Серебряный лотос. Отражение

Поделись с подружками :
Маи шла по вечернему городу. Тусклый свет фонарей небрежными штрихами рисовал дома и деревья, выхватывая их из серого пространства улицы. Это было то время суток, когда предметы теряют краски, и мир становится похожим на унылую графическую картинку.
Глядя на нее, возникает желание подумать о превратностях судьбы, скоротечности времени, несовершенстве мира, а потом спеть что-нибудь грустное и протяжное. Петь Маи, конечно же, не стала. Она была почти дома. Ей оставалось пересечь дорогу, пройти еще метров тридцать и свернуть в узенький переулок, где в кустах сирени пряталась белая резная калитка. Но вдруг из-за угла с ревом выскочила машина. Пронзительный свет фар ослепил глаза, и Маи растерянно замерла посреди улицы. Машина неслась прямо на нее.

Позже, вспоминая эти секунды, которые, к слову, показались ей кем-то замедленными, как это бывает в кино, Маи хвалила себя за хорошо развитый инстинкт самосохранения. Именно он словно толкнул девушку в спину. За считанные мгновения она оказалась на обочине, а машина со свистом пронеслась мимо. Но далеко не уехала. Проскочив поворот, кузнечиком подпрыгнула на бордюре и влетела в кусты. Через секунду оттуда донесся глухой удар, после чего наступила пугающая тишина. Маи бросилась следом и обнаружила за рулем насмерть перепуганную девушку лет тридцати.
— Тормоза... — почти беззвучно пролепетала та. — И что-то с рулевым управлением...
— А вы-то сами целы?
— Цела...
Руки девушки сильно дрожали, в глазах застыл испуг. Маи посмотрела на нее с сочувствием и сказала:
— Идемте ко мне. Я живу неподалеку, напою вас валерьянкой и горячим чаем. Все равно на этой консервной банке вы уже никуда не уедете. А потом мы вызовем милицию и бригаду эвакуаторов. Девушка кивнула и послушно выбралась из машины.
В ярком свете кухни лицо гостьи показалось Маи знакомым.
— Мы раньше встречались? — спросила она.
— Нет. Вы могли видеть меня по телевизору, — буднично сообщила девушка. — Я — Мира Славская, певица. “Бумажная любовь”, “Рай на двоих”, помните?
— Нет. Я не люблю современную эстраду. Но теперь припоминаю, на музыкальном канале часто крутят ваши клипы. Вот здесь...
Маи включила телевизор и, нажав нужную кнопку, удивленно замерла: с экрана на нее смотрела ночная гостья, а в углу светилась надпись “Прямой эфир”. “Я всегда готова ответить на вопросы слушателей, — с улыбкой вещала Мира Славская. — Задавайте их, не стесняйтесь”, и в студии тут же прозвучал первый звонок.
— Вот дрянь, — сквозь зубы процедила гостья. — Но ничего. Я выведу ее на чистую воду... — И оторвав гневный взгляд от экрана, спросила: — Где-то здесь, на Цветочной, семь, живет китаянка-экстрасенс. Говорят, она людей видит насквозь. Я ехала к ней. Вы не знаете, это далеко?
— Считайте, что приехали, — сказала Маи, внимательно взглянув девушке в глаза. — Вы уже на Цветочной, семь. Только я не китаянка, а японка, и к экстрасенсам никакого отношения не имею. Просто иногда слышу мысли других людей.
— Так вы Маи Танака?! — обрадовалась девушка. — Мне очень нужна ваша помощь!

Рассказ Миры
“Понимаете, мы — однояйцевые близнецы. Нас с детства даже мама с папой с трудом различали, не говоря уже о друзьях или соседях. Но характеры у нас совершенно разные. Кира гораздо тише и спокойнее меня. Неженка... Мне даже приходилось драться с мальчишками, защищая ее. Мы вместе окончили музыкальную школу, родители настояли. Только сестре музыка не очень нравилась. Она обожала математику, поэтому, когда после школы я готовилась поступать в консерваторию, Кира подала документы в экономический. Я стала певицей, она — бухгалтером. Хотя, если честно, в детстве сестра была одареннее меня. Учителя в один голос твердили, что у нее абсолютный слух. Но я настолько хотела петь, что над своим неабсолютным очень много работала. После консерватории пошла зарабатывать — пять лет пела по ресторанам. Знаете, что это такое? Сплошное унижение! Когда за помятую купюру ты должна исполнить что-нибудь вроде “Путаны” или “Мурки”. Все для клиента, а иначе уволят. Но три года назад мне повезло — я встретила Ромку. Он с друзьями отмечал свой день рождения в нашей забегаловке. Смотрел на меня удивленными глазами, а потом подошел и сказал: “Что вы делаете в этом Богом забытом месте? У вас же талант...” Так мы познакомились и стали встречаться. Я показала ему свои песни, он дал послушать их приятелям-музыкантам, им понравилось. В общем, Рома стал моим продюсером, мы записали альбом, сняли первый клип, начали обкатывать программу по клубам... И я наконец почувствовала себя звездой. Я заработала это. Мы поженились. Роскошная была свадьба. Кира замуж не вышла. Дослужилась в своем строительном управлении до заместителя главного бухгалтера. Все время жаловалась на скуку. А месяц назад у нас был день рождения. Мы по традиции всегда отмечаем его вместе, в кругу родственников и друзей. В этот раз все было, как обычно. Правда, мне фанаты прислали целую клумбу цветов и вагон мягких игрушек. Кира спросила: “Ты счастлива?” Я ответила: “Да”. Мы выпили, развеселились, и вдруг она говорит: “Вот бы мне прожить хоть один твой день!” А я ей: “Не завидуй. Думаешь, это сахар? Сутки напролет кручусь, света белого не вижу. Утром запись, в обед интервью, днем примерка, вечером концерт... Не то что ты — пришла в свою уютный кабинетик, там рыбки в аквариуме плавают, тишина и покой...” А дальше... Я сама не знаю, как это вышло. Кира говорит: “Мирочка, дай мне побыть один день звездой? Всего один, разве тебе жалко? А ты посидишь у меня на работе. Делать ничего не нужно, отчеты я все сдала”. Не знаю, то ли мне жаль ее стало, то ли спиртное подействовало, но я пошла на это. Тем более Ромка был в отъезде. Короче, мы обменялись ключами от квартир, сумками, телефонами... Договорились созваниваться, если что. Утром я потопала на ее работу. Чуть не умерла от скуки. Покормила рыбок, поиграла в пасьянс на компьютере и поехала в клуб, где должна была вечером давать концерт. Любопытно было посмотреть на Киру. Выступала она просто блестяще. Ее голос был таким же, как мой, только глубже, богаче... Ей все аплодировали, а потом я увидела Ромку. Он вышел на сцену, преподнес Кире букет и поцеловал. Я чуть со стула не упала! В перерыве подхожу, говорю: “Все сестренка, эксперимент окончен, идем в гримерку переодеваться”. А она: “Ты что, Кирочка, плохо себя чувствуешь?” Я к Роме. Мол, так и так, мы пошутили, поменялись местами, а теперь сестра не хочет идти назад в свою бухгалтерию. А он: “Кира, ты в порядке? Что ты несешь?” Я кричу: “Не Кира я, а Мира — твоя жена и певица Мира Славская!” А он: “Ты действительно в норме? Может, врача вызовем?” Тогда я не выдержала и устроила им истерику. Разгромила полклуба, разбила какую-то эксклюзивную вазу. Администрация вызвала милицию и скорую помощь заодно, как для буйнопомешанной. Мне пришлось заплатить штраф. А от врачей я правду скрыла. Не хотелось загреметь в психушку, ведь они бы мне ни за что не поверили. С тех пор мое существование превратилось в кошмар. Сестра забрала мою жизнь, моего мужа, мой успех... Помогите мне, посоветуйте, как все вернуть. Я вам заплачу любые деньги!”
* * *
— Все, что вы рассказали, — очень странно, — задумчиво произнесла Маи. — Чтобы никто не заметил подмены, сестра должна была знать мельчайшие подробности вашей жизни, жизни коллег, друзей, знакомых. Они наверняка бы заметили неладное.
— В том-то и дело, что никто ничего не заметил! Сначала я открыто заявляла о чудовищной афере, которую провернула сестра, но меня стали принимать за сумасшедшую. Тогда я прибегла к другой тактике: под видом Киры стала встречаться с ее знакомыми, расспрашивать о ней, мол, Мира так сильно изменилась в последнее время, не замечали?
— И что?
— Никто ничего не замечал!
— Ну, допустим, я вам верю, — немного подумав, сказала Маи. — Но ваш муж? Он-то должен был почувствовать подвох?
— Я тоже так думала. Однажды подкараулила его на улице и заставила выслушать себя. Рассказала ему все подробности нашей семейной жизни, перечислила его любимые фильмы, рубашки, фразочки и даже позы в сексе. Вспомнила наши самые сокровенные тайны... А он: “Мне Мира говорила, что делилась с тобой пикантными подробностями, но я не думал, что до такой степени...” А еще сказал, что больше не желает слушать этот бред и просит оставить его и Миру в покое.
— Ну хорошо. А как же работа сестры? Ведь вы не бухгалтер...
— Мне пришлось уволиться. Но это не самое страшное. Ужасно то, что она хочет убить меня. Да вы сами видели, как у машины отказали тормоза. А на прошлой неделе она пробралась ночью на кухню и открыла газ. Я чудом спаслась!
— А как же она вошла?
— У Киры были запасные ключи. Ведь это ее квартира. Я, конечно, сразу сменила замок, но кто знает, что ей придет в голову в следующий раз... Обиднее всего то, что мне никто не верит. Даже родители. Когда я им все рассказала, они стали всерьез беспокоиться о моем психическом здоровье...
И девушка заплакала, размазывая тушь по бледным щекам.
— Я вам верю, — успокоила ее Маи. — Поэтому попробую разобраться в вашей странной истории.

отражение в зеркале протянуло к ней руки и улыбнулось
* * *
Первым делом она решила встретиться с Романом, чтобы подтвердить или опровергнуть некоторые догадки, поэтому в полдень следующего дня разыскала его в итальянском ресторане, где мужчина традиционно обедал. Маи выбрала беспроигрышную тактику: ошарашить, сбить с толку и, пользуясь своим даром, прочитать его истинные мысли.
Роман сидел за столиком у окна и с удовольствием поглощал лазанью. Маи быстро подошла к нему и присев напротив, требовательно спросила:
— Вы знаете, что произошло с вашей любимой женщиной?
— Что?
Мужчина перестал жевать и уставился на нее в ожидании.
— Она попала в автомобильную аварию, — сказала Маи и уже потянулась к его руке, чтобы услышать, о ком он подумает в первую очередь, какое имя произнесет мысленно, как вдруг за ее спиной раздался голос:
— Что здесь происходит?
Они действительно были похожи как две капли воды. Как две молекулы или даже два атома.
— Что здесь происходит, Рома? — повторила свой вопрос девушка-двойник.
— Я не знаю, — пожал он плечами. — Эта барышня сказала, что ты попала в аварию...
— Попала в аварию не она, а ваша жена Мира, — уточнила Маи и внимательно посмотрела в глаза девушке.
— Ах, она и вам успела заморочить голову, — вздохнула та и устало опустилась на соседний стул.
— Мира наняла меня, чтобы помочь ей восстановить справедливость и вернуть украденную жизнь, — спокойно ответила Маи.
— Когда же это кончится? — болезненно поморщилась девушка. — Мира — это я!

Рассказ еще одной Миры
“Сестра всегда завидовала мне. С детства я пользовалась успехом у мальчишек, меня хвалили учителя, даже родители относились по-другому. Снисходительнее, что ли... А Кира была тихоней, ни рыба ни мясо. Но я любила ее и всегда защищала. Мы вместе учились в музыкальной школе. У Киры был абсолютный слух, но она поленилась идти дальше. Сестра всегда была инертной и не умела бороться. Шла по пути наименьшего сопротивления. Поэтому предпочла тихую спокойную работу бухгалтера. А я окончила консерваторию, потом пять лет развлекала публику по ресторанам, пока не встретила Рому. Он сделал из меня певицу. Я люблю свою работу, шоу-бизнес — моя стихия. Мне нравятся аплодисменты, цветы, признание... Я добилась всего этого собственным трудом. Мы продолжали оставаться лучшими подругами, но со временем в Кире стала появляться зависть. Однажды, во время нашего дня рождения она сказала: “Вот бы мне прожить хоть один твой день!” Я ей говорю: “Не завидуй. Думаешь, это сахар? Сутки напролет кручусь, света белого не вижу. Утром запись, в обед интервью, днем примерка, вечером концерт...” А она: “Давай поменяемся! Это будет самый лучший подарок для меня”. Но что значит — поменяемся? Как я могу отправить ее, например, на интервью? В общем, эта идея мне категорически не понравилась и я отказалась. Тогда Кира словно с ума сошла, просто взбесилась! Она обвинила меня в том, что я черствая, бессердечная эгоистка и пообещала, что через месяц займет мое место. Оказалось, что она уже давно влюблена в Романа. С тех пор наша жизнь превратилась в кошмар. Кира инсценировала несколько покушений на саму себя, чтобы подставить меня — обвинить в попытке убийства. А тем временем со мной тоже стали происходить ужасные вещи. На улице мне на голову свалился кирпич с недостроенного дома — я чудом успела отскочить в сторону. Ночью на меня напал мужчина с ножом и если бы не Роман, то я вряд ли спаслась бы. Мужчине удалось скрыться, но я уверена, что все это происки Киры. Прошу вас, помогите восстановить истину. Я заплачу вам любые деньги!”
* * *
Ночью Маи приснился сон. Как будто она шла мимо зеркала в прихожей и вдруг краем глаза увидела, как отражение, повернув вслед голову, провожает ее недобрым взглядом. Маи замерла, боясь пошелохнуться. “Ну что ты стоишь?” — раздался вдруг сбоку ее собственный голос. Отражение улыбнулось и протянуло к ней руки: “Иди сюда, не бойся. Мы поменяемся ненадолго, всего на один день...” Маи подскочила в постели и посмотрела на часы. Было ровно три часа ночи. Невыносимо хотелось пить. Она включила свет и, стараясь не глядеть в зеркало, прошла в кухню. Больше Маи не заснула, а утром, взбодрившись крепким кофе, собрала свой клуб “Серебряный лотос”.
Ева Адамовна и Лала внимательно выслушали ее рассказ и почти хором спросили:
— Так кто же из них врет?
— Не знаю, — честно призналась Маи. — Обе истории подозрительны. Но в них есть одно слабое звено — Роман. Если “обмен жизнями” все-таки состоялся, то он не мог этого не заметить. А значит, он врет и помогает бухгалтеру Кире выдавать себя за певицу Миру. Если же обмена никакого не было, то Кира — просто одержимая особа, готовая убить свою сестру, чтобы обманом занять ее место. Так или иначе, но преступления не избежать. А следовательно, нужно действовать. И быстро.
План был рассчитан до минуты. Ровно в двадцать ноль-ноль произошло две встречи — Лалы с Мирой номер один и Евы Адамовны с Мирой номер два.
— Мы узнали, что ваша сестра хочет вас убить, — говорила Лала, представившаяся помощницей Маи. — Она позвонит вам и предложит встретиться якобы для конфиденциального разговора на кладбище погибших автомобилей. Мы все продумали. Вы будете вне опасности. Милиция возьмет вашу сестру с поличным и вы, наконец, вернете свою жизнь.
— Мы узнали, что ваша сестра хочет вас убить, — говорила Ева Адамовна Мире номер два в кафе неподалеку. — Она ищет подходящий момент для покушения, и мы хотим помочь ей в этом. Не пугайтесь, мы все продумали. Вы позвоните ей и сами назначите встречу на заброшенном кладбище автомобилей. Якобы для конфиденциального разговора. Ваша сестра обрадуется возможности, которая сама идет в руки, и обязательно совершит попытку покушения. А милиция возьмет ее с поличным.
В это время на другом конце города в отделении милиции Маи излагала майору Шереметьеву все обстоятельства свалившегося на нее дела.
— Я знал, что вы еще та штучка! И как вам удается постоянно влипать в какие-то неприятности?! — сказал он, внимательно выслушав гостью. — Но должен вам заметить, что во всем этом нет состава преступления.
— А вы хотите дождаться, пока одна сестра укокошит другую? — уточнила Маи. — И потом — присвоение чужой жизни разве не преступление? Или попытка присвоить чужую жизнь?
— Вот видите! Вы сами не знаете, кто из них прав, кто виноват.
— Да, пока не знаю. Но я узнаю это не позднее, чем через час. Только мне необходима ваша помощь. Если бы я могла обойтись без нее — никогда бы к вам не обратилась.
— Ладно, — согласился майор. — Что нужно делать?
— Поехать со мной на автосвалку. Туда приедут обе сестры. И там же мы определим их настоящие имена.
— Что за фантазии? — поморщился Шереметьев. — Не могли назначить им встречу где-нибудь в более приличном месте?
— Сразу видно, что вы далеки от психологии, — вздохнула Маи. — Это лучшее место для убийства. Думаю, если бы вы задались целью, то без труда обнаружили бы там с?десяток без вести пропавших граждан.

* * *
Кладбище погибших автомобилей простиралось в глубину заброшенного карьера, змеей поднималось по его склону и снова сползало в овраг. Хлестал ледяной дождь, и в сумраке подступающей ночи окрестный пейзаж походил на декорацию к зловещему триллеру. Здесь давно уже не было сторожа, и корпуса покинутых машин с черными глазницами окон блестели под луной одиноко и безжизненно. Но вдруг у дороги загорелись два ярких луча, в которых отчетливо стал виден упругий пунктир косого дождя. На маленьком, свободном от железного хлама пятачке появился автомобиль. Из него вышла Мира номер один. Она зябко поежилась, подняла воротник плаща и осмотрелась. Где-то вдали протяжно завыла собака, затем раздался звук двигателя приближающейся машины, и пятачок осветился снова. Из подъехавшего авто вышла Мира номер два. Обе сестры замерли и уставились друг на друга.
— Ты хотела со мной поговорить? — спросила первая.
— Да. Думаю, пришло время расставить все точки над i, Кира, — сказала вторая.
Мира номер один расправила плечи и засмеялась:
— Ты так вжилась в мой образ, что забыла свое имя? Я?— Мира, а ты — Кира. Хватит этих игр, сестренка...
В это мгновение кладбище осветилось фарами сразу трех машин, и на пяточек, ставший похожим на сцену камерного театра, вышли Шереметьев, Маи, Лала и Ева Адамовна.
— Действительно, хватит игр, — сказал майор девушкам. — Пора вернуть все на свои места. Дайте мне свои мобильные телефоны.
Сестры в растерянности уставились на Шереметьева.
— Давайте-давайте, если вам обеим нечего скрывать...
Миры протянули свои трубки.
— Итак, у Миры номер один — обманутой певицы, красный смартфон. Все видите? — обратился Шереметьев к присутствующим. — А у Миры номер два — певицы действующей — серебристый телефон со стразами. Приступайте! — скомандовал он Маи.

Сестры непонимающе завертели головами, а Маи набрала номер со своего мобильного.
— Роман? Здравствуйте! — сказала она с преувеличенной тревогой в голосе. — Произошло ужасное! Милиция нашла тело одной из сестер Славских и не может определить кто это.
— Где нашла? — испуганно выдохнула трубка.
— На свалке старых машин, это в тридцати километрах от города, знаете?
— Да. Еду!
Майор улыбнулся и поднял вверх мобильные девушек. Все застыли в ожидании. Оно оказалось коротким, и в полной тишине раздался веселенький рингтон. Звонил серебристый телефон со стразами. Присутствующие переглянулись.
— Это, кажется, вас? — сказал майор Мире номер два и нажал кнопку “Принять вызов” и громкую связь.
— Кира! Слава Богу, ты жива! — взволнованно произнес на том конце Роман.
— Ответьте, — тихо приказал майор.
— Да, я жива... — упавшим голосом подтвердила девушка.
— А что с Мирой? Она действительно убита? Это странно... Лично я ничего не предпринимал... Но я тебя поздравляю. Наконец-то мы свободны! Я еду сейчас на опознание. Подтвержу, что убита Кира. Так что, если тебе будут звонить из милиции, не пугайся...
Трубка умолкла, и девушка медленно опустилась прямо на землю. Она закрыла лицо руками и заплакала. Мира смотрела на сестру отстраненно и безучастно. И почему-то совсем не радовалась...
Вскоре на площадке появился еще один автомобиль. Из него бодрым шагом вышел Роман. Подойдя к Шереметьеву, он озабоченно спросил:
— Где она?
— Вот они обе, — сказал майор, отступая в сторону.
У милицейской машины стояли две сестры. Роман замер в растерянности.

Рассказ Романа
“После того как мы с Мирой поженились, я вдруг понял, что люблю ее сестру. Они ведь очень разные. Кира — нежная, женственная, тонкая. Мира — сумасшедшая. Отношения у нас завязались как-то постепенно. Мы с Кирой стали тайно встречаться и мечтать о том, как было бы хорошо жить вместе. Но творческий союз прочнее любого брака. К тому времени Мира уже стала звездой. Создавать другую, с точно такой же внешностью, было нереально. А Кира так мечтала о сцене. К тому же она была на порядок выше, талантливее сестры! В общем, долгое время нам ничего не оставалось, как скрывать свои чувства от Миры. Но однажды Кире пришла в голову гениальная идея с обменом. Мы хорошо подготовились, и все прошло на ура. По нашему плану Мира рано или поздно должна была успокоиться. Мы не собирались ее убивать. В худшем случае она могла попасть в психиатрическую лечебницу. Но Мира оказалась крепким орешком и не собиралась сдаваться... Поймите, мы с Кирой любим друг друга. А ради любви человек способен на все. Это ведь смягчающее обстоятельство?”

* * *

Маи и Шереметьев шли по ночной улице. Дождь закончился, и в свете луны асфальт блестел, как черный агат.
— Что им грозит? — спросила Маи.
— Ничего страшного, — ответил майор. — Их афера тянет на штраф за причиненный моральный ущерб. Если, конечно, не будут доказаны попытки покушения.
— Ну и ладно. Главное, что мы помогли Мире вернуть ее жизнь.
— Да. Но, думаю, теперь она будет совсем другой...
И вдруг майор резко остановился, глядя куда-то вверх. Маи проследила его взгляд и увидела на крыше черный силуэт мужчины. Он стоял на самом краю, раскинув руки, готовый вот-вот броситься вниз...

(Продолжение следует.)
Поделись с подружками :