Карамельные сны

Поделись с подружками :
Люблю август. Особенно на даче. Там я ложусь с солнцем и встаю с его первыми лучами, когда над зеркально гладкой поверхностью реки проплывает голубой туман.
Деревья неподвижны, и в космической тишине утра слышно, как на том берегу под раскидистой ивой щелкают крылышками стрекозы. На рассвете другие краски, другие запахи и звуки, трава в жемчуге росы... Я ступаю по ней босиком, холодные капли опадают на ноги, а по телу немедленно разливается приятное тепло. Потом извилистой тропинкой выхожу к реке. Внизу, в зарослях камыша, прячется покосившийся рыбацкий мостик. Доски, теплые и немного шершавые, скрипят под ногами. Я иду по ним осторожно, сажусь на самый край, опускаю ноги в воду и смотрю, как от них пугливыми брызгами во все стороны разлетаются мальки. Красота...  
А еще в августе случается звездопад. Совершенно бесполезное занятие — наблюдать его в городе. Обычно это происходит так. Ты поднимаешь голову к лоскутку серого, беспомощно выкроенного между верхушками домов неба и вглядываешься в блеклые, едва различимые точки. Потом одна из них отрывается и начинает неловко катиться вниз. И ты — жертва мегаполиса — радуешься как дитя и, конечно же, не успеваешь загадать желание. Потому что, щурясь от неоновых фонарей, суетишься: “Ой! Кажется, падает. Смотрите-смотрите, падает... Подождите! Я же хотела... Ой! Упала”.
За городом все по-другому. На темно-синем бархате неба сверкают и переливаются тысячи крупных бриллиантов. Луна в ореоле волшебного свечения рисует золотую дорожку на реке. Звезды падают прямо в руки. И ты все успеваешь. Потому что мысли твои прямы и безупречны, как линия горизонта, чисты и прозрачны, как родниковая вода...
Но главное — сны. Дома я сплю очень беспокойно — и это мягко сказано. Я постоянно бегу куда-то, кого-то догоняю и не могу догнать. Опаздываю, застреваю в лифте, несусь на машине с неисправными тормозами, ищу потерянные вещи, до хрипоты спорю с малознакомыми людьми, отстреливаюсь, звоню кому-то и требую прислать ящик патронов. А на том конце говорят, мол, не можем, потому что это консерватория. Хотите десяток пюпитров и тромбон? Я злюсь и даже плачу. Какой тромбон? Вы там с ума сошли, что ли?! Нас тут перестреляют к чертовой бабушке! И что обидно — во сне все это совсем не смешно. Путаясь в простынях, я кричу от беспомощности и требую главнокомандующего. Может быть там, в небесной канцелярии что-то перепутали, и мне достались сновидения какого-то бравого вояки? А было время, когда я просыпалась посреди ночи и пугала мужа одним и тем же настойчивым вопросом: “Где все?!” Поначалу он пытался выяснить, кого конкретно я имею в виду. Потом, осознав бесперспективность подобного диалога, стал отвечать коротко: “В шкафу”, и я успокаивалась.
Другое дело — в августе на даче... В августе на даче мне снятся карамельные сны. Может, виной тому ночная фиалка или душистые хризантемы с медовым ароматом, высаженные прямо вдоль террасы, не знаю. Но каждую ночь я вижу фантастические картины! Я летаю над землей, а внизу — изумрудная поляна с огромными невозможной красоты цветами. Я не бабочка, нет, но очень легко опускаюсь на эти цветы. А они дышат и поют человеческими голосами. Только без слов. Их вокализы сливаются в единый хор — и это невероятно трогательно. Я не просто слышу голоса, а наполняюсь ими, сама обращаюсь в звук и лечу дальше. Приземляюсь у реки с покосившимся мостиком. Пью воду и чувствую исходящий от нее аромат. Вода оказывается сладкой, как самая вкусная газировка из детства. Напившись, легко отталкиваюсь от прозрачной поверхности и поднимаюсь к облакам. Здесь нет времени, нет проблем, нет страхов, обид и болезней. Есть только лето, изумрудная поляна, эта река, мостик... Я просыпаюсь с неизменной улыбкой и вкусом карамели на губах, что, пожалуй, самое необъяснимое и приятное.  
— Может быть, нам переселиться на дачу и круглый год видеть красивые сны? Весной — одуванчиковые и сиреневые, летом — клубничные и карамельные, зимой, ближе к Новому году, — мандариновые и шоколадные с ореховой начинкой, а осенью — сны с запахом дождя и опавшей листвы.  
— Ты так долго не выдержишь, — говорит муж. — Соскучишься по городской суете.
Он прав. Смешно, но суета — моя жизнь. В ней часто мало смысла, и попытки проанализировать некоторые особо нелогичные моменты заканчиваются крахом. Но это моя жизнь. Вот такая она, ни больше ни меньше. Хочу ли я ее изменить? Да. Но не меняю. Скорее всего, в этой безрассудной и временами утомительной круговерти закладывается основа будущих событий. Все продумано так, чтобы потом, создав нечто исключительное, можно было говорить: “Я копила эти впечатления, теряясь в нелепом водовороте большого города”. Или с видом усталого гения цитировать Анну Ахматову: “Когда б вы знали, из какого сора растут стихи...” Смешно. На самом деле, я вот только сейчас, стуча по клавишам, поняла, зачем мне нужна городская суета. Все очень просто. Без нее я никогда не смогла бы по-настоящему оценить август на даче. Ради этого стоит бежать куда-то, кого-то догонять, опаздывать, застревать в лифте, нестись на машине с неисправными тормозами, искать потерянные вещи, до хрипоты спорить с малознакомыми людьми... Но знать, что на земле есть маленький затерянный уголок с извилистой тропинкой в высокой траве, речкой и покосившимся мостиком... Уголок, в который ты можешь вернуться, когда захочешь. И засыпая на прохладной террасе под стрекот кузнечиков и сказочный звездопад, ночь напролет смотреть карамельные сны...
Поделись с подружками :