По следам Золотой Рыбки

Поделись с подружками :
Норвежцы любят говорить, что в их страну приезжают любоваться природой, а не городами.
Это справедливо лишь отчасти: есть тут и архитектурные красоты, и исторические достопримечательности, и заслуживающие внимания памятники. А в последнее время самая северная из скандинавских стран приобрела авторитет мирового кулинарного центра.

Та­кие ме­та­мор­фо­зы уди­ви­тель­ны еще и по­то­му, что тра­ди­ци­он­но на побе­ре­жье пи­та­лись без изы­сков. Уви­ден­ная мной в га­ле­рее кар­ти­на 1650 го­да — то­му до­ка­за­тель­ст­во. На ней изо­бра­жен си­дя­щий за сто­лом нор­ве­жец с се­лед­кой в ру­ках. Еще две ры­би­ны ле­жат на та­рел­ке, а ря­дом — мас­ло, кра­ю­ха хле­ба и круж­ка пи­ва. При­мер­но так про­стые лю­ди зав­т­ра­ка­ли, обе­да­ли и ужи­на­ли ка­ж­дый день вплоть до кон­ца XIX ве­ка. Те­перь же ме­ст­ные по­ва­ра ре­гу­ляр­но вы­иг­ры­ва­ют ку­ли­нар­ный чем­пи­о­нат ми­ра Bocuse d’Or во Фран­ции, а до­ма ста­но­вят­ся ку­ми­ра­ми, срав­ни­мы­ми с рок-звез­да­ми. К про­фес­сии по­ва­ра в Нор­ве­гии от­но­сят­ся так серь­ез­но, что да­же ос­но­ва­ли Ку­ли­нар­ную ака­де­мию — ме­с­то, где про­фес­си­о­на­лы со­вер­шен­ст­ву­ют свое ис­кус­ст­во, а лю­би­те­ли учат­ся го­то­вить по­все­днев­ные и празд­нич­ные блю­да на­ци­о­наль­ной кух­ни. Вот ту­да мы и от­пра­ви­лись на ма­с­тер-класс.

Сказ­ки ста­ро­го Ос­ло

Ака­де­мия рас­по­ло­же­на в цен­т­ре Ос­ло, и мы ре­ши­ли прой­тись ту­да пеш­ком, что­бы за­од­но оз­на­ко­мить­ся с до­с­то­при­ме­ча­тель­но­стя­ми. Дви­га­ясь от во­кза­ла к глав­ной ули­це Карл-Юханс-Га­те, пе­ре­се­ка­ем ши­ро­кую пло­щадь и тут же ви­дим... ти­гра. Брон­зо­вый хищ­ник в на­ту­раль­ную ве­ли­чи­ну счи­та­ет­ся не­офи­ци­аль­ным сим­во­лом сто­ли­цы. Ко­г­да-то ав­тор слов на­ци­о­наль­но­го гим­на Бьёрн­сон на­звал не­при­вет­ли­вый Ос­ло кон­ца XIX ве­ка го­ро­дом тиг­ров, а в ХХ ве­ке ме­та­фо­ру уве­ко­ве­чи­ли в ми­лой скульп­ту­ре. Пог­ла­див “ко­ти­ка” и по­си­дев на его до бле­ска от­по­ли­ро­ван­ном хво­сте, оку­на­ем­ся в спо­кой­ст­вие и не­то­ро­п­ли­вость ули­цы, на ко­то­рой раз­ме­с­ти­лись оче­ред­ные сим­во­лы Ос­ло: Ка­фед­раль­ный со­бор, Пар­ла­мент, На­ци­о­наль­ный те­атр, Уни­вер­си­тет и, по­жа­луй, са­мое кра­си­вое зда­ние в го­ро­де — Гранд-отель. С мо­мен­та по­строй­ки (кон­ец XIX ве­ка) он был не про­сто глав­ной гос­ти­ни­цей го­ро­да, но и цен­т­ром свет­ской жиз­ни. Здесь уст­ра­и­ва­лись вы­став­ки и при­е­мы, ко­ро­ли и ко­ро­ле­вы да­ва­ли ба­лы, и имен­но тут че­ст­во­ва­ли по­ко­рив­ше­го Юж­ный по­люс Р­ау­ля Амунд­се­на. Лю­бо­пыт­но зай­ти в ре­с­то­ран оте­ля Grand Cafе, за­все­г­да­та­ем ко­то­ро­го был Ген­рик Иб­сен. Рас­ска­зы­ва­ют, что дра­ма­тург при­хо­дил сю­да еже­днев­но ров­но в пол­день, за­ни­мал сто­лик в уг­лу, за­ка­зы­вал бу­лоч­ки и чи­тал га­зе­ту. У не­го да­же здесь бы­ли че­ты­ре пер­со­наль­ных бо­ка­ла для раз­ных на­пит­ков, стул с его ини­ци­а­ла­ми и таб­лич­кой “За­ре­зер­ви­ро­ва­но для до­к­то­ра Иб­се­на”.

На дру­гой сто­ро­не ули­цы сто­ит до­воль­но скром­ное зда­ние стор­тин­га — нор­веж­ско­го пар­ла­мен­та. По за­мыс­лу со­ору­же­ние долж­но бы­ло на­по­ми­нать об­ра­ща­ю­ще­го­ся к на­ро­ду де­пу­та­та. В ито­ге круг­лая по­строй­ка и два ее бо­ко­вых кры­ла по­хо­дит на тол­стя­ка с рас­то­пы­рен­ны­ми ру­чон­ка­ми. За­то ка­мен­ные львы у вхо­да вы­гля­дят цар­ст­вен­но. Вы­пол­нил их за­клю­чен­ный, при­го­во­рен­ный к смерт­ной каз­ни. Тво­ре­ние на­столь­ко по­нра­ви­лось пар­ла­мен­та­ри­ям, что ода­рен­но­го скульп­то­ра по­ми­ло­ва­ли. Да и львы ока­за­лись не­про­стые: 21 де­ка­б­ря, в са­мую дол­гую ночь го­да, они ожи­ва­ют и ры­щут по цен­т­ру Ос­ло в по­ис­ках до­бы­чи. По край­ней ме­ре, так мне рас­ска­зы­ва­ли ги­ды. Нор­веж­цы во­об­ще лю­бят сказ­ки. А как ина­че объ­яс­нить их стой­кое убе­ж­де­ние в том, что в пол­ночь в стор­тин­ге со­би­ра­ет­ся Ноч­ной со­вет в со­ста­ве гно­мов, эль­фов и, ко­неч­но же, трол­лей. Пос­лед­ние в Нор­ве­гии жи­вут вез­де — в ка­ж­дом кам­не, ру­чей­ке, под мос­та­ми... Их фи­гур­ки сто­ят в пар­ках, у ба­зар­ных лот­ков и вхо­дов в ма­га­зи­ны, в хол­лах оте­лей и ре­с­то­ра­нов. И да­же од­но из неф­тя­ных ме­с­то­ро­ж­де­ний в Се­вер­ном мо­ре так и на­зы­ва­ет­ся — “Тролль”.
Салат
1 филе норвежской сельди;
2 ст. л. оливкового масла;
20 г поджаренных сухариков;
по 1 отварной свекле и маринованной луковице;
дижонская горчица, зелень укропа — по вкусу.

На­режь­те фи­ле мел­ки­ми ку­соч­ка­ми, до­бавь­те олив­ко­вое мас­ло, гор­чи­цу, мел­ко­руб­ле­ный ук­роп и пе­ре­ме­шай­те. За­тем вы­ло­жи­те мас­су в са­лат­ник вме­сте с под­жа­рен­ны­ми су­ха­ри­ка­ми, по­лу­коль­ца­ми ма­ри­но­ван­но­го лу­ка и ку­соч­ка­ми све­к­лы. Ук­рась­те се­ле­доч­ной ик­рой и по­да­вай­те на стол.

Бе­рег ла­с­ко­вый

Глав­ный сто­лич­ный про­ме­над за­кан­чи­ва­ет­ся до­воль­но про­стым ко­ро­лев­ским двор­цом. По­э­то­му мы пред­по­чли свер­нуть на­ле­во и вый­ти на бе­рег Ос­ло-фьор­да и на­бе­реж­ную Акер-Брюг­ге — од­ну из са­мых не­обыч­ных, ка­кие мне до­во­ди­лось ви­деть. Еще не­дав­но здесь на­хо­ди­лись за­бро­шен­ные вер­фи, а те­перь вы­сит­ся це­лый го­род-пас­саж из сте­к­ла и ме­тал­ла. В ка­ж­дом про­хо­де-пе­ре­ул­ке скры­ва­ет­ся ка­кая-ни­будь стран­ная скульп­ту­ра. Ме­ня от­кро­вен­но по­за­ба­ви­ли то­щий брон­зо­вый юно­ша, на хо­ду­лях пе­ре­би­ра­ю­щий­ся че­рез ка­нал, па­ря­щие вы­со­ко над го­ло­ва­ми спле­тен­ные из мот­ков про­во­ло­ки не то об­ла­ка, не то че­ло­ве­че­ские фи­гу­ры, не­сколь­ко сму­ти­ли две об­на­жен­ные да­мы в до­воль­но фри­воль­ных по­зах, но боль­ше все­го уди­вил буд­дий­ский мо­нах, мо­лит­вен­но сло­жив­ший ру­ки пе­ред ча­шей-ло­то­сом с веч­ным ог­нем. 

В этом квар­та­ле рас­по­ло­же­ны луч­шие рыб­ные ре­с­то­ра­ны го­ро­да. Но по­сколь­ку нам пред­сто­ял урок-обед в на­ци­о­наль­ном сти­ле, мы ре­ши­ли ог­ра­ни­чить­ся ча­шеч­кой ко­фе на от­кры­той обо­г­ре­ва­е­мой тер­ра­се с ви­дом на ук­ры­тые сне­гом ях­ты.

Ку­шать по­да­но

На зва­ние глав­ной нор­веж­ской ры­бы мог­ла бы с пол­ным пра­вом пре­тен­до­вать сельдь. За­бав­но, что в се­ре­ди­не XIV ве­ка в од­ной из книг за­я­в­ля­лось, что она ле­чит ли­хо­рад­ку, ка­шель, го­лов­ную боль и да­же со­ба­чьи уку­сы, а лет три­д­цать спу­с­тя в дру­гом фо­ли­ан­те она бы­ла объ­я­в­ле­на не­съе­доб­ной. 

Се­год­ня в Нор­ве­гии ее го­то­вят, на­вер­ное, ты­ся­чей спо­со­бов. Мне осо­бен­но по­нра­ви­лась в слад­кой за­лив­ке из лес­ных ягод. А по­вар Ака­де­мии Йо­стейн Мет­хус на­у­чил го­то­вить еще один ме­ст­ный де­ли­ка­тес — ло­сось по-нор­веж­ски. “Эта ры­ба хо­ро­ша во всех ви­дах, но лич­но я боль­ше все­го люб­лю ее сы­рой: сбрыз­нуть тон­кий лом­тик ли­мон­ным со­ком и слег­ка по­пер­чить. Ка­че­ст­вен­ную ры­бу мож­но есть и без те­п­ло­вой об­ра­бот­ки, но ес­ли вы не уве­ре­ны в све­же­сти, по­мести­те ее в мо­ро­зиль­ную ка­ме­ру. Ни­ко­г­да не раз­мо­ра­жи­вай­те ры­бу в во­де, про­сто пе­ре­ложи­те ее из мо­ро­зиль­ни­ка в хо­лодиль­ник. Чем доль­ше она бу­дет от­та­и­вать, тем луч­ше,” — посоветовал он.

Изы­скан­но­стью и лег­ко­стью при­го­то­в­ле­ния по­ко­ри­ло ме­ня еще одно  блю­до из норвежской сем­ги. Что мо­жет быть про­ще — на­ре­зать фи­ле на ку­с­ки и за­лить го­ря­чим овощ­ным под­со­лен­ным буль­о­ном так, что­бы он ед­ва их по­крыл. Че­рез пят­на­д­цать ми­нут неж­ней­ший, соч­ный, со­хра­нив­ший все ви­та­ми­ны де­ли­ка­тес го­тов. К го­ря­чей ры­бе по­да­ют кар­то­фель и ак­ва­вит — осо­бую вод­ку, спирт для ко­то­рой про­из­во­дит­ся то­же из кар­то­фе­ля. Пос­ле не­ко­то­ро­го ко­ле­ба­ния я все-та­ки  по­про­бо­ва­ла столь не­гла­мур­ный на­пи­ток. Вкус ока­зал­ся на уди­в­ле­ние при­ятен бла­го­да­ря тра­вам, на ко­то­рых его на­ста­и­ва­ют.

Ис­то­рия ак­ва­ви­та курь­ез­на. Од­на­ж­ды пар­тию, от­пра­в­лен­ную в Ав­ст­ра­лию, не при­ня­ли в ме­с­те на­зна­че­ния, и при­шлось вез­ти ее на­зад. На об­рат­ном пу­ти мо­ря­ки вскры­ли боч­ки и от­ме­ти­ли, что вкус вод­ки улуч­шил­ся. С тех пор раз­ли­тый в ду­бо­вые боч­ки ак­ва­вит во­зят за эк­ва­тор и об­рат­но, да­бы мор­ское пу­те­ше­ст­вие со сме­ной тем­пе­ра­ту­ры при­да­ло ему долж­ный вкус, о чем по­том гор­до пи­шут на ка­ж­дой бу­тыл­ке. 
Ры­бо­в­ла­дель­че­ский строй

Что­бы сво­и­ми гла­за­ми уви­деть, как раз­во­дят норвежскую сем­гу, мы от­пра­в­ля­ем­ся на за­пад стра­ны, в го­род Ста­ван­гер, там са­дим­ся на ка­тер и дер­жим курс на фьор­ды. Имен­но в их чи­с­тей­ших во­дах обо­ру­до­ва­ны ло­со­се­вые фер­мы. Пред­ставь­те по­сре­ди во­ды до­мик на сва­ях, ок­ру­жен­ный са­да­ми, ка­ж­дый — раз­ме­ром с хо­ро­ший бас­сейн. По их пе­ри­мет­ру — ре­шет­ча­тые мос­тки для про­хо­да лю­дей, труб­ки, по ко­то­рым по­да­ет­ся корм, ка­кие-то дат­чи­ки и про­во­да. За всем сле­дят те­ле­ка­ме­ры и ком­пь­ю­те­ры. По­с­то­рон­них сю­да не пу­с­ка­ют, из са­ни­тар­но-ги­ги­е­ни­че­ских со­об­ра­же­ний...

Ра­бо­тать на фер­ме не­лег­ко, ведь боль­шую часть го­да тут хо­лод­но и сы­ро. Но све­жий воз­дух и ве­ли­че­ст­вен­ная при­ро­да — до­с­той­ная ком­пен­са­ция. А уж трех-че­ты­рех ки­ло­грам­мо­вые пер­ла­му­т­ро­вые ры­би­ны вре­мя от вре­ме­ни вы­пры­ги­ва­ю­щие из во­ды, как дель­фи­ны, — зре­ли­ще по­ис­ти­не фе­е­ри­че­ское.
Туристу на заметку
Де­неж­ная еди­ни­ца Нор­ве­гии — кро­на. Об­ме­нять день­ги мож­но в бан­ке, мож­но сни­мать на­лич­ные в бан­ко­ма­тах. Но вы­год­нее рас­пла­чи­вать­ся кар­точ­кой: тер­ми­на­лы для без­на­лич­ных рас­че­тов име­ют­ся вез­де — да­же у про­дав­цов ово­щей на рын­ке и улич­ных тор­гов­цев су­ве­ни­ра­ми.

За­кон­сер­ви­ро­ван­ное про­шлое

Сто­ли­ца за­пад­ной Нор­ве­гии Ста­ван­гер по­ко­ри­ла ме­ня жи­во­пис­ной га­ва­нью и ста­рым цен­т­ром, уто­па­ю­щим в цве­тах да­же зи­мой — жи­те­ли про­сто вы­ста­в­ля­ют ва­зо­ны пе­ред подъ­ез­да­ми до­мов. 

Мы бро­дим по ти­хим улоч­кам, где со­хра­ни­лись зда­ния XVIII–XIX ве­ков, в со­про­во­ж­де­нии Да­ни­э­ля Мад­се­на. Да­ни­эль — по­вар, но луч­ше­го экс­кур­со­во­да тру­д­но по­же­лать, ведь его пред­ки жи­вут здесь уже бо­лее ста лет. Его де­ре­вян­ный дом вы­кра­шен в бе­лый цвет со­г­лас­но ста­рин­ной тра­диции. Пре­ж­де эта крас­ка бы­ла слишком до­ро­гой, и мно­гие жители ис­поль­зо­ва­ли ее толь­ко для фа­са­дов, а тыль­ные ча­с­ти по­кры­ва­ли де­ше­вой крас­но-ко­рич­не­вой. Поз­же в па­ли­т­ру го­ро­да до­ба­ви­лись жел­тый и свет­ло-зе­ле­ный, но тра­ди­ци­он­ные цве­та гла­вен­ст­ву­ют и по­ны­не.
До­с­то­при­ме­ча­тель­ность го­ро­да — рыб­ный ма­га­зин в гавани. Здесь гла­за раз­бе­га­ют­ся от все­воз­мож­ных сор­тов ры­бы, лоб­сте­ров, кре­ве­ток и уст­риц. Све­жие да­ры мо­ря все­гда есть на на­бе­реж­ной и в ре­с­то­ра­нах, где кро­ме извест­ных блюд мож­но от­ве­дать, например, ры­бу-мо­на­ха и да­же ры­бу-дев­ст­вен­ни­цу.  Раньше  вся жизнь го­ро­да бы­ла свя­за­на с ры­бой — сю­да при­хо­ди­ли су­да с уло­вом, здесь за­клю­ча­лись кон­т­ра­к­ты на его про­да­жу и тут же ра­бо­та­ли семь­де­сят (!) кон­серв­ных за­во­дов. Один из них пре­вратили в му­зей, где мож­но уви­деть все эта­пы про­цес­са кон­сер­ви­ро­ва­ния. 

А в 1969 го­ду в Се­вер­ном мо­ре на­шли нефть, и Ста­ван­гер стал штаб-квар­ти­рой неф­те­до­бы­ва­ю­щих компа­ний и неф­тя­ной сто­ли­цей Нор­ве­гии. Он, как ни­кто дру­гой, от­ве­ча­ет ис­тин­но­му об­ли­ку со­в­ре­мен­но­го мил­ли­о­не­ра: скром­ник в мя­тых джин­сах, но с мил­ли­он­ны­ми сче­та­ми в бан­ке. ™

Бла­го­да­рим за по­мощь в под­го­тов­ке мате­ри­а­ла Норвежский комитет по вопросам экспорта рыбы.
Поделись с подружками :