Серебряный лотос. Призрак

Поделись с подружками :
Неужели это все, Господи? Умереть вот так, нелепо, в расцвете лет! Но за что?! Ведь у меня двое детей и жена снова беременна! — думал инструктор, и этот исполненный отчаяния монолог проносился в его голове с космической скоростью.
— Может быть, я расплачиваюсь за любовницу? Если да, Господи, то я брошу ее, обещаю! Нет, клянусь!!! Надо же! Прямо как в анекдоте. Но, Господи, это не смешно! И зачем я только согласился на прыжок? Хотел же домой пойти, так черти принесли эту... как ее? Лию? Мию? Таю? О Боже, о чем я думаю!? Я же сейчас умру! Как глупо все...”
Несколько секунд назад, когда стропы наполовину раскрывшегося парашюта безнадежно спутались, он уверенно пообещал клиентке, что все будет хорошо, потому что помимо основного есть еще запасной, который обязательно раскроется. Но этот механизм почему-то тоже не сработал, и вот теперь они летели камнем вниз, вцепившись друг в друга мертвой хваткой, — хрупкая, похожая на японку девушка и большой рыжий парень с широким веснушчатым лицом. Земля неумолимо приближалась. Внизу белела выпуклая крыша какого-то строения, впоследствии оказавшегося крытым катком. В результате, прорвав тугую ткань купола, эти двое устремились прямо в центр ледовой площадки. Катающиеся на коньках люди бросились врассыпную. Однако стропы парашюта зацепились за прутья разорванной крыши, и, не долетев ровно два метра, парочка зависла надо льдом.
Это было, конечно же, чудом. Но еще большим чудом для девушки стало то, что, находясь в свободном полете, она слышала мысли рыжего инструктора, которые проносились в ее голове с той же космической скоростью, вытеснив собственные волнения. Она настолько была потрясена этим необыкновенным открытием, что даже не успела испугаться. Поэтому когда расторопные работники катка, забравшись на стремянку, обрезали веревки и насмерть перепуганный инструктор, упав на четвереньки, принялся целовать лед, а затем и свою спасшуюся спутницу, та отстранилась и сказала ровным спокойным голосом:   
— Меня зовут Маи. Не Лия, Мия или Тая, а Маи! Я наполовину японка. По отцу.
— А я Толя! — радостно и громко прокричал парень, который, похоже, слегка оглох от ветра и переживаний.
— Помню. Мы уже знакомились, — холодно отрезала Маи. — Кто складывал парашют перед прыжком?
— Я... — растерялся инструктор. — Но он был в полном порядке, честное слово!
— Тогда причина действительно в любовнице, — заключила она. — Бросайте ее, пока не поздно. Тем более что вы поклялись в этом Господу. Ради жены и детей, которых скоро будет трое.   
Сказав это, девушка развернулась и пошла прочь. А инструктор раскрыл рот и захлопал выпученными от удивления глазами. Обступившие его фигуристы стали наперебой расспрашивать о случившемся, но он молчал, не в силах отвести взгляд от удаляющегося силуэта Маи.     
Так она узнала о своем удивительном даре слышать чужие мысли, и теперь ей не терпелось проверить его. Маи направилась к остановке, внедрилась в самую гущу толпы и прислушалась. Но кроме голосов, произведенных вполне обычным способом, ничего не услышала. “Странно...” — подумала она, выбрала интеллигентного мужчину с портфелем, подошла совсем близко. Опять ничего. Недоверчиво покосившись на Маи, мужчина переложил портфель в другую руку и отошел в сторону.

* * *
А в это время в центре города, прислонившись виском к  фонарному столбу, стояла немолодая, но еще вполне эффектная дама в дорогом норковом манто. Ее лицо было безжизненным и бледным, как воск. Она неотрывно смотрела в глубину улицы, туда, где за стеклянной витриной супермаркета только что стоял ее муж. В этом не было бы ничего удивительного, если бы не одна маленькая подробность: супруг Евы Адамовны (так ее звали) скончался месяц назад от сердечного приступа и был похоронен в присутствии как минимум тридцати человек.
В первый раз она увидела его в понедельник в парке на традиционной утренней пробежке. Муж появился в конце окутанной туманом аллеи, такой же стройный и подтянутый, как при жизни. Только шел он непривычно медленно. Шел и смотрел ей прямо в глаза. Разглядев его, Ева Адамовна едва не лишилась чувств. Она беззвучно прошептала: “Алексей...” и, ощутив пудовую тяжесть в ногах, села прямо на мокрый асфальт. Не дойдя метров семи, призрак мужа остановился, улыбнулся и протянул к ней руки. Но тут на тротуаре появился молодой человек. Он склонился над Евой Адамовной, закрыв обзор, и спросил: “Вам плохо?” А когда отошел в сторону, аллея уже была пуста. Супруг исчез так же таинственно, как и появился. Лишь туман каким-то непостижимым образом продолжал удерживать его зыбкие очертания. Ева Адамовна провела ладонью по холодному лбу, с трудом поднялась на ноги и пошла домой. Но стоило ей войти в кухню, как сердце снова подпрыгнуло в груди. На столе дымилась чашка только что сваренного кофе. И это была его любимая чашка. Женщина двумя руками схватилась за косяк и тихо позвала: “Алексей!” В ответ колыхнулась занавеска, а лампа в углу, на пару секунд утратив напряжение, задрожала тусклым светом.  
Потом она видела мужа снова и снова. На троллейбусной остановке, в темном проеме подземного перехода, на продрогшем перроне вокзала... Алексей появлялся из ниоткуда и исчезал в никуда, но с каждым разом Ева Адамовна все отчетливее понимала — муж хочет, чтобы она пошла с ним. Вот и теперь, возникнув за стеклом супермаркета, он поманил ее рукой, смертельно бледный, но отрешенно спокойный. “Значит, я должна умереть”, — сказала себе Ева Адамовна. От этой мысли ей сделалось невыносимо страшно, захотелось рвануть что есть мочи, убежать. Не важно — куда, главное — подальше отсюда. И она сделала это. Прохожие расступались в стороны, провожая взглядами почтенную, бегущую на тонких шпильках даму.



“По­лу­ча­ет­ся, что при­чи­на бы­ла в прыж­ке, — ду­ма­ла Маи, пе­ре­се­кая ули­цу. — Ви­ди­мо, я мо­гу чи­тать мыс­ли, лишь на­хо­дясь в сво­бод­ном по­ле­те. Жаль. Это зна­чит, что моя спо­соб­ность боль­ше ни­ко­гда не проявит­ся. По­то­му что за­ста­вить ме­ня сно­ва прыг­нуть с па­ра­шю­том мо­жет лишь че­ло­век с пи­с­то­ле­том. И то, уж луч­ше пусть стре­ля­ет...” В этот мо­мент сза­ди раз­да­лось чье-то сбив­чи­вое ды­ха­ние. Маи обер­ну­лась и уви­де­ла рас­тре­пан­ную не­су­щу­ю­ся по “зе­б­ре” да­му. Она ре­ши­ла от­сту­пить в сто­ро­ну, но не­пра­виль­но вы­бра­ла на­пра­в­ле­ние и ока­за­лась пря­мо на пу­ти бе­гу­щей. На­ле­тев на Маи, да­ма вы­ско­чи­ла на тро­ту­ар, со­гну­лась по­по­лам и схва­ти­лась за бок. И вдруг де­вуш­ка сно­ва ус­лы­ша­ла чу­жые мысли. Они про­зву­чали в ее го­ло­ве так гром­ко и от­чет­ли­во, что она да­же под­ско­чи­ла от не­ожи­дан­но­сти. “Ду­ра я, ду­ра! — в серд­цах ска­за­ла да­ма. — Раз­ве от не­го мож­но убе­жать? Это же при­зрак! Ос­та­ет­ся од­но — ку­пить яд. Или луч­ше вы­пить боль­шую до­зу сно­твор­но­го. Ус­нуть и боль­ше не про­снуть­ся. Са­мая бла­го­род­ная смерть. Где-то здесь бы­ла ап­те­ка...” И в от­ча­я­нии за­вер­те­ла го­ло­вой. 
— Че­рез три квар­та­ла на­ле­во, — под­ска­за­ла Маи.
— Что? — встре­пе­ну­лась жен­щи­на.
— Ап­те­ка. Вам ведь нуж­на ап­те­ка?
— Да... Спа­си­бо, — кив­ну­ла она и дви­ну­лась впе­ред, но тут же в не­до­уме­нии ос­та­но­ви­лась. — А от­ку­да вы зна­е­те, что...
И Маи, на­ко­нец, осе­ни­ло.
— Все яс­но! — ска­за­ла она. — Я слы­шу мысли лишь тех, кто на­хо­дит­ся в со­сто­я­нии стрес­са! 
— О, Гос­по­ди... — ти­хо про­шеп­та­ла да­ма, ре­шив, что судь­ба под­бро­си­ла ей оче­ред­ной сюр­приз в ви­де бе­зум­ной не­зна­ком­ки.
— Да не вол­нуй­тесь вы так, — за­ве­ри­ла Маи. — Со мной все в по­ряд­ке. По крайней мере, тра­вить­ся, как вы, не со­би­ра­юсь. Не хо­ти­те рас­ска­зать, что слу­чи­лось?
Вско­ре они си­де­ли в не­боль­шом уют­ном ка­фе. 
— Что зна­чит — вы не ве­ри­те? — го­ря­чи­лась рас­крас­нев­ша­я­ся от го­ря­че­го чая Ева Ада­мов­на. — Ду­ма­е­те, я су­ма­сшед­шая?
— Нет. Вы со­вер­шен­но нор­маль­ны, — спо­кой­но от­ве­ти­ла Маи. — Я не ве­рю в при­ви­де­ния и про­чие сверхъ­ес­те­ст­вен­ные си­лы. 
— Вы? Та, ко­то­рая слы­шит чу­жие мыс­ли?!
— Это раз­ные ве­щи. 
— То­г­да как объ­яс­нить все эти ви­зи­ты? 
Маи мед­лен­но про­ве­ла ука­за­тель­ным паль­цем по сто­лу, на­ри­со­вав ка­кую-то за­мы­сло­ва­тую фи­гу­ру и, вни­ма­тель­но по­смо­т­рев на жен­щи­ну, спро­си­ла: 
— А вы уве­рен­ны, что это был ваш муж?
— Бо­лее чем! — не за­ду­мы­ва­ясь, от­ве­ти­ла та. — Мы про­жи­ли с Але­к­се­ем три­д­цать лет. 
— Рас­ска­жи­те мне о нем.
То, что ус­лы­ша­ла Маи, лишь под­твер­жда­ло ее пред­по­ло­же­ния. Але­к­сей Се­ме­но­вич Бру­нов был из­вест­ным че­ло­ве­ком, вла­дел круп­ной юри­ди­че­ской ком­па­ни­ей и серь­ез­ны­ми сче­та­ми в бан­ках. Пос­ле оче­ред­ной ри­с­ко­ван­ной сдел­ки он ре­гу­ляр­но от­пра­в­лял­ся в элит­ный про­фи­ла­к­то­рий “под­ле­чить мо­тор”. Пе­ред смер­тью со­би­рал­ся сде­лать то же са­мое, но не ус­пел. 
— Вы убе­ж­де­ны, что хо­ро­ни­ли имен­но му­жа? — спро­си­ла Маи.
Ева Ада­мов­на вски­ну­ла бро­ви: 
— Де­точ­ка, вы за­да­е­те стран­ные во­п­ро­сы! — ее ари­сто­кра­ти­че­ски уд­ли­нен­ное ли­цо еще боль­ше вы­тя­ну­лось. — Ко­неч­но, это был он!
— Очень ин­те­рес­но, — ска­за­ла Маи и сно­ва при­ня­лась ри­со­вать что-то на сто­ле.
— А вы, слу­чай­но, не в ми­ли­ции ра­бо­та­е­те? — ожи­ви­лась Ева Ада­мов­на.
— Нет. Но моя ба­буш­ка Йо­ко в свое вре­мя бы­ла из­вест­ным че­ло­ве­ком в Япо­нии. По­мо­га­ла сы­щи­кам в рас­сле­до­ва­нии убийств, мог­ла за­гля­нуть в про­шлое или бу­ду­щее. Хо­тя слу­жи­ла обыч­ным кон­ди­те­ром.
— Лю­бо­пыт­но, — улыб­ну­лась жен­щи­на. — А вы где слу­жи­те?
— Сей­час ни­где.
— Что, си­ди­те до­ма и смо­т­ри­те де­те­к­ти­вы по те­ле­ви­зо­ру?
— Ну по­че­му? Чи­таю, ри­сую, пры­гаю с па­ра­шю­том. Вот бу­к­валь­но се­го­д­ня у ме­ня был один пры­жок...
Вспом­нив о нем, Маи по­чув­ст­во­ва­ла, как по спи­не про­бе­жа­ли му­раш­ки. Она с дет­ст­ва па­ни­че­ски бо­я­лась вы­со­ты, и ре­ше­ние прыг­нуть при­шло от еще боль­ше­го стра­ха — сой­ти с ума. Де­ло в том, что три ме­ся­ца на­зад Маи Та­на­ка, или, как при­ня­то го­во­рить в Япо­нии, Та­на­ка Маи, — бы­ла ве­ду­щим ме­нед­же­ром ком­па­нии “Де­ло тон­кое”, за­ни­ма­ю­щей­ся ин­терь­е­ра­ми в во­с­точ­ном сти­ле. По­ка ее не со­кра­ти­ли. А точ­нее, Маи ста­ла жер­т­вой соб­ст­вен­ной не­сго­вор­чи­во­сти — два­ж­ды от­ка­за­ла лы­со­му на­чаль­ни­ку-плей­бою. Уш­ла она с гор­до под­ня­той го­ло­вой, но вско­ре впа­ла в де­прес­сию. За три ме­ся­ца де­вуш­ке да­ли от во­рот по­во­рот в пя­ти при­лич­ных и трех со­в­сем за­ху­да­лых кон­то­рах. Кад­ро­ви­ки, ед­ва ус­лы­шав ее фа­ми­лию, то­ро­п­ли­во от­ме­ня­ли со­бе­се­до­ва­ние. Мсти­тель­ный на­чаль­ник не по­жа­лел сил, что­бы со­з­дать ей ре­но­ме склоч­ной и не­ком­пе­тент­ной осо­бы. И вот, что­бы не умереть от от­ча­я­ния, Маи ре­ши­ла встрях­нуть­ся. Пры­жок с вы­со­ты в ты­ся­чу ме­т­ров по­ка­зал­ся ей впол­не под­хо­дя­щим ва­ри­ан­том. 
— Ну, так что вы ду­ма­е­те обо всем этом? — не­тер­пе­ли­во на­пом­ни­ла о сво­ем при­сут­ст­вии Ева Ада­мов­на.
— Ду­маю, что вас хо­тят убить ва­ши­ми же соб­ст­вен­ны­ми ру­ка­ми, — от­ве­ти­ла Маи. — И это им поч­ти уда­лось...
— Но кто?!
Де­вуш­ка до­ри­со­ва­ла свою не­ви­ди­мую кар­ти­ну на сто­ле и, улыб­нув­шись, ска­за­ла:
— Спро­сим у ва­ше­го му­жа...

* * *
Бы­ло так тем­но, что воз­дух во­к­руг ка­зал­ся вяз­ким на ощупь, и лю­бое не­ос­то­рож­ное дви­же­ние мог­ло за­тя­нуть те­ло в чер­ную во­рон­ку но­чи. В та­кие се­кун­ды осо­бен­но ост­ро ощу­ща­ет­ся без­за­щит­ность сле­пых лю­дей, при­вык­ших ори­ен­ти­ро­вать­ся по зву­кам, за­па­хам, по­то­кам ве­т­ра и ед­ва раз­ли­чи­мым шо­ро­хам веч­но­го мра­ка. Ева Ада­мов­на, по­лу­чив­шая за­да­ние “бро­дить по ма­га­зи­нам, по­ка со­в­сем не стем­не­ет”, воз­вра­ща­лась до­мой. Вой­дя в леп­ную ар­ку сво­его элит­но­го дво­ра, она за­мед­ли­ла шаг. Фо­на­ри, обыч­но яр­ко ос­ве­щав­шие его, бы­ли по­га­ше­ны. Лишь один в са­мом даль­нем уг­лу го­рел хо­лод­ным не­оно­вым огоньком. Вых­ва­чен­ное им про­стран­ст­во из го­лу­бых пред­ме­тов и чер­ных, слов­но бар­хат, те­ней, гип­но­ти­че­ски при­тя­ги­ва­ло взгляд. Но вдруг кар­тин­ка дрог­ну­ла, и в ней по­я­ви­лась еще од­на — длин­ная тень муж­чи­ны, а вско­ре из уголь­ной мглы по­ка­зал­ся и он сам. Ева Ада­мов­на за­мер­ла. Это был Але­к­сей.

сидевшая у окна лера вдруг вскрикнула, соскочила с места и попятилась к стене


— Че­го ты хо­чешь? — ти­хо спро­си­ла она.
Муж гру­ст­но улыб­нул­ся и сно­ва про­тя­нул к ней ру­ки. Плав­но, как во сне. Без­звуч­но про­шеп­тал: “Иди ко мне...” и сде­лал шаг на­встре­чу. Ева Ада­мов­на по­чув­ст­во­ва­ла, как тош­но­та под­сту­па­ет к гор­лу, а в гла­зах на­чи­на­ют мель­кать зе­ле­ные огонь­ки — пер­вые пред­вест­ни­ки об­мо­ро­ка.  
— Как тро­га­тель­но! — раз­ре­зал вдруг ти­ши­ну звон­кий жен­ский го­лос, и в круг све­та во­шла хруп­ка фи­гур­ка Маи. 
Дву­мя ру­ка­ми она дер­жа­ла пи­с­то­лет, ко­то­рый на­пра­в­ля­ла на при­зрак. Улыб­ка мед­лен­но сполз­ла с его ли­ца.
— Ах, зна­чит, вы ме­ня то­же ви­ди­те? — на­смеш­ли­во спро­си­ла Маи и ско­ман­до­ва­ла. — Ру­ки! Ру­ки, я ска­за­ла!
Приз­рак не­уве­рен­но под­нял обе ру­ки вверх. 
— А те­перь гром­ко и яс­но — кто вы?
За­да­вая этот во­п­рос, Маи во­все не на­де­я­лась на прав­ди­вый от­вет. Она не бы­ла на­ив­ной и зна­ла, как лег­ко сов­рать в по­доб­ной си­ту­а­ции. В пер­вую оче­редь де­вуш­ка рас­счи­ты­ва­ла на свой дар, по­э­то­му по­ста­ра­лась со­сре­до­то­чить­ся и при­слу­шать­ся. Но ни­че­го не про­изош­ло. Приз­рак мол­чал. Ли­бо он ухи­т­рял­ся со­в­сем не ду­мать, ли­бо что-то слу­чи­лось с ее спо­соб­но­стя­ми.
— Кто вы та­кой и кто вас на­нял? — по­вто­ри­ла она во­п­рос. — Счи­таю до трех и стре­ляю. — Раз! Два!
— Три! — вдруг крик­нул он, и в Маи по­ле­те­ло что-то боль­шое, сби­ло ее с ног и по­ка­ти­лось в угол. Муж­чи­на тем вре­ме­нем вы­прыг­нул из све­та и скрыл­ся в тем­но­те дво­ра.
— Вы жи­вы, де­точ­ка? — ки­ну­лась к ней Ева Ада­мов­на. 
— Что это бы­ло? — спро­си­ла Маи, под­ни­ма­ясь на но­ги. 
— Кор­зи­на. В ней на­ша двор­ни­чи­ха дер­жит свои тряп­ки. Но по­че­му же вы не стре­ля­ли?!
Де­вуш­ка на­жа­ла на ку­рок, пи­с­то­лет щелк­нул, и из его ду­ла вы­рвал­ся яр­кий язы­чок пла­ме­ни.
— За­жи­гал­ка? — ра­з­о­ча­ро­ван­но про­тя­ну­ла Ева Ада­мов­на. 
— За­то те­перь мы точ­но зна­ем, что это не при­зрак.

* * *
На­у­т­ро Маи на­де­ла де­ло­вой ко­с­тюм, стро­гие оч­ки, глад­ко за­че­са­ла уп­ря­мые во­ло­сы и от­пра­ви­лась в офис му­жа Евы Ада­мов­ны. Се­к­ре­тар­ши в при­ем­ной не ока­за­лось, и де­вуш­ка ре­ши­тель­но во­шла в ка­би­нет с таб­лич­кой “Сте­па­нов Гри­го­рий Ро­ма­но­вич, ви­це-пре­зи­дент”.  
— В чем де­ло? — при­встал из-за сто­ла боль­шой рых­лый муж­чи­на лет пя­ти­де­ся­ти.
— В том, что мне из­вест­ны ва­ши ма­хи­на­ции! — схо­ду со­об­щи­ла она то­ном, ка­ким обыч­но го­во­рят на­ло­го­вые ин­спе­к­то­ры в кри­ми­наль­ных се­ри­а­лах.   
— Вы кто? — опе­шил Гри­го­рий Ро­ма­но­вич.
— Вы зна­е­те, кто я, и мне нуж­на прав­да! 
Муж­чи­на по­тя­нул­ся к те­ле­фо­ну, но Маи пе­ре­хва­ти­ла его ру­ку и тут же ус­лы­ша­ла: “Ес­ли они на­шли сче­та Лы­ко­ва, мне ко­нец!” 
— Мы на­шли сче­та Лы­ко­ва, — бес­при­стра­ст­но со­об­щи­ла она.
Сте­па­нов по­бе­лел, по­крыл­ся круп­ной ис­па­ри­ной и по­ду­мал: “Ефим­цев сдал, сво­лочь!” 
— Ефим­цев нам все уже рас­ска­зал, — пре­ду­пре­ди­ла Маи и, на­кло­нив­шись близ­ко-близ­ко, ти­хо спро­си­ла: — За­чем вам по­на­до­би­лась смерть Евы Ада­мов­ны?
— Евы Бру­но­вой? — уди­вил­ся он, а в голове пронеслось: “Бред ка­кой-то!” 
— А как на­счет двой­ни­ка Але­к­сея Бру­но­ва? — на­у­гад спро­си­ла Маи, хо­тя уже бы­ла уве­ре­на в не­ви­нов­но­сти вице-президента. Но Гри­го­рий Ро­ма­но­вич ус­та­ло вздох­нул, и пле­чи его опа­ли.
— Это бы­ла идея Ефим­це­ва. Але­к­сей не хо­тел ид­ти на пе­ре­го­во­ры с не­ко­то­ры­ми кли­ен­та­ми. А Ефим­цев в ко­ман­ди­ров­ке в про­вин­ции встре­тил че­ло­ве­ка как две ка­п­ли по­хо­же­го на не­го. Вот мы и ре­ши­ли ис­поль­зо­вать эту ко­пию. Но не зло­упо­т­реб­ля­ли, так, по ме­ло­чам. А по­с­ле смер­ти Але­к­сея я не ви­дел его, кля­нусь!  

* * *
“Все яс­но! — ду­ма­ла Маи, ша­гая к до­му Евы Ада­мов­ны. — Зна­чит, что­бы слы­шать мыс­ли, ну­жен не толь­ко стресс, но и хо­тя бы од­но при­кос­но­ве­ние к че­ло­ве­ку. Я взя­ла Сте­па­но­ва за ру­ку, и все по­лу­чи­лось. То же са­мое бы­ло с ин­ст­ру­к­то­ром в по­ле­те, и с Евой, ко­то­рая на ме­ня на­ле­те­ла. А вот с при­зра­ком нет...”
— Маи при­шла! — крик­ну­ла в глу­би­ну квар­ти­ры Ева Ада­мов­на, от­крыв вход­ную дверь. — Про­хо­ди­те, де­точ­ка, я о вас уже всем рас­ска­за­ла. — И на­гнув­шись, до­ве­ри­тель­но шеп­ну­ла: — О при­зра­ке мужа я по­ка ни сло­ва, ма­ло ли — еще упе­кут в пси­хуш­ку...
В про­сто­рной, до­ро­го об­ста­в­лен­ной гос­ти­ной си­де­ло чет­ве­ро — двое муж­чин и две жен­щи­ны. 
— Зна­комь­тесь, Маи, это Иван — свод­ный брат Але­к­сея, — тор­же­ст­вен­но за­го­во­ри­ла Ева Ада­мов­на, ука­зы­вая на гос­тей. — Ми­ха­ил — сын Ива­на. А это Ли­зонь­ка — моя се­ст­ра. 
“Млад­шая”, — мыс­лен­но от­ме­ти­ла Маи, по­ра­зив­шись их не­по­хо­же­сти. Ря­дом с эф­фект­ной Евой Ли­за вы­гля­де­ла блед­ной мо­лью. 
— А это Ле­ра — дочь Ли­зонь­ки и моя лю­би­мая пле­мян­ни­ца, — гор­до за­вер­ши­ла свое пред­ста­в­ле­ние хо­зяй­ка. 
В от­ли­чие от не­вы­ра­зи­тель­ной ма­те­ри де­вуш­ка бы­ла рос­лой, стат­ной и ско­рее по­хо­ди­ла на те­тю.  
— Го­во­рят, вы уме­е­те чи­тать мыс­ли? — на­смеш­ли­во по­ин­те­ре­со­вал­ся Ми­ха­ил. 
— Умею, — ска­за­ла Маи. — Дай­те мне ва­шу ру­ку. 
Муж­чи­на хи­хик­нул, по­дав пра­вую, ла­до­нью вверх. Де­вуш­ка на­кры­ла ее сво­ей и, гля­дя ему пря­мо в гла­за, же­ст­ко спро­си­ла: 
— Это вы на­ня­ли двой­ни­ка дя­ди, что­бы све­сти в мо­ги­лу тет­ку?
— Что за чушь?! — не­мед­лен­но воз­му­тил­ся Ми­ха­ил и по­ду­мал: “Су­мас­шед­шая де­ви­ца! И где ее толь­ко Ева от­ко­па­ла...” 
— Сво­бод­ны! — ве­се­ло ска­за­ла Маи, за­тем по­до­шла к се­до­вла­со­му пле­чи­сто­му Ива­ну и мол­ча про­тя­ну­ла ему ру­ку. 
Но в этот мо­мент си­дев­шая у боль­шо­го ок­на Ле­ра вскрик­ну­ла, по­блед­не­ла и, со­ско­чив с ме­с­та, по­пя­ти­лась к сте­не. 
— Что с то­бой, де­точ­ка? — ис­пу­га­лась Ева Ада­мов­на.
— Там... Там... — ука­за­ла она дро­жа­щей ру­кой на ули­цу. — Там дя­дя Але­ша... Сто­ит по­сре­ди дво­ра.
При­сут­ст­ву­ю­щие мет­ну­лись к ок­ну, но ни­ко­го не уви­де­ли. И вдруг ста­ло пло­хо Ли­зе. Все тут же за­су­е­ти­лись, за­бе­га­ли. В ком­на­те за­пах­ло на­ша­ты­рем и ва­лерь­ян­кой. Иван схва­тил­ся за серд­це, Ева Ада­мов­на от­кры­ла ок­на на­стежь, Ми­ха­ил при­нял­ся брыз­гать на род­ст­вен­ни­ков хо­лод­ной во­дой. Ко­г­да все не­мно­го ус­по­ко­и­лись, Маи со­сла­лась на не­от­лож­ные де­ла, по­про­си­ла у всех но­ме­ра те­ле­фо­нов (вдруг что-то по­на­до­бит­ся) и по­ки­ну­ла квар­ти­ру.

* * *


Де­вуш­ка при­шла до­мой и пер­вым де­лом за­ва­ри­ла се­бе креп­ко­го зе­ле­но­го чая. За­тем вклю­чи­ла лю­би­мый со­ул, при­выч­но се­ла на пол, взя­ла в ру­ки нож­ни­цы, бу­ма­гу и уме­лы­ми дви­же­ни­я­ми вы­ре­за­ла че­ло­ве­че­скую фи­гур­ку. Это за­ня­тие все­гда по­мо­га­ло ей со­сре­до­то­чить­ся. Рань­ше Маи та­ким об­ра­зом ре­ша­ла про­б­ле­мы на ра­бо­те. Вы­к­ла­ды­ва­ла пе­ред со­бой фи­гур­ки кол­лег и на­чи­на­ла рас­ста­в­лять их в раз­ной по­с­ле­до­ва­тель­но­сти, мо­де­ли­руя груп­пы и си­ту­а­ции. Мог­ла про­си­деть так всю ночь в мяг­ких лу­чах “чо­чин” — фо­на­ри­ка, сде­лан­но­го соб­ст­вен­ны­ми ру­ка­ми. Во­об­ще, Маи обо­жа­ла свой дом, ко­то­рый пре­вра­ти­ла в ма­лень­кую Япо­нию с цве­ту­щи­ми лу­жай­ка­ми, са­дом кам­ней и бам­бу­ко­вы­ми из­го­ро­дя­ми. Здесь она чув­ст­во­ва­ла не­обык­но­вен­ное спо­кой­ст­вие. Ве­че­ра­ми ри­со­ва­ла кар­ти­ны в сти­ле су­ми-ё, за­ни­ма­лась йо­гой сэй­тай или чи­та­ла Ба­сё. Ей бы­ло лег­ко и уют­но на­еди­не со сво­им до­мом и бе­лой, как цве­ту­щая са­ку­ра, кош­кой Юки, ко­то­рая обо­жа­ла хо­зяй­ку и все­гда но­ро­ви­ла за­брать­ся ей на пле­чо. 
— Итак, — Маи раз­ло­жи­ла пе­ред со­бой че­ты­ре пло­ские фи­гур­ки. — Как ты ду­ма­ешь, дей­ст­ви­тель­но ли Ле­ра уви­де­ла при­зрак? 
Кош­ка по­тер­лась о хо­зяй­скую ру­ку и мур­лык­ну­ла.
— И прав­да ли Ли­зе ста­ло пло­хо, а у Ива­на за­бо­ле­ло серд­це? Так ли не­ви­нен Ми­ха­ил, как ка­жет­ся? Кто из них врал? Уж как-то во­вре­мя на­ча­лась па­ни­ка... Да­вай рас­су­ж­дать ло­ги­че­ски.
Юки на мяг­ких ла­пах обош­ла раз­ло­жен­ные фи­гур­ки, се­ла на­про­тив и, слов­но при­го­то­вив­шись к серь­ез­ной бе­се­де, вни­ма­тель­но ус­та­ви­лась на хо­зяй­ку. Че­рез два ча­са за­да­ча бы­ла ре­ше­на. Маи зна­ла имя за­каз­чи­ка. По крайней мере, ни­кто дру­гой не имел столь ве­с­ких при­чин для убий­ст­ва Евы Ада­мов­ны. На­у­т­ро она до­с­та­ла свой блок­нот с кон­та­к­та­ми вче­раш­них зна­ко­мых, на­бра­ла на мо­биль­ном но­мер и очень серь­ез­но про­из­нес­ла: 
— Мне нуж­но сроч­но с ва­ми по­го­во­рить.
За­тем по­зво­ни­ла Еве Ада­мов­не, со­об­щи­ла, что вы­шла на след и по­про­си­ла ее два ча­са не под­хо­дить к те­ле­фо­ну. 
* * *
Они встре­ти­лись в ста­ром пар­ке на за­сне­жен­ной ал­лее, и Маи схо­ду спро­си­ла:
— Вы дав­но го­во­ри­ли с се­ст­рой?
— Вче­ра ве­че­ром, — от­ве­ти­ла Ли­за. — А что слу­чи­лось? 
— У Евы Ада­мов­ны про­изо­шел сер­деч­ный при­ступ. Она умер­ла.
— Что? Ко­г­да?! — по­блед­не­ла жен­щи­на. 
Это бы­ла чи­с­тей­шей во­ды аван­тю­ра, но Маи ре­ши­ла ид­ти до кон­ца.
— Се­год­ня ут­ром, — ска­за­ла она и мяг­ко взя­ла Ли­зу за ру­ку.
“Гос­по­ди, что я на­де­ла­ла! — в от­ча­я­нии по­ду­ма­ла та. — Нуж­но бы­ло все ос­та­но­вить! Ес­ли бы не Ле­ра...”
— Зна­чит, это дочь вас на­до­уми­ла? — спро­си­ла Маи.
— Что? — вздрог­ну­ла Ли­за, бес­силь­но опу­с­ти­лась на сто­я­щую ря­дом ска­мей­ку и по­ду­ма­ла: “Она действительно чи­та­ет мыс­ли. Впро­чем, те­перь все рав­но. Евы боль­ше нет, и уби­ла ее я...” 
— Но за­чем? — спро­си­ла Маи. — И как вы на­шли двой­ни­ка Але­к­сея?  
Жен­щи­на пе­чаль­но по­смо­т­ре­ла на нее и по­ка­ча­ла го­ло­вой:
— Это бы­ло не­слож­но. Ле­ша сам рас­ска­зал мне о нем. Он дав­но по­до­з­ре­вал что-то не­чи­с­тое и да­же на­шел квар­ти­ру, в ко­то­рой по­се­лил­ся двой­ник. Хо­тел ра­зо­брать­ся во всем, но не ус­пел. Ко­г­да он умер, я ра­зы­ска­ла это­го че­ло­ве­ка...
— И? За­чем вам по­на­до­би­лась смерть се­ст­ры?
Ли­за при­кры­ла гла­за. Из-под ее бес­цвет­ных рес­ниц вы­ка­ти­лись сле­зин­ки. 

у них была такая странная любовь: ”с тобой мне плохо, а без тебя — смерть...

— Я лю­би­ла Ле­шу. И сей­час люб­лю. Это я долж­на бы­ла стать его же­ной. Мы встре­ча­лись пол­го­да, по­ка Ева не вер­ну­лась с га­ст­ро­лей. Ак­т­ри­са... Она по­я­ви­лась, как ко­ро­ле­ва, — в яр­ком пла­тье, с не­ве­ро­ят­ной при­че­с­кой... Ева все­гда бы­ла кра­си­вее ме­ня. Да­же сей­час, в пять­де­сят пять... А я ведь млад­шее ее на во­семь лет. В об­щем, Ева уве­ла у ме­ня Ле­шу. Я и гла­зом не ус­пе­ла морг­нуть, как они по­же­ни­лись. Но он не был сча­ст­лив, нет... Ко­г­да ему хо­те­лось ти­ши­ны и ую­та, при­хо­дил ко мне. Зна­е­те, у них бы­ла та­кая стран­ная лю­бовь: “С то­бой мне пло­хо, а без те­бя смерть...” Ева, она ведь ка­приз­ная, из­ба­ло­ван­ная. При­вы­к­ла к по­чи­та­нию. Из­во­ди­ла его сво­и­ми ар­ти­сти­че­ски­ми ис­те­ри­ка­ми. Вот он и шел ко мне на ре­а­би­ли­та­цию... 
Ли­за улыб­ну­лась од­ни­ми гу­ба­ми, вздох­ну­ла и ти­хо ска­за­ла:
— Ле­роч­ка от не­го... Но Ле­ша взял с ме­ня сло­во, что я ни­ко­гда не рас­ска­жу об этом Еве. И я по­кля­лась. Я не мог­ла на­ру­шить обе­ща­ние.
— По­э­то­му ре­ши­ли убить ее?
— А как ина­че? Ле­ра — его един­ст­вен­ная дочь, его на­след­ни­ца долж­на про­зя­бать в ни­ще­те? У нас не бы­ло дру­го­го вы­хо­да! 
Она умол­к­ла и ста­ла нер­в­но рас­ти­рать ви­с­ки сво­и­ми тон­ки­ми блед­ны­ми паль­ца­ми. За­тем ос­та­но­ви­лась, под­ня­ла на Маи по­крас­нев­шие гла­за:
— Но как вы уз­на­ли, что это я? Ведь эта встре­ча не слу­чай­на?
Маи кив­ну­ла.
— Про­стой рас­чет. Иван — свод­ный брат. У не­го, как и у его сы­на, го­раз­до мень­ше прав на на­след­ст­во, чем у вас. Но глав­ное — Ле­ра. Сна­ча­ла я ду­ма­ла, что она по­хо­жа на Еву Ада­мов­ну, а по­том по­ня­ла, чьи это чер­ты. У нее гу­бы и гла­за Бру­но­ва. 
Ли­за по­ка­ча­ла го­ло­вой и за­шеп­та­ла:
— Гос­по­ди, про­сти ме­ня! И ты про­сти ме­ня, Ева... Ес­ли бы все мож­но бы­ло вер­нуть на­зад... Толь­ко бы ты бы­ла жи­ва...
— Она жи­ва. Жи­ва и здо­ро­ва, — хо­лод­но со­об­щи­ла Маи.
И тут про­изош­ло не­что. Ли­за вдруг ожи­ла, в ее взгля­де блес­ну­ло что-то прон­зи­тель­ное, не­обык­но­вен­но свет­лое. То, че­му Маи по­том еще дол­го бу­дет ис­кать под­хо­дя­щее оп­ре­де­ле­ние, но так и не най­дет.
— Это прав­да? Прав­да? Она жи­ва? Спа­си­бо! Спа­си­бо, Гос­по­ди... — про­шеп­та­ла жен­щи­на и за­сме­я­лась сквозь сле­зы.
* * *
Ева Ада­мов­на так ни­че­го и не уз­на­ла. Труд­но ска­зать, ко­го из се­с­тер боль­ше по­жа­ле­ла Маи. На сле­ду­ю­щий день они си­де­ли в ка­фе и мол­ча смо­т­ре­ли на сну­ю­щих по тро­ту­а­ру про­хо­жих.
— Жаль, что эта стран­ная ис­то­рия так и ос­та­лась за­гад­кой, — вздох­ну­ла жен­щи­на. — А вы зна­е­те, я при­гла­си­ла Ли­зонь­ку с Ле­рой к се­бе жить. Хва­тит им ютить­ся в ком­му­нал­ке... 
В этот мо­мент ми­мо ка­фе стре­ми­тель­но про­нес­лась пе­ст­рая жен­ская фи­гу­ра. За­тем она вер­ну­лась, и за­мер­ла в раз­ду­мье: за­хо­дить ли? 
— Взгля­ни­те в ок­но, — ожи­ви­лась Ева Ада­мов­на. — Ви­ди­те де­вуш­ку? У нас с ней про­изош­ло лю­бо­пыт­ное зна­ком­ст­во. Хо­ти­те, рас­ска­жу?  
Но в это мгновение де­ви­ца са­ма за­ме­ти­ла их и вбе­жа­ла в ка­фе. 
— Ева Ада­мов­на?! — вос­клик­ну­ла она. — Как хо­ро­шо, что вы здесь... 
— Что слу­чи­лось? По­че­му вы так кри­чи­те? — по­мор­щи­лась та.
— Толь­ко что... — де­ви­ца ог­ля­ну­лась по сто­ро­нам и по­ни­зи­ла го­лос: — Толь­ко что я стала свидетелем убий­ст­ва...
Поделись с подружками :