Только Лион, и никаких компромиссов

Поделись с подружками :
Едва выбравшись из ребристых лабиринтов футуристического аэровокзала, что носит имя автора сказки о Маленьком принце, упираюсь взглядом в лаконичный слоган ONLYLYON.
Эту красно-черную дорожку слов на вывеске регионального офиса по туризму завершает силуэт уверенно шагающего льва. Я принимаю на веру бескомпромиссное приветствие и ступаю на землю французской области Рона-Альпы. Лион — ее столица, а еще — центр департамента Рона. И похоже, городу с царским названием достоинства не занимать.

У меня три дня на поиск ответа, в чем истоки львиной уверенности и безупречного стиля. Точнее, на сбор аргументов для наших туристов в пользу города на середине пути из столичного Парижа в приморский Марсель. Вместе с этими грандами он составляет триаду самых важных городов Франции. Однако для большинства украинцев Лион — лишь транзитный пункт в турах на лыжные курорты, и с этим я априори не согласна. Повторяя про себя двухцветную формулу на английском “Только Лион”, я извлекаю из памяти фразу из учебника французского: “История Лиона восходит к эпохе древнеримской Галлии”. Может, в ней основа веры лионцев в то, что их город не просто один из трех, а самый-самый?

старый город впечатляет на закате. особенно если начать прогулку от ратуши или лионской оперы

С борта самолета — в машину времени
Городом я залюбовалась, еще когда “эрбас” заходил на посадку. Он раскроен на три части причудливо изогнутыми блестящими нитями полноводной Роны и ее младшей сестры Соны и выглядит внушительно. Сверяясь с картой в путеводителе, ориентируюсь на местности.
Туристу на заметку
Добираться
Самолетом. Из Киева в Лион ежедневные рейсы с удобными стыковками в Париже (Air France) и в Милане или Риме (Alitalia). Они прибывают в аэропорт Лион-Сент-Экзюпери, откуда в центр города (к вокзалу Пар-Дье) 45 минут автобусом (2–3 рейса в час).
Поездом. Лион удобно связан с европейскими столицами и крупными городами скоростными поездами, которые приходят на один из его вокзалов — Пар-Дье или Перраш.
Скоростным экспрессом до:
Марселя — 1 ч. 35 мин. (15 рейсов в день);
Женевы — 1 ч. 50 мин.;
Парижа — 1 ч. 55 мин. (23 рейса ежедневно);
Брюсселя — 3 ч. 50 мин.;
Ниццы — 4 ч. 15 мин.;
Лондона — 5 ч. 30 мин.;
Милана — 5 ч. 45 мин.

Смотреть
Знакомиться с городом лучше всего на автобусе Grand Tour. Билет позволяет в течение дня сесть или выйти на любой остановке. С дисконтной картой Lyon City Card тур обойдется дешевле (13 евро вместо 17-ти).
Собираясь в путешествие, загляните на www.lyonlegrandtour.com, www.rhone.fr — эти сайты помогут спланировать маршруты.
Узкое междуречье Прескиль (как величают полуостров французы) — колыбель знаменитого лионского шелкоткачества. За ним район Круа-Русс, а там, в петле Соны, на ее правом берегу, Старый Лион. Прямо под нами в лучах предвечернего солнца отчетливо видна аккуратная сетка улиц на левом берегу Роны... “Умели же древние выбирать места!” — хватаюсь я за ниточку из прошлого. Она будет вести меня через лабиринты лионской истории! Три дня — не так уж много для исторических “штудий”. Придется выбрать транспорт: белоснежный прогулочный теплоход, модный в этом сезоне велосипед, элегантный лионский трамвай или “машину времени” — двухъярусный автобус с надписью Grand Tour на боку. Выбираю верхнюю палубу “машины времени”. Мы трогаемся, и я, надев наушники, плыву по волнам истории под картавый говорок электронного гида.
...Давным-давно в Лион вели древнеримские дороги, знаменитые своей прямизной, сходясь здесь с витиеватым путем с Востока — легендарным Шелковым. Массы людей двигались по ним в надежде заключить удачную сделку, сбыть товар, найти работу или предложить услуги новым клиентам. Кто-то из вновь прибывших оседал тут — на время или навсегда, с собственным языком, укладом, привычками. Город рос, и в нем плавились обычаи и культуры, чтобы спустя столетия стать мегаполисом под названием Большой Лион...
Роль стольного града Лиону была уготована с рождения. Тогда, в середине I века до н. э., воинственные галлы, хозяева здешних земель, вышли на арену истории. Их встреча с Юлием Цезарем, величайшим полководцем и администратором древнего мира, стала судьбоносной. Галлы удостоились высокой чести называться “союзниками римского народа”. Как и Риму, им нужно было противостоять тевтонам, грозившим с севера, и военное дело сплотило столь разные силы, правда, не без помощи виноделия.
Наемным ратникам для ведения непрестанных войн нужно было платить. Вино, культуру которого римляне несли с собой на новые земли, и стало валютой. Веселящий сок благородных лоз привозили из Рима, и торговый путь по долине Роны из центра заальпийской Галлии — римского Нарбоненсиса — шел на север... Я делаю одно из своих важных открытий в Лионе: Божоле, виноградарская область в часе езды отсюда, нынче известная всему миру праздником молодого вина, возникла задолго до появления самого Лиона на карте мира.
Окончив войну, Цезарь подчинил себе все 60 галльских племен и обложил данью. Однако организовал их, наделил привилегиями и произвел местных аристократов в магистраты, даровав гражданство. Цезаря сменил не менее мудрый Август. С ним Галлия вошла в период мирного процветания, а его дальновидный соратник Агриппа основал на месте галльских поселений города, прорубил сквозь леса и горы дороги, навел переправы. Сердцем агрипповой сети дорог стал город-форт Лугдунум, вторая после Нарбонны столица Галлии, а вскоре и второй после Рима крупнейший виноторговый порт в мире. Так началась история современного Лиона, зафиксированная Цезарем в его “Записках о Галльской войне”.
О тех славных днях сегодня напоминают два римских театра на холме Фурвьер, где у нас первая остановка.
Больший из них — ровесник города и старейший форум Франции — построили за 43 года до Рождества Христова. На сцене меньшего, Одеона, ставили пьесы древнеримских авторов. Кроме них в Большом Лионе есть и внушительные остатки квартала галльских ремесленников. Они — часть Музея галло-романской культуры, что постоянно пополняется новыми находками.
Подъехав к древнему Лугдунуму, мы осматриваемся. Кто в блокноте, кто в памяти, кто на видеокарте надеется унести почти физическое ощущение масштабности места. Гид тем временем вещает: “Мегазал под открытым небом оживает в дни летнего фестиваля “Ночи Фурвьер”. Это уже стало традицией: сцену, на которой играли 2000 лет назад, каждое лето заполняют актеры и певцы из десятков стран мира...” Пока я размышляю о том, как хорошо было бы вернуться сюда ради летних ночных представлений и лазерных шоу лионских мастеров-светотехников, нас приглашают продолжить тур, интригуя рассказом о трех старинных символах Лиона — кухне, вине и шелке.

Совсем не старый Старый Лион
Древнеримский этап истории Лиона поднял нас по склонам над Соной, чтобы взглянуть на более поздний образ города под комментарий из наушников: “В конце XIX века на холме Фурвьер возвели затейливую базилику в эклектичном стиле. Теперь здесь одна из лучших смотровых площадок...” Открывшаяся панорама и вправду захватывает дух. Огромный город кротко лежит у наших ног в предвечерней дымке, подсвеченный фарами авто и неоном реклам. Но следующий поворот истории уже спускает нас к основанию холма. Там неспешно течет жизнь в кварталах Старого Лиона.
За время серфа по волнам истории план города уже густо исчерчен мной — стрелки, заметки, даты. Оставив смакование фактов до ужина, мы выходим из автобуса на берегу Соны. По обеим сторонам реки — подлинная застройка XV–XVI веков. Мы осматриваемся, восторгаемся, но сколько ни корми соловья баснями, пусть историческими, ужинать придется. Тем более что еда в Лионе — особая тема, не менее значительная, чем великое прошлое города.

В раздумьях, где бы подкрепиться, мы ныряем в узкий просвет улицы-пенала, успевая заметить на фасаде углового дома настенную роспись. Это еще одна фактурная деталь в портрете Лиона — сцены из жизни ее великих жителей. Таких имен немало, и даже если записать лишь те, что на слуху, выйдет почтительной длины список. Средневековый мудрец-книжник Фома Аквинский. Знакомый по урокам физики Ампер. Изобретательный Жаккард, чьи станки произвели революцию в шелкоткачестве и буквально озолотили город. Создатели кино братья Люмьер украсили историю Лиона в начале XX века. Теперь Музей кино — один из самых популярных в туристическом перечне города.
Я же обвожу в путеводителе имя “Поль Бокюз”, написанное под фотографией господина в высоком поварском колпаке. Он строго прижимает указательный палец к губам: “Тсс! Мы на кухне!” Оказывается, гуру кулинаров всего мира — из династии лионских поваров. Он ведет здесь знаменитую кулинарную школу и готовит в четырех престижных ресторанах, снискавших городу славу “мекки мировой гастрономии”...
Следуя в сиреневых сумерках по последнему на сегодня участку маршрута, выходим на просторную площадь с платанами вокруг. В центре — конная статуя со знакомым профилем. “Людовик XIV” — подсказка на основании монумента.
“Белькур — символ Лиона нового времени”, — поясняет сменившая нашего электронного гида симпатичная дама из Лионского офиса по туризму. Отщелкав затворами камер, мы снова втягиваемся в каменные проемы улиц ради новых открытий и заслуженного ужина.

По трабулам в день сегодняшний
Пока не поснуешь за опытным проводником будто нитка за иглой по узким мощеным улицам Старого Лиона с гранитными желобами-водостоками, дух города не поймаешь. И пусть без карты на 24 гектарах заповедной территории, объявленной в 1998 году Всемирным наследием ЮНЕСКО, легко заблудиться, мы пускаемся играть в прятки с иным временем. Приятное приключение!
Расцвеченные вывесками галерей и кафе, улицы тут в почтенном возрасте, но вовсе не мрачные. Раз
Туристу на заметку
Калькулятор в Лионе
1,2 евро — билет на фуникулер к базилике и обратно.
1,5 евро — карточка аренды велосипеда.
70 евро — суп из трюфелей в ресторане Поля Бокюза Auberge du Pont de Collonges (рецепт создан для Жискара д’Эстена в 1975 году).

Что и где поесть
Пирожные макарон/macaron — размером с монетку — в ресторане Пиньоль (PIGNOL), ул. Эмиля Золя.
Лионские колбасы/sausissons lyonnais в ресторанах Старого города, ул. Мерсьер.
Сыры, особенно реблошон/ reblochon, в старинной лавке деликатесов Жироде (Giraudet).
ноликие люди со всего мира заполнили десятки кафе в первых этажах домов и на крошечных площадях у пересечения улиц. Мы скоро последуем их примеру, но вот флажок гида мелькает у малозаметной на розоватом фасаде двери. Открыв ее, оказываемся в знаменитых лионских переходах-трабулах, где коридор расширяется до двора-колодца в несколько этажей. Сразу за ним вверх уходит каменная улитка винтовой лестницы. Я слушаю комментарий гида: “Пассажи-трабулы — свидетели расцвета в городе шелкоткацкого производства в XV–XVI веках, когда в Лионе наряду с производством и сбытом дорогого текстиля процветали книгоиздание и банковское дело. Несколько раз в году сюда съезжались множество продавцов и покупателей: лионским международным ярмаркам покровительствовал сам король”.
Примерившись, каково было в узких улицах разминуться господским каретам и хозяйским повозкам, я возвращаюсь “в реал” — отмечаю на карте города Музей книгопечатания. Он в одном из этих зданий с узкими длинными окнами, что, как и раньше, назывется “Отель Корона”. Говорят, среди экспонатов одного из крупнейших в Европе музеев печатного дела — редчайшие экземпляры первых книг, Библия Гуттенберга, изощренные творения современных дизайнеров.
Дав себе слово заглянуть сюда в свой следующий визит, прохожу мимо поющей под гитару компании у кафе Fleming. В углу старинной площади мои спутники стоят перед искривленной временем дверью с резным каменным наличником. А я раздумываю, сколько ног протопало за шесть столетий по этим пассажам, потом по старинному коридору за пару минут перехожу на новую улицу. Иной стиль, иной декор, иное настроение... Незаметно трабулы выводят к набережной Соны. Здесь граница квартала, чья история — часть истории города. Следуя за ней, за полтора часа мы успели окунуться в прошлое целой Европы. Что это — магия времени или магия Лиона? В памяти остается ряд образов: медная табличка на фасаде здания с именем постоялого двора, а теперь — популярного отеля Cour des Loges, витрины модных бутиков в старинных проемах, простецкие вывески лионских трактиров-бушонов. Нам в один из них!

лион вдоль соны — романтичный и камерный: вереницы мостов, набережные, вековые платаны

Лионские бушоны
Когда-то над входом в трактиры помещали пучок сена, по-французски “бушон”. Сегодня бушоны и прочие питейные заведения образуют целые улицы, которые стали визиткой города. В улочке рядом с нарядной мэрией аппетитный дух пленил нас, и мы сдались ему без боя. Любезная хозяйка крошечного зала в пять-шесть столиков мадам Арлетт Югон принесла меню, написанное от руки, и через четверть часа чувство дома и покоя растворили нашу усталость. Однако самый красочный рассказ о том, чем нас ублажали, был бы сухим слепком кулинарного блаженства. Теплое нутро харчевни, где потакание гостям — дело семейное, а меню и поставщиков сырья отбирают годами, спустило нас с высот истории на бренную землю. Куда делась прежняя суетность в стремлении все охватить, увидеть, попробовать...
Я вспомнила, как один из знатоков Франции перед поездкой напутствовал меня: “В бушоне не манерничают за едой и не производят впечатление. Там отдыхают от забот, общаясь за столом. Что ни закажешь, будет добротно, сытно и просто”. И, пренебрегая тонкостями перевода, мы выбрали из нехитрого меню по разделительному принципу — рыба или мясо, а в гарнирах положились на хозяйку: картошка, овощи, запеченная груша. Когда принесли сковородки с кружочками овощей под зажаристой пенкой из соуса, мы ахнули от размеров порции: “Одолеть это под силу лишь изголодавшимся дровосекам или лионским ткачам-кану”... Кисло-сладкий кир — смесь вина и ягодного сиропа — примирил с обильной трапезой.
Остаток вечера под неспешные разговоры и напевы уличных артистов был счастливо-беззаботным, а путь в отель мимо расцвеченных огнями особняков — недолгим и приятным...
Такой он, Лион, вблизи — величавый и ироничный, но без сарказма, уютно-домашний, но без панибратства. Такой, каким подобает быть городу моды, высокой гастрономии и искусства обустраивать пространство, чтобы жить в удовольствие.
Добавлю по секрету: совсем недалеко от Лиона, среди виноградников Божоле, — целый ряд старинных поместий-замков, курортов у зеркальных озер, а вдали — величавые Альпы. Все это легко складывается в захватывающую дух дорожную историю. Правда, уже под другим названием — не “Только Лион”, а “Рона-Альпы”. Однако начинается это путешествие все-таки из Лиона.

Благодарим за помощь в подготовке материала Дом Франции, Офисы по туризму региона Рона-Альпы и Лиона, а также туркомпании BVS (Лион) и ЛОТТУР (Харьков).

Поделись с подружками :