Заложница мечты

Поделись с подружками :
“Здравствуйте, уважаемая Ирина! Я совершенно не контролирую свой аппетит, ем в неограниченном количестве. Помогите вырваться из порочного круга!” — такие письма психотерапевт и автор книг по проблемам питания Ирина Кульчинская получает очень часто. Она узнает в этих историях себя — некогда булимия едва не загнала ее в пропасть и стала отправной точкой кардинальных перемен в жизни.

Реанимация. Именно здесь, в больничной палате, восстанавливаясь после клинической смерти, Ирина всерьез задумалась: “Как довела себя до такого?” Часами смотрела на безмятежное голубое небо в проеме окна и вспоминала, вспоминала...

С ранних лет она усвоила, что должна быть отличницей во всем — от школьных отметок до внешнего вида. Родители бывали строгими, но и баловать умели. Ира помнит, как отец за тканью для ее выпускного платья специально ездил в Москву — из самого Дальнего Востока, где они тогда жили. И вряд ли забудет, какую взбучку ей устроил за то, что после торжества засиделась с одноклассниками, встречая рассвет.
Она была девушкой видной, стройной, модной. Перфекционистка по натуре, Ира болезненно восприняла то, что стало происходить с ее безупречной внешностью после поступления в институт. Экзамены, сессии, новая обстановка и новое окружение, ностальгия по дому... Оказалось, все эти переживания можно “снять” чем-то вкусненьким, а еда может служить отличным регулятором настроения. Студентка Кульчинская и не заметила, как на макаронах, картошечке, пончиках и бутербродах — что еще позволит стипендия? — прибавила к концу первого курса больше десяти килограммов.

Тогда она начала худеть ударными темпами: исключила из рациона жиры и сладкое, сократила порции. Экспериментировала с диетами: яблочная, кефирная, раздельное питание, вегетарианство, недельный пост на воде. Но с таким трудом сброшенный вес упорно возвращался на каникулах. В хлебосольном родном доме уговаривали: “Ешь, ни в чем себе не отказывай, набирайся сил!” На учебу Ирина возвращалась опять поправившейся, с чувством вины за свою слабость и с жестким решением опять себя ограничивать. Урезанный рацион, спортзал, бег по утрам — наконец стрелка весов показывала ее заветные 55 килограммов. Страх снова поправиться перерос в настоящую манию: постоянные мысли о весе, боязнь съесть лишнее, приступы ненависти к себе за каждый срыв. Чтобы не набирать вес, Ира прибегала и к слабительным. А потом знакомая подсказала более простой способ “поймать двух зайцев”: и вволю наесться и не поправиться. Пять минут мучений над унитазом — и ты останешься стройной. Казалось, проблем с фигурой больше не будет...

Мой идеал

Окончив институт, Ирина, дипломированный специалист по иностранной филологии, вернулась в родной Благовещенск работать переводчиком. Ей предложили курировать группы американцев, приезжающих на Дальний Восток по обмену опытом с российской стороной. Организовывала встречи, вела переговоры, сопровождала в поездках...

“Однажды я возвращалась из командировки. В купе поезда зашел пассажир, — вспоминает Ирина. — Очень красивый смуглый брюнет лет тридцати. Выразительные черные глаза с хитринкой, чарующая улыбка, гордая осанка, уверенные манеры, одет с иголочки. В голове промелькнуло: “Вот если бы такой мужчина обратил на меня внимание!” Он представился: Руслан, бизнесмен, едет в Благовещенск по делам.
Они проболтали всю дорогу — словно знакомы всю жизнь. Начитанность, образованность собеседника восхищали Ирину — он показался ей на голову выше всех, кого знала. “Я едва не запрыгала от радости, когда на прощание он произнес: “Я хотел бы снова встретиться...”

Позвонил в тот момент, когда она уже не ждала. Пригласил на ужин в китайский ресторанчик и удивил тем, как хорошо разбирается в азиатской кухне и легко произносит трудные названия. Подать пальто, подвинуть стул, пропустить даму вперед — все он делал изящно и естественно. А как ухаживал! “Цветы охапками либо изысканными букетиками являлись нормой. Я никогда не встречала мужчину, который был бы так внимателен, угождал, запоминал по случайно брошенной фразе твои желания”, — вспоминает Ирина. Не удивительно, что она быстро потеряла голову. Единственное, что ее смущало, — затянувшаяся платоническая стадия. В какой-то момент Ира даже занервничала. Они постоянно куда-то ходили, гуляли, Руслан провожал ее домой и... все. Хотя прекрасно знал, что она живет одна в съемной трехкомнатной квартире. Собственно, квартира служила ей и домом, и офисом: здесь был рабочий кабинет, сейфы, компьютеры — большая роскошь по тем временам. Возможно, кавалера отпугивает ее статус, думала Ирина. Ведь даже когда они стали близки, Руслан предпочитал быть приходящим и уходящим гостем, никогда не оставался ночевать. Говорил: “Ты независимая женщина, я не хочу находиться на твоей территории. Если мы начнем жить вместе, то это будет дом, который построю я”. И эта фраза еще больше подкупила Иру. Ради такого человека она готова была смириться с его частыми и внезапными отъездами. Наверное, как опытный мужчина, он понимал, что “недокормить” девушку общением — залог ее привязанности. И она действительно ждала каждой встречи, хотела всегда быть рядом и в подтверждение отдала Руслану ключи от своей квартиры. Ведь между ними не просто роман длиною в год, у них любовь — одна на миллион...

Тапочки на лестнице

Как-то в середине лета Ира заболела пневмонией — спасалась на сквозняке от жары... Ее прямо с улицы забрали в больницу с температурой 40. “Я лежала на койке, и на душе скребли кошки. Хотелось, чтобы рядом был любимый, но ему, как назло, опять понадобилось уехать”, — рассказывает Ира. Сутками ей ставили капельницы, температуру сбили, чуть полегчало, и она отпросилась домой на пару часов. Поднимаясь на этаж, наткнулась на свои домашние тапочки прямо на лестнице, за входной дверью. Сама дверь была приоткрытой. Ира вошла...

“Если бы не разбросанные по полу старые фотографии, можно сказать, что в квартире был почти порядок и... пустота. Ни офисной техники, ни аппаратуры, ни моей одежды, ни драгоценностей. А самое ужасное — из сейфа исчезли все деньги — и личные, и служебные”.

Сначала Ира позвонила в милицию, потом — на номер Руслана. В стрессовой ситуации у нее совершенно вылетело из головы, что тот не сможет ответить — ведь он в отъезде, а мобильных тогда еще не было. Но вдруг услышала в трубке родной голос! “Ты уже приехал!” — “Да. А что?” — “У меня беда!” — не сдерживая слезы, сообщила она о произошедшем. Думала, что примчится тут же! Однако Руслан напряженно заявил: “Приеду, когда освобожусь”.

Ожидание казалось ей вечностью. Ирина ничего не понимала: ведь любимый мужчина должен броситься на помощь, оградить ее, ослабленную болезнью, от этих неприятностей. Руслан забежал на минутку и сухо бросил: “Не переживай, все утрясется... Извини, надо идти. Дела...” В голове девушки не укладывалось: как это? Он не предложил отвезти ее обратно в больницу, не предложил помощь — он оставил ее одну!

Крах иллюзий

Ира смутно помнит, как прошла ее пневмония, как она жила в пустой квартире, как бегала по следователям. Ей хотелось просто выть от тоски и отчаяния. В милиции разводили руками: взлома квартиры не было, дверь открыли ключом. О том, что он имелся у Руслана, Ирина молчала — ведь не смела подозревать возлюбленного, не хотела, чтобы его затаскали по допросам. Любые сомнения отметала — она ждала его. Ждала звонка, приезда, разговора.

Но Руслан исчез — тихо, без объяснений. “Даже если предположить, что вдруг прошла любовь, простое человеческое участие никто не отменял!” — твердили ей вокруг. Она прислушалась к этим словам только тогда, когда, потеряв работу, осталась наедине со своими проблемами. Действительно, почему Руслан оказался дома? Почему так странно себя повел? И главное: почему так резко стал чужим? Ирина решилась рассказать о запасном ключе следователю.

О Руслане навели справки. Оказалось, он — сын влиятельного и богатого человека, чью фамилию в соседнем городе произносили шепотом. Он привык к красивой жизни, но после серьезных разногласий с отцом получил отказ в содержании. Руслан давно на заметке у милиции, связан со многими темными делами, но всегда выходил сухим из воды — не было прямых улик. “По вашему ограблению мы тоже ничего не докажем”, — уточнил следователь.

“У меня не было жажды мщения, — признается она. — Я хотела всего лишь встретиться с Русланом, посмотреть ему в глаза. Я даже думала: “Может, он все же не виновен? Может, его оскорбили мои подозрения, показания — он считает меня предательницей...”

Ее лечило время и работа: надо было отдавать долги, возмещая украденную из сейфа сумму. Ирина занималась переводами, пела в ресторане, писала и редактировала статьи в журналы и как только выплатила все долги, уехала к родственникам в Украину — в родном городе ее уже ничто не держало.

Снежная королева

“Больше ни одному мужчине не поверю!” — зареклась тогда Ирина, устроившись преподавать в школе. Приезжая молодая учительница сразу привлекла внимание, но как только кавалер заводил речь о любви — она в панике сбегала. Бабушка охала: “Венец безбрачия!”, окружающие не одобряли: “Прямо Снежная королева”. А она никого не подпускала близко, боялась подвоха. Ирина не хотела принимать чувства — и ей их перестали предлагать.

В жизни без любви единственным утешением стала еда. Она заменяла все удовольствия: друзей, развлечения, впечатления... Ирина заедала проблемы, реагируя на стресс растущим как на дрожжах аппетитом. Но она уже знала способ, как кушать и не поправляться. Ее день состоял из череды трапез и чисток, огромных доз слабительного и постоянной борьбы с собой. До тех пор, пока однажды свет в буквальном смысле померк в ее глазах.


отказ от пищи — это символический отказ от самой жизни!

Новая жизнь

Очнулась Ирина в реанимации. Врачи чудом вернули ее, изможденную диетами и нервными нагрузками, с того света. Но девушку это абсолютно не радовало. Ей было всего 23 года, а жить не хотелось...
Судьба, привязав к больничной койке, словно специально дала шанс одуматься. Ирина понимала: у нее серьезные проблемы — душевные и физические, и в одиночку ей не справиться. Она обратилась в клинику и впервые услышала: “У вас булимия. Но вам не диеты нужны, а психолог. Как только приведете в порядок свое внутреннее состояние, нормализуется и вес”, — заверил тогда врач.

“Сеансы, — признается Ирина, — стали для меня откровением. Я узнала, что булимию питает букет комплексов: нелюбовь к себе, подчинение чужому мнению, неприятие своего тела, чувство вины... Моя зависимость от еды — это бегство от самой себя. Психолог помог мне проанализировать все детские комплексы и обиды, откорректировать искаженную картинку мира, избавиться от гнетущего чувства вины, зачастую беспочвенной”.

На сеансах психотерапии Ирина отматывала жизнь назад, как киноленту — кадр за кадром. При всей любви родители всегда боялись ее перехвалить, и вместо “Молодец! Так держать!” Ира зачастую слышала: “Хорошо. Но могло быть еще лучше!” Особенно задевало, когда ее сравнивали с другими. “А у Люды ни одной помарки в тетради!”, “А Жанна берется за уборку без всяких напоминаний!” Получалось, что бы ты ни сделала — все недостаточно хорошо. Роковую роль сыграла и несчастная первая любовь... “Говорила себе: “Я позволила этому случиться и приобрела опыт. Спасибо за него. Я по-новому смотрела на себя, свое прошлое и будущее, на желания, на свое тело и на еду. Поняла, что отказ от пищи — это символический отказ от самой жизни! — убеждена теперь Ирина и напоминает: — Слово “аппетит” в переводе с латыни означает “стремление, желание”.

С миром

Три года понадобилось Ирине, чтобы окончательно излечиться. Сегодня без всяких диет она весит 59 килограммов при росте 170 сантиметров, ест четыре-пять раз в день, с удовольствием готовит блюда разных кухонь мира — она научилась сочетать качество и количество продуктов, отличать эмоциональный голод от физиологического. “Главное, — уверена девушка, — ощущение своего тела. Оно, как правило, само знает, когда и что ему требуется. Надо только научиться его слушать. И хвалить!”

В процессе лечения Ира начала делать заметки — записывала собственные ощущения, изменения, пробы и ошибки. Их собралось столько, что захотелось поделиться с другими женщинами, тоже страдающими от собственного несовершенства, от неправильного питания. “Я переработала, расширила и дополнила советами и рекомендациями черновые “заметки пищеголика” и издала книгу. В планах написание еще одной — уже художественной, — делится Ирина. — Образ главной героини писала с себя”.

Своему опыту, пусть очень болезненному, благодарна. Она прошла обучение в Академии позитивной психотерапии, стала психологом, консультирует женщин, нуждающихся в помощи, поддержке, основала сайт www.bulimiastop.ru, где каждая может получить ответ на вопросы: как избавиться от пищевой зависимости, излечиться от булимии. Ирина нашла себя. Но самое важное — встретила любящего понимающего мужчину и стала мамой: ее сын в этом году пошел в первый класс.

Кульчинская постоянно твердит женщинам: “Простите себе неидеальность, будьте собой. Просто живите. Все наши проблемы — от обид, злости и отсутствия смирения. А что есть смирение? С миром принять себя...”

Поделись с подружками :