Франция — Шамони

Поделись с подружками :
Кто знает, с чего вдруг мы отправляемся в те или иные места? В одних уже побывали друзья. Выбор других диктует мода на страны: теперь принято путешествовать за тридевять земель — и зимой, и летом, с лыжами в багаже или с пляжными сарафанами и купальными костюмами в чемодане...
А вот сегодняшний маршрут — хрестоматийно-книжный, хотя строчки из учебника географии о тех краях, казалось, давно забылись, как и старинные путевые заметки, прочитанные когда-то накануне экзамена по литературе XVIII века. Да только место, куда привела нас дорога, заслуживает десятка эпитетов “самое-самое”. Это городок Шамони у подножия Монблана...

О пользе школьных уроков 
О том, что Монб­лан — са­мая глав­ная вер­ши­на Ев­ро­пы, боль­шин­ст­во из нас уз­на­ют еще в шко­ле. На уро­ках гео­гра­фии идет речь о том, что на­зва­ние это пе­ре­во­дит­ся как Бе­лая Го­ра и что на кар­те ее сле­ду­ет ис­кать во Фран­ции, точ­нее, в Аль­пах. Вы­со­та го­ры 4810 ме­т­ров. Это бу­дит во­о­б­ра­же­ние ре­бят­ни: во сколь­ко эта­жей мог быть вы­со­чен­ный ка­мен­ный ко­нус, по­кры­тый сне­гом и за­тя­ну­тый об­ла­ка­ми? ...Зво­нок на пе­ре­ме­ну воз­вра­ща­ет из вер­ти­каль­ных фан­та­зий на рав­ни­ну, и го­ра со звуч­ным име­нем ос­та­ет­ся в па­мя­ти аб­ст­ракт­но-да­ле­кой.

Воз­мож­но, позже к об­ра­зу за­сне­жен­ной вер­ши­ны до­ба­вит­ся еще один, взрос­лый: руч­ка с зо­ло­тым пе­ром, ко­то­рой пер­со­ны, вос­се­да­ю­щие на вер­ши­не “де­ло­во­го Монб­ла­на”, ста­вят  под­пи­си на важ­ных до­ку­мен­тах.
Ес­ли хо­тя бы один из этих фа­к­тов стал ча­стью ва­шей био­гра­фии, Бе­лая Го­ра об­ре­та­ет жи­вые чер­ты и ма­нит... Ос­та­ет­ся лишь вы­брать фор­мат пу­те­ше­ст­вия, а впе­чат­ле­ния бу­дут до­с­той­ны­ми в лю­бом слу­чае. Я тем вре­ме­нем рас­ска­жу о сво­их.

Кто тронется первым: гора или Магомет?
Мое дви­же­ние к го­ре на­ча­лось по­с­ле встре­чи на од­ном из ту­ри­сти­че­ских са­ло­нов. Хо­зяй­ка стен­да Chamonix — Mont-Blanc, на ко­то­ром я на мгно­ве­ние за­дер­жа­ла взгляд, тут же пой­ма­ла его: “Вы лю­би­те го­ры?” Я ут­вер­ди­тель­но кив­ну­ла. Ми­ни­а­тюр­ная, как боль­шин­ст­во зна­ко­мых мне фран­цу­же­нок, она пред­ста­ви­лась на рус­ском, слег­ка кар­та­вя: “Ань­ес Дю­к­ро, ту­ри­сти­че­ский офис Ша­мо­ни”, — и за чет­верть ча­са вну­ши­ла мне, что три­ж­ды побывать во Фран­ции и ни ра­зу в Ша­мо­ни, — до­сад­ное не­до­ра­зу­ме­ние. “Там уже бы­ло столь­ко рус­ских, и ка­ких!.. Ко­г­да ты при­е­дешь, я те­бе все по­ка­жу!” — рас­ста­ва­ясь, при­гла­ша­ла она ме­ня, слов­но ста­рую зна­ко­мую. Гру­жен­ная во­ро­хом бу­к­ле­тов с  па­но­ра­ма­ми гор, я уш­ла с  вы­став­ки с твер­дым на­ме­ре­ни­ем ис­пра­вить прискорбную ошиб­ку.

Влюбленная Аньес и магия Монблана
Со вре­ме­нем мо­е­го эн­ту­зи­аз­ма по­уба­ви­лось. По­то­му на элек­трон­ные по­сла­ния Ань­ес от­ве­ча­ла, но от при­гла­ше­ния веж­ли­во от­ка­зы­ва­лась, ссы­ла­ясь на не­от­лож­ные де­ла.  “Бе­ри ка­ме­ру и при­ез­жай. Ты уви­дишь, как здесь за­ме­ча­тель­но, и по­том все сделаешь вдвое бы­ст­рее!” — упорствовала Ань­ес.
На­вер­ное, се­го­д­ня и не со­счи­тать, сколь­ко лю­дей от­кры­ли для се­бя эти края бла­го­да­ря не­уго­мон­ной ша­монь­яр­ке с огонь­ком в гла­зах и лег­кой хри­пот­цой в го­ло­се. Кста­ти, ис­то­рии ее люб­ви к Ша­мо­ни уже мно­го лет. Ко­г­да-то дев­чон­ка из при­мор­ской Бре­та­ни вы­бра­ла до­ли­ну ме­с­том лет­ней пра­к­ти­ки. Влю­бив­шись с пер­во­го взгля­да в эти края, а по­том и в су­ро­во­го пар­ня по име­ни Де­ни (по­том­ст­вен­но­го про­вод­ни­ка-ин­ст­ру­к­то­ра, а поз­же — из­вест­но­го опе­ра­то­ра-до­ку­мен­та­ли­ста), она на­все­г­да от­да­ла свое серд­це Аль­пам и те­перь раз­но­сит по све­ту кол­дов­скую ма­гию этих мест.

До­б­рать­ся ту­да — “про­сто, как суп”*, — уве­ря­ет Ань­ес: до­ли­на Ша­мо­ни ле­жит в про­вин­ции Верх­няя Са­войя. Пол­ча­са ез­ды из италь­ян­ской Аосты че­рез один­на­д­ца­ти­ки­ло­мет­ро­вый тон­нель под Монб­ла­ном и чуть бо­лее ча­са по ско­ро­ст­но­му шос­се из швей­цар­ской Же­не­вы. От­ту­да на встре­чу с Бе­лой Го­рой и увез­ла ме­ня  с кол­ле­га­ми-жур­на­ли­ста­ми Ань­ес спу­с­тя два го­да по­с­ле на­шей пер­вой встре­чи.

...В яс­ную по­го­ду мас­сив Монб­лан смо­т­рит­ся ро­с­кош­ной ку­ли­сой к озе­ру Ле­ман, на бе­ре­гах ко­то­ро­го ле­жит “воль­ный го­род”. Пи­та­ют озе­ро во­ды ре­ки Арв, со­би­ра­ясь с аль­пий­ских скло­нов. “Эта ре­ка — жи­вая ни­точ­ка, свя­зывающая Ша­мо­ни и Же­не­ву. Вы ее еще уви­ди­те, ко­гда при­е­дем!” — го­во­рит Ань­ес, съез­жая с мос­та и вы­ру­ли­вая к ука­за­те­лю “Ша­мо­ни — 88 км”.

Монб­лан: две­сти лет спу­с­тя
Идею на­чать путь к Монб­ла­ну из Же­не­вы мы по­за­им­ст­во­ва­ли из “Пи­сем рус­ско­го пу­те­ше­ст­вен­ни­ка” Ни­ко­лая Ка­рам­зи­на. Их ав­тор, мо­ло­дой дво­ря­нин, в кон­це XVIII ве­ка вел пу­те­вые за­мет­ки во вре­мя стран­ст­вий по Ев­ро­пе. То­г­да она ка­за­лась не ме­нее эк­зо­тич­ной, чем се­го­д­ня для нас ост­ро­ва в оке­а­не, и этот взгляд сквозь приз­му ве­ков на зна­ко­мые по кни­ге ме­с­та до­ба­вил зна­чи­мо­сти по­езд­ке.

И все же, как ос­но­ва­тель­но вы ни го­то­вились бы­ к встре­че с Аль­па­ми, тру­д­но сдер­жать вол­не­ние, ко­гда пе­ред тобой от­кры­ваются под­све­чен­ные по­лу­ден­ным солн­цем го­ры. Их си­лу­э­ты, по­хо­жие на ги­гант­ские за­сне­жен­ные ша­т­ры, что про­сма­т­ри­ва­лись за Же­нев­ским фон­та­ном на фо­не яс­но­го не­ба, с шос­се ста­ли еще рель­еф­нее. Гля­дя на го­ри­зонт, я ни­как не мог­ла прий­ти в се­бя от пу­те­ше­ст­вия во вре­ме­ни и со­при­ча­ст­но­сти пе­ре­жи­ва­ни­ям “рус­ско­го пу­те­ше­ст­вен­ни­ка”. Ань­ес вер­ну­ла ме­ня в ре­аль­ность: “Вот ви­дишь, я же те­бе го­во­ри­ла!..” и че­рез па­ру ви­ра­жей при­тор­мо­зи­ла на пло­ща­ди пе­ред лю­бо­пыт­ным ка­мен­ным со­ору­же­ни­ем с на­ряд­ным фа­са­дом. “Мы в Ас­си. А это Храм Бо­го­ро­ди­цы Всех Бла­го­да­тей. Тот са­мый, с ра­бо­та­ми Ма­тис­са и Ша­га­ла... У вас пол­ча­са на вос­тор­ги!”

Си­лу­эт этой не­обыч­ной цер­к­ви по­вто­ря­ет су­ро­вый об­раз кре­сть­ян­ских хи­жин Са­войи: дву­скат­ная кры­ша, сте­ны из ка­мен­ных бло­ков, на­вес над вхо­дом на мощ­ных ко­лон­нах. Вы­со­кий столб-ко­ло­коль­ня, в уни­сон ко­лон­нам, на­по­ми­на­ет о вы­со­ком на­зна­че­нии зда­ния. За­то яр­кие мо­за­и­ки Фе­на­на Ле­же во всю сте­ну при вхо­де — слов­но по­рог ме­ж­ду зем­ным и не­бес­ным.

Мы под­хо­дим к ал­та­рю, ос­та­в­ля­ем лам­пад­ку в знак бла­го­дар­но­сти судь­бе за встре­чу с до­ли­ной. Вре­мя от­кро­ве­ния и бла­го­да­ти те­чет не­за­мет­но, и нам по­ра даль­ше — до Ша­мо­ни ки­ло­мет­ров три­д­цать.
Еще с де­ся­ток зиг­за­гов впра­во-вле­во, и от­кры­лась зе­ле­ная до­ли­на с рос­сы­пью до­ми­ков-ша­ле. “Это Бос­сон, он уже от­но­сит­ся к Ша­мо­ни. Его раз­ре­за­ли на­двое при стро­и­тель­ст­ве шос­се. Ну да мы сю­да еще вер­нем­ся, я до­го­во­ри­лась о встре­че с Ка­т­рин...”, — со­об­ща­ет Ань­ес, и мы сле­ду­ем даль­ше. А я сно­ва вол­ну­юсь от пред­чув­ст­вия не­обы­чай­но­го, ведь при­ятель­ни­ца Ань­ес Ка­т­рин Ла­там — ху­дож­ни­ца, и со­з­да­ет она не про­сто кар­ти­ны, а узор­ные мо­ти­вы для каре — зна­ме­ни­тых шел­ко­вых плат­ков от ле­ген­дар­но­го До­ма мо­ды Hermes.

На оче­ред­ном по­во­ро­те вка­ты­ва­емся на пло­щадь пе­ред хра­мом со стрель­ча­той ко­ло­коль­ней и мас­сив­ным зда­ни­ем в аль­пий­ском сти­ле по­за­прош­ло­го ве­ка, с гра­фич­ны­ми ре­шет­ка­ми бал­ко­нов.
— Вот и при­е­ха­ли. Это ваш отель, один из пер­вых в Ша­мо­ни, — Ань­ес при­гла­ша­ет к вы­хо­ду.
Го­род со всех сто­рон об­сту­пи­ли го­ры, раз­ме­чен­ные опо­ра­ми и ни­тя­ми подъ­ем­ни­ков, и мы пы­та­ем­ся уга­дать, ка­кая из вер­шин — глав­ная.
— Она там, за хреб­том, — ука­зы­ва­ет Ань­ес на край кры­ши де­ре­вян­но­го до­ма че­рез пло­щадь от нас.
Мы не­мно­го сму­ще­ны: в про­све­тах об­ла­ков Монб­лан — наш ма­як в этом стран­ст­вии — ка­жет­ся до­воль­но скром­ным ря­дом с со­сед­ни­ми вер­ши­на­ми.  
— Зав­тра мы за­бе­рем­ся по­вы­ше, и то­г­да уви­ди­те ее во всей кра­се, — обе­ща­ет наш гид и во­ди­тель в од­ном ли­це. — А по­ка раз­ме­щай­тесь — и вниз! У нас еще экс­кур­сия по го­ро­ду и ужин в ресторане.
Зву­чит мно­го­обе­ща­ю­ще...  

Гостеприимство — главный закон Белой Долины
Холл пре­стиж­но­го оте­ля с изы­скан­ным бу­ке­том жи­вых цве­тов в ва­зе у ле­ст­ни­цы вы­гля­дит не­сколь­ко чо­пор­но, но ис­крен­няя улыб­ка ад­ми­ни­ст­ра­то­ра и при­гла­ше­ние  на чай смяг­ча­ют пер­вое впе­чат­ле­ние.
Мы пьем ду­ши­стый на­стой из ста­рин­ных ча­шек на се­ре­б­ря­ном под­но­се с вен­зе­ля­ми оте­ля и по­нем­но­гу ос­ма­т­ри­ва­ем­ся. О том, что по­сто­яль­цев в “Монт-Бла­не” при­ни­ма­ют уже 150 лет, на­по­ми­на­ют сним­ки на сте­нах в тех­ни­ке мод­ной ко­гда-то се­пии.  За­ме­тив сре­ди нас Ань­ес, под­хо­дит ди­ре­к­тор оте­ля. Уз­нав, что мы жур­на­ли­сты, про­сит за­ме­тить, что в гос­ти­ни­це и в его по­пу­ляр­ном ре­с­то­ра­не “Ма­та­фан” по­бы­ва­ло не­ма­ло име­ни­тых гос­тей: от уче­ных с ми­ро­вым име­нем и особ из пра­вя­щих ди­на­стий Ев­ро­пы до звезд ки­но и спор­та, а в са­мом Ша­мо­ни в 1924 го­ду со­сто­я­лась пер­вая зим­няя Олим­пи­а­да.
— Хо­тя гос­тей в Ша­мо­ни те­перь при­гла­ша­ют де­сят­ки дру­гих до­мов, — до­ба­в­ля­ет Ань­ес, — по­се­лить­ся в об­но­в­лен­ном, но со­хра­нив­шем дух ме­ст­но­сти оте­ле пре­стиж­но, как и сот­ню лет на­зад.
Ку­рорт рев­но­ст­но блю­дет ста­тус “ста­рей­ше­го в Аль­пах” и гор­дит­ся им. Го­с­тям ша­монь­я­ры ра­ды не­под­дель­но, а бла­го­дар­ные от­зы­вы да­же кол­лек­ци­о­ни­ру­ют. В кни­гах и блок­но­тах отель­е­ров, про­вод­ни­ков, ре­с­то­ра­то­ров (часть из них хра­нит­ся в Аль­пий­ском му­зее Ша­мо­ни) мож­но най­ти весь­ма при­ме­ча­тель­ные за­пи­си и фа­ми­лии: Ви­к­тор Гю­го, Те­о­филь Го­тье, Ша­то­б­ри­ан, лорд Бай­рон, Чарльз Дик­кенс, а еще — Цве­та­е­вы.

Шамони — во сне и наяву
Пос­ле чай­ной па­у­зы мы со­би­ра­ем­ся у Офи­са по ту­риз­му, вход в ко­то­рый по со­сед­ст­ву, за уг­лом. В его ви­т­ри­не — ма­т­реш­ки и па­в­ло­во-по­сад­ские ша­ли по слу­чаю Рус­ско­го фе­с­ти­ва­ля в Ша­мо­ни.  Че­рез ми­ну­ту мы уже в цен­т­ре ку­рор­та, где по­с­ле рас­ска­зов Ань­ес и чте­ния пу­те­во­ди­те­лей ме­ня не по­ки­да­ет со­сто­я­ние де­жавю.

Вот ули­ца до­к­то­ра Пак­кар­да — глав­ный про­ме­над с ве­ре­ни­цей ка­фе и ре­с­то­ра­нов ме­ст­ной  кух­ни — са­вой­ской. Они че­ре­ду­ют­ся с ви­т­ри­на­ми су­ве­нир­ных ла­вок и мод­ных бу­ти­ков. Ме­ж­ду ни­ми встре­ча­ют­ся гос­ти­ни­цы с на­зва­ни­я­ми, на­пи­сан­ны­ми по фа­са­ду ста­рин­ным шриф­том. Мно­гим из них  боль­ше сот­ни лет. А в таб­лич­ках на уг­лах улиц и пло­ща­дей — крат­кая ис­то­рия ос­во­е­ния здеш­них мест. Так что зав­т­раш­ний ви­зит в Аль­пий­ский му­зей бу­дет весь­ма кста­ти. 

Ша­мо­ни на­яву ока­зы­ва­ет­ся не над­мен­ным и важ­ным, ка­ким он мне пред­ста­в­лял­ся до при­ез­да сю­да. Прав­да, он не­ по­хож и на зна­ко­мые по ка­та­ло­гам лыж­ные стан­ции аль­пий­ских ку­рор­тов. Эле­гант­ный и  уют­ный, он за­пол­нен за­го­ре­лы­ми людь­ми, раз­но­ли­ки­ми и без­за­бот­ны­ми, ко­то­рым не тес­но на его ули­цах. Впро­чем, не­скуч­но и в не­ши­ро­кой до­ли­не, где люд­но круг­лый год.

Чем они за­ня­ты? Ко­неч­но, спу­с­ком по че­ты­рем скло­нам до­ли­ны, от Лонь­я­на Гранд Мон­те с его длин­ны­ми трас­са­ми для асов, на­чи­на­ю­щи­ми­ся у веч­ных сне­гов, до по­ло­гих спу­с­ков у под­но­жия Бре­ван­та — для но­вич­ков и дет­во­ры. С опыт­ны­ми ин­ст­ру­к­то­ра­ми хва­тит и двух-трех дней, что­бы ос­во­ить тех­ни­ку сколь­же­ния, на­у­чить­ся пра­виль­но тор­мо­зить и... па­дать без по­с­лед­ст­вий для стоп и ко­ле­ней.

Ес­ли гор­ные лы­жи все-та­ки чу­ж­ды для вас, под жи­во­пис­ным лед­ни­ком Бос­сон есть от­лич­ные трас­сы для спу­с­ка на са­нях по скло­нам, ко­то­рые зо­вут­ся Пе­ле­ри­ны. Нам и на­зва­ние, и за­тея по­нра­ви­лись — вдох­но­вен­но, за­дор­но и ни ка­пель­ки стра­ха сва­лить­ся! 
“Бе­го­ви­кам” луч­ше се­лить­ся не в Ша­мо­ни, а в де­ре­вуш­ках — де­ше­в­ле и на­ро­ду мень­ше. Ав­то­бус­ные мар­ш­ру­ты про­ни­зы­ва­ют до­ли­ну, гра­фик дви­же­ния точ­ный, и до­б­рать­ся из од­но­го пун­к­та в дру­гой со­в­сем не­хло­пот­но.

Но осо­бое впе­чат­ле­ние — взле­теть к вер­ши­нам в кап­су­ле-ка­би­не по стру­нам ка­нат­ных до­рог. На­чи­тав­шись в про­спе­к­тах о са­мом вы­со­ком в Ев­ро­пе фу­ни­ку­ле­ре — пря­мо из го­ро­да к вер­ши­не Юж­ной Иг­лы, мы ер­за­ли от не­тер­пе­ния: ко­гда же в на­шей плот­ной про­грам­ме най­дет­ся “ок­но”? И как-то сол­неч­ным ут­ром мы за­ня­ли оче­редь за би­ле­та­ми у ниж­ней стан­ции. Па­ру ми­нут ожи­да­ния — и с по­лу­сот­ней та­ких же лю­бо­пыт­ных пас­са­жи­ров гру­зим­ся в ка­би­ну. Сре­ди нас есть и по­ко­ри­те­ли “чер­ных трасс”. Кто-то из них вы­хо­дит на про­ме­жу­точ­ной стан­ции, а ос­таль­ные едут к от­мет­ке 3842 метра.

Там, с пло­щад­ки верх­ней стан­ции, от­кры­ва­ет­ся гран­ди­оз­ный ам­фи­те­атр: по­кры­тые сне­га­ми вер­ши­ны и об­ры­ви­стые ка­мен­ные кром­ки. Над бе­лы­ми до­ли­на­ми, над от­та­яв­ши­ми на солн­це кры­ша­ми де­ре­вень и — ес­ли при­смо­т­реть­ся! — над нор­ка­ми сур­ков на про­та­ли­нах сколь­зят в про­ти­во­по­лож­ные сто­ро­ны кро­шеч­ные крас­ные ка­би­ны. От­сю­да — бе­зум­но кра­си­вый вид на Монб­лан! Кто-то из на­ших зо­вет ме­ня от­пра­вить­ся в ле­дя­ной грот на лед­ни­ке, ку­да хо­дит лифт, но мне жаль ко­рот­ких ми­нут, от­ве­ден­ных на встре­чу с Го­рой. Я опа­са­юсь хоть что-то про­пу­с­тить в тон­ких пе­ре­ли­вах све­та и те­ней, то и де­ло ме­няю плен­ки в ка­ме­ре. А по­том, ко­гда за­пас их ис­сяк, сво­бод­но взды­хаю и, усев­шись на на­гре­тые солн­цем до­с­ки ви­до­вой пло­щад­ки, ти­хо на­пе­ваю, бо­ясь рас­пле­скать свое сча­стье.

Белая Долина — “самая-самая”
Что же де­ла­ет этот ве­ли­ча­вый гор­ный мас­сив “са­мым-са­мым”, по­ми­мо аб­со­лют­ной вы­со­ты.
Во-пер­вых, ис­то­рия До­ли­ны: имен­но здесь было по­ло­жено на­ча­ло аль­пи­низ­му (пер­вы­ми на­пра­ви­лись к горе, про­зван­ной за кру­той нрав “про­клятой”, бри­тан­цы По­кок и Вид­хам в 1741 го­ду), гор­но­му ту­риз­му и спу­с­ку на лы­жах, который по­я­ви­лся че­рез пол­то­ра ве­ка по­с­ле опы­та пер­вых вос­хо­ди­те­лей.
Во-вто­рых, раз­но­об­ра­зие скло­нов и мно­же­ст­во мест для лыж­ни­ков с лю­бым опы­том. Хо­ро­шее со­сто­я­ние трасс и га­ран­ти­ро­ван­ный снеж­ный по­кров с се­ре­ди­ны де­ка­б­ря до кон­ца мар­та, а в вы­со­ко­го­рье — до кон­ца мая. Как и в по­пу­ляр­ной сре­ди на­ших лыж­ни­ков Ав­ст­рии, из Ша­мо­ни (вы­со­та 1035 ме­т­ров над уров­нем мо­ря) от­лич­ный до­с­туп к зо­нам ка­та­ния уже в чер­те го­ро­да. В “хо­лод­ные” ме­ся­цы зи­мы хо­ро­ши юж­ные скло­ны Бре­ван­та и Фле­же­ра, а сол­неч­ная и за­сне­жен­ная зо­на До­мен де Бальм в глу­би­не уще­лья над Ле Тур по­дой­дет лыж­ни­кам всех ран­гов.

В-треть­их, “ко­зыр­ная кар­та” Ша­мо­ни — спуск по Бе­лой До­ли­не дли­ной в 20 километров! У на­ча­ла этой трас­сы на Юж­ной Иг­ле мы и лю­бо­ва­лись Монб­ла­ном. В Ша­мо­ни это — глав­ное из мест, ку­да от­пра­в­ля­ют­ся и лыж­ни­ки, и те, кто с ни­ми за ком­па­нию, и там по-на­сто­я­ще­му по­ни­ма­ешь, по­че­му Ша­мо­ни от­но­сят к “ме­с­там си­лы”. Си­лы впе­чат­ле­ний. Си­лы вли­я­ния. Си­лы при­ро­ды.

Соблазны Долины, или О земном и насущном
Оби­лие мест ка­та­ния и про­гу­лок под­кре­п­ля­ет­ся ши­ро­ким вы­бо­ром ва­ри­ан­тов раз­ме­ще­ния: от ро­с­кош­ных оте­лей вро­де особ­ня­ка “Монт-Блан”, где мы ус­пе­ли по­чув­ст­во­вать се­бя без­за­бот­ны­ми си­ба­ри­та­ми, до эко­но­мич­ных пан­си­о­нов и апар­та­мен­тов (их пред­по­чи­та­ют ас­ке­тич­ные фа­на­ты лыж­ных скло­нов).
Во­пре­ки рас­хо­жим пред­ста­в­ле­ни­ям о за­пре­дель­ных це­нах и чо­пор­но­сти фран­цу­зов, жи­те­ли до­ли­ны при­ютят лю­бо­го, и ни­ка­кой до­са­ды о по­тра­чен­ных здесь сум­мах у гос­тей не ос­та­нет­ся. Да и что со­жа­леть, ес­ли в оте­лях и ре­с­то­ра­нах на­шей сто­ли­цы мож­но без тру­да ос­та­вить не мень­шие день­ги?

Что до “вкус­ных” вос­по­ми­на­ний о Ша­мо­ни, то нам осо­бен­но при­шлась по ду­ше ори­ги­наль­ная кух­ня у Мик­ки и Силь­ве­на в ре­с­то­ра­не “Ле Би­ст­ро” на ок­ра­и­не го­род­ка. Впро­чем, изо­щ­рен­ное ме­ню с ме­ст­ны­ми де­ли­ка­те­са­ми, по­дан­ное по за­ко­нам “вы­со­кой гас­тро­но­мии” в оте­ле “Аль­берт Пер­вый” на бе­ре­гу ре­ки Арв, не пе­ре­дать из­вест­ными мне эпи­те­тами. И по­с­ле ве­че­ра в де­мо­кра­тич­ном ре­с­то­ра­не “Ка­леш”, по­хо­жем на му­зей на­род­но­го бы­та, сте­пень сы­то­сти и ком­фор­та то­же не­лег­ко оп­ре­де­лить. Од­на­ко, ес­ли ча­с­то ходить ту­да ужи­нать, ве­лик риск ис­пор­тить фи­гу­ру: пор­ции — “кре­сть­ян­ские”, за­то од­на из офи­ци­ан­ток — Ле­на — го­во­рит по-рус­ски, так что по­мо­жет ра­зо­брать­ся, что брать и в каком количестве.

Для ак­тив­ных и ком­па­ней­ских в Ша­мо­ни есть дис­ко­те­ки и ноч­ные клу­бы, для азарт­ных — ка­зи­но, так что в ма­лень­ком (на пер­вый взгляд) и де­ло­ви­то-спор­тив­ном го­род­ке ску­чать ни­ко­му не при­дет­ся. До­бавь­те к уте­хам кон­цер­ты и вы­став­ки, фе­с­ти­ва­ли и ве­че­ра и пой­ме­те, что жизнь в До­ли­не бур­лит, по­доб­но реч­ке Арв в пе­ри­од ве­сен­не­го та­я­ния сне­гов...

Те­перь я знаю, ка­ко­ва она, ма­ги­че­ская си­ла Монб­ла­на, а вам ос­та­лось про­ве­рить уни­вер­саль­ность его при­тя­же­ния. Как го­во­рил ве­ли­кий Лао-Цзы, “пу­те­ше­ст­вие в ты­ся­чу миль на­чи­на­ет­ся с един­ст­вен­но­го ша­га”. Ша­гай­те сме­лее на­встре­чу Бе­лой вер­ши­не! 

Бла­го­да­рим за помощь в подготовке материала Switzerland Tourizm и ком­па­нию “Ме­ж­ду­на­род­ные Авиа­ли­нии Ук­ра­и­ны”.
Поделись с подружками :