Прости и отпусти - как прожить без обид

Поделись с подружками :
Прожить без обид невозможно. Мы обижаем. Иногда походя, не отдавая себе отчета в том, что раним чужую душу, а иногда изощренно, продуманно и безжалостно, чтобы унизить, уязвить да побольнее. Нас обижают. Чье-то недоброе слово или взгляд, несправедливые обвинения или откровенное издевательство. Мы не совершенны.
Потому и повод для обид есть всегда, его и искать особо не надо. Муж с утра встал не с той ноги, сказал кривое слово, ребенок нагрубил, не слушается, мама достала своими наставлениями и советами, подруга выдала вашу сердечную тайну, шеф затравил, не оценил праведные труды...
Обида — это реакция на несоответствие реальной жизни нашим ожиданиям, отсутствие проявления, опять же таки, ожидаемой любви.
У нас нет иммунитета от обид. Тогда где научиться не воспринимать так болезненно злые слова, направленные в наш адрес? Сейчас много пишут о том, как жить без обид, как правильно прощать, но все авторы в конечном счете приходят к тому, о чем давно сказала религия: обижаться — себе дороже. Это грех. Что такое грех? То, что противоречит нашему естеству, что разрушает нас, вредит нашему физическому и духовному здоровью. А еще — создание ситуации, в которой мы делаем кому-то больно. Теоретически все понятно — не говорить обидных слов и не реагировать на таковые. На практике все гораздо сложнее.

Это сладкое слово “прости”
Моя первая учительница, которая потом стала классным руководителем и выпустила нас, напоминала мне актрису Ермолову с картины Серова: темное закрытое платье с белоснежным воротником, строгая прическа, величавость, бесконечная доброта, скромность и профессионализм. Но эти черты характера я отметила гораздо позже, а тогда просто любила ее с присущей детству верностью и непосредственностью. Долгое время она была для меня образцом женщины и женственности. Когда мы окончили пятый класс, нас должны были фотографировать. Но учительница сделала мне при всех очень обидное замечание. Я расплакалась и убежала. Поэтому на снимке того года меня нет. Иногда я достаю школьный альбом, вспоминаю о тех, “кого уж нет, а те далече...”, и каждый раз, пролистывая страницу пятого класса, вспыхиваю от пережитого много лет назад стыда перед одноклассниками.
Таких безрадостных, тяжелых каникул у меня никогда не было. Целое лето я то пряталась от учительницы, то искала с ней встречи, чтобы она увидела, как мне тяжело, и пожалела меня. Я вела с ней мысленные диалоги, доказывая свою правоту, а моя обида полыхала горячим пламенем. К концу лета я уже почти возненавидела ее и вынашивала план мести: буду пропускать уроки, дерзить ей, как это иногда делали мальчишки, доведу до слез... Иногда я мечтала совершить какой-то подвиг на ее глазах: спасти тонущего ребенка, вынести из горящего дома младенца, чтобы она убедилась, как была неправа. Но никто не тонул и не горел. Угнетенность довела меня, достаточно полненькую девочку, до крайней степени истощения. Родители всполошились — лагерь, морской воздух, здоровое питание, никаких занятий. Но ни поездка с родными на море, ни обновки, купленные к началу учебного года, не радовали меня. И впервые в начале сентября мне не хотелось идти в школу — я боялась встречи с одноклассниками, ведь вспомнят и засмеют. “Никогда ей этого не прощу”, — так решила для себя. Стояла на линейке, потупив глаза, ничего не слыша и не видя, и очнулась оттого, что на мою голову легла чья-то мягкая и нежная рука. “Девочка моя, прости меня, — громко сказала учительница. — Я виновата перед тобой”.
А если бы она не извинилась? Наверное, выполняя план своей “мести”, я бы не окончила школу с золотой медалью, не поступила бы в университет, и сейчас вы вряд ли читали бы эту статью...
Умение просить прощения — признак сильной личности. Такой человек не боится разрушить свою идеальность и непогрешимость даже перед ребенком. Но и умение прощать тоже дорогого стоит. И если в вашем извинении звучит искреннее сожаление и раскаяние, тогда прощать легко, и у оскорбленного вами не останется гнетущего чувства обиды, которое способно отравить всю жизнь.

Простить — значит освободить заключенного и обнаружить, что заключенным был ты сам.
Льюис Смидс
Коварный суффикс “-ся”
Обижаться и обижать — по сути одно и то же. Чудовищная несправедливость и алогичность этой установки кажется столь очевидной, что принять ее и понять невозможно. Ведь чувства обидчика и обиженного такие разные — один купается в своем превосходстве и торжествует, а другой страдает, мучается и озлобляется на весь мир — в лучшем случае.
Но... В русском языке существует понятие возвратного суффикса, который обозначает действие, направленное на себя. Не вдаваясь в филологические тонкости, приведу пример: одеваться — одевать себя; умываться — умывать себя. А обижаться — обижать себя.
То есть, обижаясь на кого-то, мы обижаем себя. Это кажется парадоксальным, но именно так трактует и православие да и другие религии чувство обиды.

Что делать, если не можешь простить
Простить. Когда Петр спросил Иисуса: “Сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? До семи ли раз? Иисус говорит ему: не говорю тебе: “до семи”, но до седмижды семидесяти раз” (Мф. 18:21–22). То есть семьдесят умножаем на семь и получаем 490...


Мина замедленного действия
Мальчику шесть лет. Только что мама обиделась на него и в сердцах сказала, что если он так себя ведет, пусть найдет себе другую мать, которую будет слушаться и уважать. Мальчик воспринял ее слова буквально. Он взял маленький детский рюкзак и стал собирать свои вещи: любимый трансформер, набор “Лего”, альбом для рисования и карандаши.
Затем он надел старую куртку, кроссовки и медленно пошел к двери. “Куда ты собрался, уже темнеет?” — мать ищет повод, чтобы остановить ребенка. “У бiлий свiт. Шукати нову маму”.
Мама с ужасом смотрит на происходящее, у нее немеют руки, холодеет сердце, она думает, как выйти из ситуации с наименьшими потерями, чтобы и реноме не уронить, и сын понял, что был неправ. “Может, ты подождешь папу, попрощаешься с ним?” — срывающимся от страха голосом просит она. Мальчик вытирает слезы, облегченно вздыхает, мама помогает ему раздеться... Инцидент кажется исчерпанным, и мама забывает о нем на долгих шестнадцать лет.
Этот мальчик — мой сын. Если бы я знала, во что выльется мне эта сцена, эта моя глупая обида, я бы обняла своего ребенка, поцеловала его мокрые от слез щечки, утешила, попросила бы прощения и сделала так, чтобы он никогда не вспомнил эту историю... Но я этого не сделала.
Я не поняла, что обидела. Ведь моя любовь была так очевидна: я дрожала над сыном, как осиновый лист, каждый его чих был для меня катастрофой, а, не приведи Господи, болезнь — концом света. Но для ребенка это не стало показателем моей любви.
Казалось, я достигла цели: мальчик рос послушным, воспитанным, умным, но за этими внешними проявлениями не было главного — душевности и откровенности. В младших классах он заходил в ванную и включал воду, чтобы я не слышала, как он плачет. Старшеклассником закрывался в своей комнате, и музыка заглушала все звуки. Я видела, что ему бывает больно, что он страдает. Много раз пыталась достучаться до его сердца, вызвать на откровенность, поговорить по душам, посоветовать, подсказать, пожалеть в конце концов, но всегда натыкалась на холодную вежливость: “Мать, что тебе надо? Вынести мусор? Сейчас. Сходить в магазин? Напиши список и дай деньги”. Да разве о таких отношениях с сыном я мечтала?!
Он взрослел и с каждым годом все больше и больше отдалялся от меня. Дежурные “Доброе утро” и “Спокойной ночи”, “Иди ужинать” или “Сегодня буду поздно, выгуляй, пожалуйста, собаку” — вот и все наше общение. Я практически ничего не знала о его жизни вне дома и только по коротким фразам телефонных разговоров могла догадываться, что у него какие-то неприятности: не складываются отношения с девушкой, поссорился с лучшим другом, сорвал спину на тренировке, недоволен работой...
Понимая, что причина такого отношения сына ко мне, скорее всего, я сама, свою ошибку не видела. Что я делала не так и не то, чем так оскорбила и уязвила единственного и любимого сына, почему он не считает нужным впустить меня не только в свой мир, но даже в свою комнату — долгих шестнадцать лет меня мучили эти вопросы. Бессонными ночами я листала страницы нашей жизни, вспоминала, где была неправа, мысленно просила прощения у сына, а заодно у всех, кого могла обидеть, прощала тех, кто обидел меня, и разноцветными шариками отпускала свою боль.

А затем пришло время собирать камни. В который раз я попросила сына выслушать меня, и он, наконец, увидел мое горе и, кажется, даже обрадовался возможности поговорить. То, что я услышала, повергло меня в бездну собственной жестокости. Он напомнил мне ту историю, когда я предложила шестилетнему мальчику идти искать новую маму. Закрыв лицо руками, он рассказывал мне о своих тогдашних ощущениях, о своем отчаянии, об одиночестве, непонимании своей вины. И о страхе, что я опять отправлю его “у бiлий свiт”. И смертельной обиде, которая культивировалась в нем помимо его воли. О том, что теперь во всех женщинах он видит меня, мое коварство, и всегда ожидает от них подвоха. Я еще пыталась оправдываться: “А как же отец, он тоже тебя наказывал и даже шлепал иногда”. — “По крайней мере, это было честно, по-мужски. Да ты так ничего и не поняла”, — завершил он и поднялся, чтобы уйти.
И тогда я стала перед ним на колени...
Как изменился мой ребенок, каким любящим и заботливым оказался! И жизнь его тоже поменялась: он нашел работу, которая ему нравится, теперь я знаю по именам и в лица его друзей. А недавно он вихрем ворвался в квартиру и счастливым обалдевшим голосом сказал: “Мама, кажется, меня любит девушка!”
Прежде чем рассказать эту историю, я спросила сына, могу ли я поделиться нашим печально-счастливым опытом. Сын подумал и ответил, что если это поможет хотя бы одному человеку, он не возражает.
Прощеное воскресенье
В православии есть чудесная традиция: в воскресенье перед Великим постом верующие просят друг у друга прощения. Впервые я попала на чин прощения в маленьком городке, куда приехала погостить к подруге. После завершения вечерни священник переоблачился в темные одежды и на коленях с земными поклонами стал читать молитву Ефрема Сирина. Когда все прихожане тоже опустились на колени, повторяя слова молитвы, я хотела уйти, потому что понимала — это нечестно, у меня нет такой веры. Но не ушла, встретилась со строгим взглядом подруги и, посомневавшись минуту, встала рядом с ней. И тут случилось то, что, наверное, можно назвать Божьей благодатью. Я старалась повторять молитву, едва ли улавливая ее смысл, а душа трепетала: что-то возвышенное, бесконечно доброе, смиренное, благородное, всепрощающее проникало в нее. Я плакала, не замечая своих слез, и вместе со слезами уходила горечь обид, предательств, разочарований. Когда молитва закончилась, люди стали подходить друг к другу. “Прости меня!” — “Бог простит, и я прощаю!” — раздавалось со всех сторон. “Сестра, сестра”, — вдруг услышала чей-то взволнованный, умоляющий голос. Сквозь толпу пробиралась женщина, а та, которую звали, остановилась почти в дверях и выжидала.
“Прости меня, сестра, прости”, — рыдала первая. Народ замер в ожидании, и в этой тревожной тишине прозвучал усиленный церковной акустикой шепот: “И ты прости, сестричка!” — “Бог простит!” — в один голос радостно отозвались прихожане. Весь городок знал, что сестры поссорились, не поделив наследство — родительский дом. Лет десять они враждовали, ругались, судились и никак не могли найти компромисс. И вдруг — такое счастье!

Если применять принцип “око за око, зуб за зуб”, то большая часть мира останется слепой и беззубой.
Махатма Ганди

Поклонись!
Самые болезненные обиды наносят нам самые родные люди. Ведь они лучше всех знают наши уязвимые места и режут по живому. Но маме и детям мы прощаем легко. А вот с мужем дело обстоит гораздо сложнее, хотя они, наши мужья, часто даже не подозревают о том, что оскорбили.
Однажды, уже имея солидный опыт семейной жизни, я обиделась на мужа. Дело было ночью: мой благоверный что-то сделал не так, как мне хотелось, и я сказала, наверное, не очень умную фразу: “Ты как горячий финский парень”. В ответ услышала: “И много у тебя их было?” Он пошутил, а я обиделась, ушла в прихожую, уселась в кресло, ожидая, что он спохватится и придет извиняться. Увы! Он не пришел, потому что даже не понял, что произошло, и благополучно уснул. Я же не сомкнула глаз до утра, и так и эдак крутила его слова и наконец поняла, почему меня это задело. Конечно, у меня были мужчины, может, не горячие, не финские, но ведь были. Так на что тогда обижаться?!
Очень часто в фразах, на которые мы так неадекватно реагируем, на самом деле есть немалая доля правды. Мы думаем, что никто не замечает наши недостатки, а если вдруг кто-то говорит об этом, вспыхиваем: да как он посмел, какое его дело!
Обида — это болезнь
Она угнетает, подтачивает изнутри, как червь, и физическое, и душевное здоровье. Человек, сосредоточенный на своих обидах, — потенциальный неудачник и почти самоубийца.
Даже классическая медицина, обычно очень ревниво относящаяся к не вполне материальным причинам болезней, признает психосоматическими заболеваниями:
- эссенциальную гипертензию,
- язву желудка и двенадцатиперстной кишки,
- ревматоидный артрит,
- нейродермит,
- некоторые типы аллергии,
- бронхиальную астму,
- мигрени,
- анорексию, булимию и т. п.
Сильные и здравомыслящие люди в конце концов приходят к пониманию, что чувство обиды деструктивно, оно лишает радостей жизни и загоняет нас в тупик, единственный выход из которого — простить. Себе — за то, что обиделись, обидчику — за нанесенное оскорбление.

Считается, что
в раннем возрасте дети не могут обижаться, ведь они окружены любовью и заботой родителей. Но ребенок — это личность, с обостренным чувством справедливости и ранимой душой. Найдите в себе силы искренне попросить прощения у малыша и объясните свои претензии.

Как прощать
Специалисты разработали множество методов прощения: ими пестрит Интернет, психологическая и эзотерическая литература. Но никакие способы не помогут вам избавиться от чувства оскорбленного достоинства и жалости к себе, если ваше желание простить не продиктовано искренним чувством. Для галочки здесь не выйдет — душу не обманешь.

Обиду придумали женщины, мужчины придумали вендетту. Мы надуваем губки, залезаем в скорлупу, закрываемся в ней, и ждем, пока нас оттуда вынут, мол, прости, дорогая. Мужчина же стукнет кулаком по столу, скажет крутое слово и все, шарик сдулся. А мы опять обиделись: да как он смеет кричать, ведь мы для него и то, и это, а он, неблагодарный... и т. д. А если поразмыслить, то “и то, и это” мы делаем в первую очередь для себя, нам это приятно и отчасти даже выгодно.
Даже в самой идеальной семье не бывает без ссор, упреков и обид. И лучший способ их избежать — покориться мужу. Я знала одну пару, где жена зарабатывала больше мужа и как бы невзначай, но все время подчеркивала это, демонстрировала свое превосходство. И считала, что он должен ей подчиняться. Он вроде бы и подчинялся, но это была только видимость. Каждый день она находила причину, чтобы упрекнуть его: “Когда мы уже, наконец, сделаем ремонт, купим машину, поедем на море”. Муж не возражал: делай, покупай, езжай. Она обижалась, замыкалась в себе, не разговаривала с ним. А в сорок пять лет умерла от рака груди.
Внутренний протест мужчин нельзя побороть напором: они толстокожее и сильнее нас. Надо искать другой путь, и он есть. “Исправляйте такового духом кротости” — пишет Евангелие. Кротость — главное достоинство замужней женщины и залог счастливого брака. Будь вы хоть сто раз хозяйка, но если пироги в вашем доме приправлены обидами и претензиями к мужу, они не принесут пользы, и он не оценит ваших стараний.
Однажды в каком-то православном издании я прочитала о святителе Тихоне Задонском, который в ответ на пощечину падал в ноги обидчику, и это приносило больший результат, чем если бы он возмущался или нравоучал. Поделилась информацией с дочерью. Потом она рассказала, как на мужнино обидное замечание бухнулась на пол: “Прости, дорогой!” Он опешил, возмутился, мол, не устраивай комедий. И в другой раз она повторила тот же маневр, но уже просто с поклоном попросила прощения. Корона с нее не упала, а ссор и обид в доме стало гораздо меньше.
А меня дочь научила... мыть полы. Когда становится невмоготу от обиды, сделайте что-нибудь бескорыстное. А чтобы не бежать на улицу в поисках субъекта для благодеяния, берите тряпку и воду и мойте парадное. От последнего этажа до первого, и не абы как, а тщательно, до блеска. От глупых переживаний и следа не останется, проверено. Как-то дочь приехала к нам в гости и, заговорщицки заглянув мне в глаза, заметила, что в нашем подъезде очень чисто, ни единой мусоринки, и ступеньки как новенькие...

P.S. Мы уже изучили умные книжки, сходили в церковь на чин прощения, простили и отпустили, в общем, стали продвинутыми “непользователями” обид. Но иногда такая обидища накатит, что хочется волком выть или взять “беретту” и отстрелять обидчиков. Не берите грех на душу! Лучше достаньте лист бумаги, фломастеры и большими, красивыми, разноцветными буквами напишите несколько слов, повесьте этот лист на самом видном месте и каждое утро читайте —
“Я ЖЕЛАЮ ВСЕМ СЧАСТЬЯ!”

Поделись с подружками :