения. В ней я как раз видел человека, близкого мне исключительно по духу: у нас был общий круг интересов, мы часто проводили вместе время, и она была доверенным лицом во всех моих амурных похождениях. Ее осведомленность я считал еще одним доказательством чистой дружбы. И опешил, когда она вдруг заявила, что все мои бывшие, нынешние и будущие бабы давно сидят у нее в печенках, что она угрохала на меня почти две пятилетки, а я за это время даже ни разу с ней не переспал!


После этого я взял за правило дружить только с девушками, к которым способен испытывать сексуальное влечение. Но поставив это во главу своих социальных связей, очутился в сложной паутине флирта и авансов. Вконец запутавшись в телефонах, именах и индивидуальных подробностях “дружбы” с каждой из знакомых, впал в ступор и решил посвятить некоторое время аскетизму и филсофским размышлениям над глупым вопросом: возможны ли невинные отношения между мной и женщиной?

Дальше, по драматургии, должна последовать фраза “и вот в один прекрасный день меня осенило...”, но ее не будет — просто в один прекрасный день я женился. На всякий случай исключил из списка друзей “особо опасных” приятельниц и отстранился от бурной “общественной” жизни. Вопрос дружбы с женщинами не стал для меня понятнее, но я уяснил ее механизмы. Кого-то пришлось избегать, с кем-то поговорить начистоту, в ком-то, несмотря на непробиваемые латы дружеской приязни, по-прежнему вижу своих несостоявшихся любовниц. “Не торопись, — теперь говорю я себе в моменты, когда неловкую паузу в дружеской беседе хочется заполнить поцелуем. — Потерпи еще каких-нибудь лет тридцать-сорок, и все решится само собой".


Поделись с подружками :