Героини нашего времени. Они преодолели рак.

Поделись с подружками :
Они — обычные женщины. Верные жены и прекрасные матери, жизнелюбки, оптимистки и просто красавицы. Они остались такими даже после тяжелейшего испытания — онкодиагноза, болезни нашего времени. Их истории — лучший пример для тех, кто сейчас начинает непростой путь преодоления. Их волонтерская работа — самая действенная помощь тем, кто уже прошел лечение. Их опыт — наиболее эффективный способ заставить женщин заняться своим здоровьем.
Тамара Баранецкая, г. Черкассы
По специальности Тамара юрист, практически всю жизнь работала в социальной сфере и не понаслышке знала об онкозаболеваниях и о тревожной тенденции роста их количества. Но информированность не спасла ее саму от злополучного диагноза. Как и миллионы женщин, Тамара надеялась, что ее эта проблема не коснется: вела здоровый образ жизни, особо не болела, опекала любящего мужа, растила двоих чудесных детей. Бытовые хлопоты или рабочие сложности, как у всех, — в пределах нормы, без последствий для самочувствия. Изредка поднимающуюся температуру и частую утомляемость списывала на напряженный график. Об истинной причине задумалась лишь тогда, когда после душа обнаружила уплотнение в груди. История типичная: вытиралась полотенцем, нащупала узелок, провела пальпацию — кожа гладкая, никаких болезненных ощущений, только неестественно плотный комочек. Это-то и заставило Тамару сразу же обратиться в поликлинику. “Маммолог в тот день не принимал, но я, не мешкая, записалась к хирургу. Он осмотрел меня внимательно и направил к специалистам в онкодиспансер. На следующий день я уже была там: прошла маммографию, сдала анализы. Рентгенолог первым заподозрил злокачественность опухоли, а вот биопсия, как ни странно, это предположение не подтвердила”, — рассказывает Тамара.
Трудно представить, что чувствовала эта женщина на приеме у онколога. В ее больших и добрых глазах на миг появилась растерянность: “Не может быть...” Любой, кто хоть раз общался с Тамарой, тоже удивится: не может быть, чтобы жестокое испытание было послано этому светлому, искреннему человеку. Она даже о такой, казалось бы, колоссальной несправедливости говорит с особенной мягкостью, как-то по-доброму. Конечно, у Тамары был шок — не хотела верить и очень боялась. Она помнит, как муж, узнав о ее диагнозе, смахнул слезу, как разрыдалась на ее коленях дочь. Именно тогда в миниатюрной женщине проснулась невероятная сила жить и бороться: “Я посмотрела на свою семью, на то, как они меня любят, и сказала — я не имею права сдаваться!”
Несмотря на неоднозначность врачебных выводов, Тамара решилась на операцию. “Ты нужна мне. Мне все равно, каким способом и за счет чего, лишь бы ты жила”, — сказал ей муж. Правильность их намерений подтвердилась после операции — анализ показал злокачественность опухоли.
За семь месяцев лечения Тамара узнала о диагнозе практически все — читала, общалась с переболевшими, консультировалась с врачами. Черкасский онкодиспансер имеет высокопрофессиональную мощную базу медицинских специалистов, которые в прямом смысле слова творят чудеса. Убедилась, что образования в молочной железе — это заболевание не локальное, а сбой в работе всего организма. С тех пор она не устает повторять своим собеседницам: “Не ждите диагноза, а предотвращайте начало болезни! Свой организм, свое тело нужно уважать — это ваш храм, который надо наполнять благостью, ограждать от негатива, поддерживать в порядке”. До операции она, как и большинство женщин, уделяла себе время на ходу, как бы между прочим. “А ведь правильное питание, правильный распорядок дня, полноценный сон существенно снижают риск заболевания”, — подчеркивает Тамара. Ее печалит, что украинки задумываются о собственном образе жизни только тогда, когда этой жизни что-то угрожает.
“Ежегодно в мире онкология молочной железы диагностируется более чем у одного миллиона женщин! В высокоразвитых странах заболевание определяется на ранних стадиях, потому что женщины занимаются профилактикой, регулярно проходят медосмотры. Наши соотечественницы, увы, машут на себя рукой, надеясь, что решится все само собой. Отсюда и проблема выявления заболевания на поздних стадиях”, — сожалеет Тамара. Она очень надеется повлиять на отношение украинок в целом и жительниц Черкасской области в частности к личному здоровью. Ради этого в 2002-м и была создана Черкасская областная общественная организация инвалидов “Я не сама”, председателем которой является Тамара. Она вспоминает молодую женщину из деревни, которая лежала с ней в больнице и все сокрушалась, что совершенно ничего не знала о самообследовании и профилактических осмотрах. “Спрогнозировать заболевание невозможно, но помочь женщинам обнаружить его как можно раньше — вполне реально”, — убеждена Тамара. Главное, чтобы сами женщины не прятались от проблемы. Одна из нынешних коллег Тамары когда-то тоже пыталась пустить ситуацию на самотек. Услышав от врача вердикт, сказала: “Не хочу лечиться”. Мол, это дорого, да и чему быть, того не миновать. На тот момент она была разведена, растила несовершеннолетнего сына. “Хотите оставить его сиротой? — жестко и безапелляционно спросил врач. — Вы о нем подумали?!” У женщины словно что-то “переключилось”. А сейчас она наслаждается жизнью, у нее появился любимый человек, который поддерживает ее во всем. Вместе с Тамарой они ищут подход, находят рычаги влияния и поддерживают отчаявшихся, объединяют тех, кто борется с болезнью, просвещают здоровых.
“Женщина с момента рождения уже потенциально попадает в группу риска. Ограждаясь от информации, она делает хуже только себе. Кто-то не хочет слышать о рисках заболевания, чтобы не накликать беду. Некоторые считают, что от судьбы не уйдешь, и бездействуют. Есть и те, кто полагает, что лечение и профилактика очень дорогостоящие. Но если болезнь лечить на ранних стадиях, это намного дешевле и к тому же у женщины остается самое дорогое — шанс на жизнь! Может, кого-то это заставит задуматься и скорее обратиться к врачу”, — надеется Тамара. Ее искренне радует, что благодаря просветительским акциям возглавляемой ею организации пациентки преодолевают страх, занимаются собой, берут пример со знаменитостей: Лаймы Вайкуле, Дарьи Донцовой, Кайли Миноуг — не стесняются своей проблемы и находят силы бороться. “Мы постоянно напоминаем женщинам о важности своевременного обследования — не для того, чтобы обнаружить образование, а чтобы убедиться, что ты здорова, что все хорошо”, — голос Тамары звучит обнадеживающе, и поневоле веришь, что все так и будет!

Все женщины потенциально находятся в группе риска. Ограждаясь от информации, они делают хуже только себе

Нина Молдавчук, г. Киев
аждые полгода Нина проходила медицинские профосмотры, привычные для ее профессии дошкольного воспитателя. Никаких предостережений: здоровье нормальное, анализы тоже. Кроме того, Нина, человек ответственный не только по отношению к работе, но и к себе, регулярно делала самообследования. В один из таких самоосмотров обнаружила в груди нечто подозрительное. Обратилась к врачу, но тот успокоил: мол, ничего страшного. А докторам же доверяешь.
Спустя полгода Нина отметила, что уплотнение уже напоминает крошечную горошинку. Внутренний голос подсказывал: не медли, не жди очередного профосмотра, иди к врачу. И Нина пошла к обычному онкологу. “Я бы сказала, что он не обычный — он от Бога. Работает в столичном онкодиспансере, а в тот день, к моему счастью, был на приеме в нашей поликлинике. Тщательно меня осмотрел, мило улыбнулся и сказал: “Вы — моя пациентка”, — вспоминает Нина.
Она даже не поняла сразу — шутит ли он или говорит правду. Обратилась к специалистам других онкоучреждений, просто, чтобы услышать разные мнения. И все, как один, заподозрили неладное. “Ни один врач не произнес при мне это страшное слово. Каждый видел меня впервые в жизни, но проявлял такое участие! Обнадеживал, не запугивал, не нагнетал и без того страшную ситуацию. Это очень правильно — у пациента должна сохраняться вера, — убеждена Нина. — Когда я вернулась к своему онкологу, он тоже очень правильно выстроил беседу: разложил все по полочкам, как будет, что будет. Он подготовил меня лучше психолога, очертил все возможные варианты развития ситуации, и при этом у меня не возникло ощущения обреченности”. Наоборот, первое состояние, словно ты под гипнозом, сменилось острым желанием немедленно что-то делать, бороться за свое здоровье, без страха, без истерик. Через пару дней она позвонила лечащему врачу и сообщила о намерении оперироваться. Он восхитился такой решительностью: “Раз вы готовы, я тоже готов”.
Вокруг все оживало, начиналась весна, воздух дышал свежестью, теплом, а Нине предстоял долгий период лечения. Каждую минуту рядом был кто-то из родных: муж, сестры, мамочка, сыновья. Они всегда жили дружно, а болезнь Нины сплотила их еще больше. Она смотрела на их заботу, волнения и очень хотела, чтобы трудное испытание быстрее закончилось. “Я не рыдала, не отчаивалась, хотя состояния были разные — и апатия, и бессонные ночи, и упадок сил после химиотерапии. А как хотелось, чтобы волосы скорее отросли! И они отросли. Я сейчас всем женщинам говорю: “Было бы того горя, что выпали волосы. Восстановить здоровье — вот что важнее”.
Таких волонтеров, как Нина, в Украине много. Они и психологи, и советчики, и лучший пример для тех, кто столкнулся с онкозаболеванием. “Иногда заходишь в палату, женщина развернулась к стеночке, никого не хочет видеть. Ты говоришь ей: “Посмотрите на меня. Я жива, здорова. И вы тоже такими будете, просто наберитесь терпения и выполняйте все предписания врачей, — делится Нина своими секретами общения с пациентками. — И женщина оживает, появляется интерес, появляется надежда. А это самое главное”.

После полугодового курса лечения Нину ожидали систематические профобследования, а через год после операции — реабилитационная программа в Крыму для женщин с онкодиагнозом, организованная фондом “Здоровье женщины и планирование семьи” и финансируемая компанией Mary Kаy. Там они оздоравливаются не только физически, но и морально. Процедуры чередуются с прогулками, чаепитиями, лекциями, мероприятиями, знакомствами, объединениями по интересам. Там же Нина соприкоснулась с работой фонда, который среди прочего помогает онкобольным, а также ведет просветительскую работу среди здоровых женщин.
Здоровье важнее представлений о женственности, напоминают специалисты. Тем самым они предостерегают женщин с онкодиагнозом, не решающихся на мастектомию. Утраченные формы в наше время легко компенсируют специальным бельем, новыми методами протезирования. А вот жизнь сохранить порой возможно только благодаря хирургическому вмешательству.

“Не каждый человек решится зайти в онкодиспансер, а особенно те, кто там лежал. Очень хорошо понимаю женщин, которые хотят все забыть — это нормально. Увы, забыть болезнь нельзя, но можно помочь тем, кто сейчас переживает то же”, — говорит Нина, уже шесть лет работающая волонтером в фонде. Когда она впервые после выздоровления подходила к больнице, ее начинало тошнить. Однако Нина сумела себя преодолеть: сначала навещала пациенток два раза в неделю, потом занялась информационной работой. “Мы рассказываем женщинам, как правильно себя вести, если поставлен диагноз, приглашаем в Школу здоровья. К счастью, не встречала женщин, которые махнули бы на себя рукой — все настроены бороться”, — и Нину это очень вдохновляет. Еще ее радует, что в палатах мало девушек от 22 до 29 лет, хотя онкозаболевания в этой возрастной категории не редкость. Никто не может объяснить причин печального “омоложения”: экология ли, курение, наследственность, питание, да все что угодно. “Именно поэтому обследоваться должна каждая женщина, — подчеркивает Нина. — Не надо бояться докторов — они спасают таких, как мы. Не надо бояться анализов, гинекологов, маммологов, УЗИ — они гарантия нашего здоровья!”

не встречала женщин, которые махнули бы на себя рукой, — все настроены бороться

Алла Асадчих, г. Винница
нее звонкий девчачий смех, удивительная легкость в общении и оптимизм — даже не верится, что эта женщина пережила настолько непростое испытание. Ей и самой порой казалось, что поставленный диагноз, обследования, лечение, операция — лишь страшный сон, нарушивший ее размеренную жизнь. Счастливая семья, любящий муж, приличная работа в финансовых учреждениях, двое сыновей — старшему тогда исполнилось шестнадцать, младшему, Коле, чуть больше двух. С его рождением у Аллы словно началась вторая молодость — все в радость: и пеленки, и бессонные ночи, и даже двухлетнее кормление грудью. “Я наслаждалась материнством, — вспоминает Алла. — Полностью погрузилась в домашние хлопоты и поначалу не особо обращала внимание на какие-то внутренние изменения. То, что грудь вроде бы немножко увеличилась, я заметила через пару недель после того, как перестала кормить сына. Удивилась: ведь у меня не было мастита, никаких оснований для опасений”. Они появились спустя пару месяцев, когда Алла обнаружила в груди едва прощупываемый узелок. На следующий же день обратилась к онкологу обычной поликлиники. После тщательной пальпации и направления на пункцию подозрения Аллы увеличились. Она очень хорошо помнит тот день, когда ей озвучили диагноз: “Я ждала результата анализов, гуляя с Колей в парке. Стояла такая чудесная погода, была суббота, выходное настроение, солнышко, я подняла сына на руки и впервые задумалась, что будет с детьми, если мои предположения подтвердятся?”
Когда она, держа за руку малыша, вошла в кабинет за результатом, доктор смущенно отвел взгляд. “Представляю, как трудно ему было говорить. Он запнулся на полуслове, и я сразу все поняла. Попросила описать ситуацию честно и откровенно, как есть. Мне важно было знать, сколько у меня времени и что делать”.
У поликлиники ее ждал муж — сообщить ему нерадостную новость хотелось как можно спокойнее. “В нем моментально включилась защитная реакция — он же мой защитник, значит, нужно действовать, искать врачей, решать, договариваться. Это была такая неестественная активность — шоковая, ему явно было так же больно, как и мне. “Ничего, вылечимся!” — утешал он”.
Лечение началось буквально с понедельника. То, что больше всего пугало, то и стимулировало. Алле страшно было представить, что ее дети могут осиротеть, и эта мысль заставляла ее крепиться перед родными, стойко переносить все процедуры, без особых размышлений решиться на операцию. Она думала не о том, что теряет, а о том, что сохраняет — жизнь.
Врачи разводили руками, пытаясь найти причины заболевания. Давняя мастопатия, обнаруженная после рождения первого сына? Но Алла регулярно наблюдалась у маммолога, все было хорошо. Поздние роды? Они, наоборот, по мнению медиков, оздоровляют женский организм. Предположения, предположения, предположения... Вспоминать тот период бессонных ночей и поиска ответов не просто до сих пор, спустя столько лет. “Знаете, одно время я спрашивала себя: за что?! — откровенничает Алла, и свойственная ей жизнерадостная улыбка сменяется философской задумчивостью. — За что мне ниспослано такое испытание? Сейчас я ставлю вопрос по-другому: для чего? Возможно, прозвучит странно, неестественно, но заболевание качественно изменило мою жизнь, круг общения, работу, ценности. То, что раньше меня могло раздражать, сейчас вообще не трогает. Ведь люди зачастую обращают внимание на то, что плохо, чего не хватает, а я сейчас радуюсь тому, что имею. Дети растут — и я это вижу, идет дождь — я это вижу. Звонят, например, знакомые, жалуются: холодно, слякоть, а я радуюсь каждому дню, не откладываю жизнь на потом. Может, для этого мне был дан такой урок? И может, если бы он не был таким рискованным, то вряд ли смогла бы кардинально измениться. Диагноз заставил другими глазами смотреть на мир. В моей жизни появилось столько интересных людей, необыкновенных встреч, событий, открытий!”
Одно из них — вера. Алла и раньше ходила в церковь — но не часто, по праздникам. Накануне судьбоносной операции она вспомнила о местном Крестовоздвиженском храме, в котором есть икона Всецарицы, помогающая онкобольным. По дороге в больницу она вдруг попросила мужа заехать туда. Внутри было тихо, пустынно, лишь несколько старушек убирались у подсвечников. Алла не знала, как выглядит икона, но быстро ее нашла. Из глаз хлынули слезы. “Я всегда старалась держаться, а тут меня словно прорвало — безостановочные рыдания. Не скажу, что стало легче, что ушли все страхи, но на душе воцарилось удивительное спокойствие, — признается Алла. — В больницу приехала в полном умиротворении, в таком же состоянии пошла на операцию. Накануне ночью спать не могла, нервничала, переживала, а тут вдруг ни слез, ни волнения. Не имею права сказать, что икона исцелила, но то, что она меня успокоила, — факт, о котором я всем рассказываю”. С тех пор она постоянно ходит в храм, место благостное еще и потому, что там она встретила стольких подруг! С одной из них — Светланой Луковниковой — и была основана Винницкая областная общественная организация “Воскресение”.

“Я вернулась в храм после лечения и встретила там женщину — жизнерадостную, веселую. Впервые увидела, что можно быть верующим и при этом абсолютно адекватным человеком — без нравоучений и зашоренности. Светлана была такой живой, естественной, энергичной! Ее рассуждения, примеры, образованность заставили и меня иначе посмотреть на православие — это ведь такой пласт культуры, мировосприятия. Это вовсе не внешние проявления — ритуалы, правила поведения в храме или форма одежды. Главное — уроки добра, терпения, любви к ближнему. Я этому учусь. Я поняла, что в вере, в духовности с Божьей помощью можно найти столько подсказок, как выйти из положения, как справиться с недостатками, изменить ситуацию”.
Там же в церкви Алла встретила свою подругу детства. Они вместе ходили в садик, в одну школу, были соседями. Потом разъехались в разные районы города, но связь поддерживали. Но жизнь закрутилась, замужества, семьи, переезды — они потерялись. И вот спустя десятилетия столкнулись в парке: Алла гуляла с младшим сыном как раз вскоре после операции, изнуренная лечением. Подруга бежала на каток — полная жизни, светящаяся счастьем. Неожиданная встреча, быстрый разговор обо всем сразу. Алла призналась, что болеет, но не сказала, чем — не хотела навязывать свои проблемы. Подруга утешила, подбодрила и побежала дальше — в свою жизнь. Они снова потерялись, но через какое-то время опять столкнулись — у двери храма. Обе удивились, разоткровенничались — оказалось, что у подруги недавно тоже обнаружили злокачественное образование.
С тех пор очень сблизились, вместе помогают таким же, как они. “Очень важно в трудный момент найти в себе силы бороться, — считает Алла. — Вот такой всесторонней поддержкой занимается наша организация. Мы навещаем тех, кому поставлен диагноз, проводим для женщин семинары, лекции, издаем брошюры, помогаем в реабилитационный период”. После операции Алла оставила работу по специальности и полностью погрузилась в общественную деятельность. Маленький Коля все никак не мог понять, чем же занимается мама. Когда видел ее в белом халате — обязательном для визитов к пациентам онкодиспансера — спрашивал: “Мама, ты доктор?” Когда наблюдал, как она подбирает красивое белье для женщин после мастэктомии, интересовался: “Мама, ты продавец?” Теперь Коля четко знает название маминой профессии и гордо сообщает: “Моя мама — волонтер”.
Какие только задачи ни приходится выполнять Алле и ее подругам по организации! Они никогда не смогли бы попросить что-то для себя лично, а ради женщин с онкодиагнозом спокойно обращаются за любой помощью. Ищут спонсоров, составляют информационные брошюры, находят транспорт, проводят лекции, опекают заболевших. Но самая важная задача — морально поддержать каждую конкретную женщину. “Когда заходишь в палату, многие пациентки тебя не воспринимают — думают, пришли какие-то очередные сектанты. А когда говоришь, кто ты, что тоже прооперирована, что уже прошла путь, который они только начинают, что ты справилась, что ты живешь и радуешься, — появляется настоящий интерес. Апатия, отчаяние уходят, женщины словно встряхиваются, не раскисают, борются и преодолевают — это самая большая радость”, — на лице Аллы опять играет улыбка.
Важно не терять время, не прятаться от болезни — мол, лучше не знать. Почему это должно быть страшно? Ведь осведомлен — значит вооружен, можешь себе помочь, можешь выздороветь. Рак — не приговор! В любом случае нужно пройти курс лечения, и только потом искать что-то вспомогательное — кто-то пьет травы, кто-то занимается йогой. Но сначала профессиональное медицинское лечение! Не искушайте судьбу альтернативными методиками. Онкология — это не насморк, который пройдет от солевого раствора или лука.

Организацию Аллы можно смело назвать женским клубом — к ней присоединяются абсолютно здоровые девушки из желания помочь, в нее входят те, кто боролся с болезнью и кто еще борется. “Недавно проводили опрос среди женщин с онкодиагнозом, и большинство из них сказали, что больше всего боятся... отторжения близкими, боятся, что родные от них отвернутся! Массовость этого ответа меня поразила. В моем случае именно семья была основной опорой. Муж, старший сын, мама, близкие делали все, чтобы меня поддержать как физически, так и морально. Поэтому наша организация искренне стремится помочь тем, кто лишен такой возможности или не чувствует поддержки. Отрадно, что многие приходят к нам просто так. У нас есть одна женщина, и как только у нее начинается хандра, муж ей говорит: “Собирайся и иди к своим девочкам”. Мы посидим, почаюем, поговорим о своем, устроим девичник — и становится легче! Помогает лучше любого психолога!” — Алла опять смеется — по-девчачьи легко и благостно.

у детей должна быть мама, и она обязана заботиться о своем здоровье

Поделись с подружками :